Незапланированная покупка (СИ) - Баженова Екатерина

— Девочка-красавица, помоги, на хлеб не хватает, дай хоть рублей десять.

— Ага, — пробурчала она, — знаю я ваш хлеб. На бутылку поди не хватает, — Алёна испытала такое презрение к этому жалкому мужчине, что её чуть не вывернуло.

Она выросла среди пьянства, даже сама умудрилась попасть под зависимость. Но после того, как смогла избавиться от этого, стала испытывать небывалое отвращение к людям, которые не хотят взять ответственность за свою жизнь и бросить это гиблое дело.

Алёна поняла, что каждый сам выбирает свой путь. Никто не виноват в том, что ты идиот и не хочешь поднять зад, чтобы пойти работать. Что предпочитаешь жаловаться на жизнь и всех вокруг, вместо того, чтобы начать работать над собой.

Она пережила к своим восемнадцати годам много страшного и отвратительного, но снова встала на ноги и идёт. И теперь точно знает, что никому не даст себя в обиду.

— Что ты сказала? — она услышала неразборчивую речь и поняла, что пьяница увязался за ней.

— Говорю, нет у меня денег! — повысила голос Алёна.

— Вот сучка, — пробубнил мужчина и поплёлся докапываться до кого-то ещё.

Алёна же спрятала руки в карманы и дошла до очередной развилки. Кажется, налево улица знакомая, да и дома — хрущёвки, как и у них с мамой, парк вроде тоже знакомый, но таких штуки три в городе, может, и не он.

Пошла дальше.

— Красноармейская, дом десять, — прочитала Алёна на очередном перекрёстке. — Я нашла! — Запрыгала она, но быстро прекратила, поняв, что нога невыносимо болит.

Стянула задник и надела кроссовок как шлёпок. Идти было неудобно, но не так больно. Осталось всего пару домов, и она на месте…

— Эй, а ты чего тут одна? — раздался мерзкий пьяный голос того самого мужика, что был у парка.

— Не ваше дело, — Алёна ускорила шаг.

Но он схватил её за руку. Алёну обдало блевотным запахом перегара: мерзким, гнилым.

— Отпустите! — твёрдо сказала.

— Дай денег, а. Тебе жалко, что ли?

Алёна выдернула руку и упала. Мужчина расхохотался. А Алёна быстро нацепила кроссовок и побежала что есть мочи, не обращая внимания на боль. Мужчина не погнался за ней. Похоже, его и правда интересовали только деньги на выпивку.

«Вот он…» — Алёна уставилась на старую облезлую пятиэтажку с вывеской «ул. Красноармейская, 2».

«Я дома…» — слёзы покатились ручьём по пыльному лицу, оставляя мокрые дорожки.

Руку ободрала, когда упала, костюм испачкала, кроссовок в крови, на сердце камень, в душе чернота. Она сделала шаг к домофону и набрала номер квартиры.

Раздался звонок. Долго звонил.

— Кто? — женский голос, на удивление звучал трезво.

— Мама, — Алёна упёрлась лбом в железную дверь, — мамочка, это я…

Дверь запищала.

Алёна рванула вверх по лестнице. Второй этаж, квартира слева, открыто, в дверях стояла женщина. Это мама. Выглядела старше лет на пять, но, без сомнений, это она. Тёмные короткие волосы, такая же маленькая, как и Алёна. Улыбалась, глядя на дочь.

— Мамочка, — Алёна бросилась на шею женщины и разразилась горючими слезами. — Миленькая моя, я так скучала…

— Что случилось, Алёна? — мать немного отстранилась от дочери.

Она не успела ответить на этот вопрос, из кухни послышались шаги:

— Мне вот тоже интересно, что случилось, твой автобус прибыл ещё пять часов назад.

В коридоре стоял Олег…

Глава 43

«…еще чаю?»

Слёзы высохли махом, будто их и не было, как и всего этого кошмара. Да вообще всё, что с ней приключилось — это мелочи, по сравнению с тем, что происходит сейчас.

Олег… здесь…

«Мне крышка…» — Алёна сглотнула сухой комок в горле и с опаской посмотрела на мужчину.

Но тот стоял, опершись на стену, улыбался и во все глаза рассматривал Алёну, которая была изрядно потрёпана.

— Так что случилось? — весело спросил Олег. — И почему ты такая грязная?

— А… я… — Алёна не смогла ответить. — Мам…

— Ты проходи. Олег Николаевич мне всё уже рассказал, я так рада тебя видеть. Я так скучала, — женщина затянула дочку в квартиру и ещё раз крепко обняла.

Железная дверь лязгнула за спиной Алёны, и сердце сползло в желудок, который тут же свело. Это был последний путь к отступлению.

— Умойся, дочка, да переоденься, а потом поговорим. Мы ждём тебя на кухне.

Алёна и не собиралась сопротивляться. Закрыться в ванной, сейчас выглядело очень разумной идеей, что она и сделала.

— Какого хрена он здесь делает? — зашептала себе под нос Алёна, как только задвинула щеколду. — Фу, — не сдержала отвращения, когда осмотрела некогда единственную ванную комнату, которую видела.

Сейчас даже та, что была в подвале, показалась ей куда лучше. Здесь даже кафель был тонкой полоской над маленькой ванной, а остальные стены только покрашены. Краска давно облупилась, и проглядывал бетон. Набросана целая куча тряпок, стирку же завести не судьба… Или машинка снова сломалась, а починить некому?

Алёна глянула на себя в жутко заляпанное зеркало и тщательно умылась. Лицо пыльное, так она ещё и руками размазала слёзы. Чушка, одним словом. Она достала из сумки второй костюм, а этот аккуратно засунула в боковое отделение, чтобы не испачкать другие вещи.

Закрыла крышку унитаза, уселась на него и задумалась.

«И как мне быть? Что Олег наговорил маме, раз она с улыбкой и полным спокойствием меня встречает? Увидь меня мать полгода назад, умерла бы на месте, наверное, а теперь-то Олег с Алевтиной меня в порядок привели, кто поверит, что я в подвале в плену была? На мне дорогущий спортивный костюм, отродясь таких в глаза не видела, не то чтобы носить…»

— Ты чего там застряла? Всё хорошо? — постучала в дверь мама.

— Да… иду… — Алёна собралась с силами и всё-таки вышла.

Зашла на кухню, а Олег там вольготно развалился на задрипанном диванчике за столом, на этой кухоньке в пять, а то и меньше квадратов. Она осмотрела стол. Там стояли угощения, которые наверняка не могла себе позволить мать.

— Что встала, садись, — Олег хлопнул по диванчику рядом с собой.

На единственном стуле сидела мама. Других мест не было. Воздух превратился в раскалённую лаву, которая неспешно затекала в лёгкие. Алёна предпочла бы сейчас с крыши сброситься. А Олег такой довольный, аж тошно.

Да как он вообще узнал, где она? А как успел раньше неё? Или это, потому что она топала пешком и заблудилась? Может, он на машине приехал? Нет. Его машины она не видела.

Алёна вся дрожала и села на самый краешек. Олег тут же положил руку за её спину, и она сжалась в комочек, боясь, что он что-нибудь сделает.

Она не могла придумать причину, зачем бы он приехал сюда, в эту тьмутаракань. За ней? Или доходчиво объяснить, что она не отработала?

— Юля, — улыбнулся Олег, — А можно нам ещё чаю?

«Ого… Маму уже по имени называет. Сколько времени он здесь торчит? Хотя и разница в возрасте у них небольшая. Олегу позавчера только тридцать два стукнуло, а маме тридцать семь… Может, она на него глаз положила? Забирай, только меня в покое оставьте…»

Мама уже хлопотала около старенького гарнитура, доставая что-то из пакетов. Характерно и громко зашумел чайник, наполняя маленькую кухню гудением и запахом пластмассы.

— Думала, — Олег наклонился к Алёне и сказал ей на самое ушко, — что можешь просто так сбежать и не попрощаться?

— Я попрощалась, — буркнула она.

— Это ты про ночь или письмо? — ехидно улыбнулся Олег.

— Что это вы обсуждаете? — встряла мать.

— Ничего, — тут же выпрямилась Алёна и ещё отодвинулась от мужчины.

— Как твоя учёба? — спросила мама

— Что? — удивилась Алёна.

— Олег Николаевич сказал, ты вернулась к учёбе, планируешь в художку поступать.

— Да-а? — она повернулась к Олегу. — Ну, я ещё не всё повторила, но Олег Николаевич великодушно обучает меня премудростям нашего языка…

Он аж поперхнулся, но судя по ухмылке, оценил намёк, а вот мама не поняла.