Опасная зависимость - Аддерли Кейт

По прибытии в Вестерос, Энзо делает все, как обещал Моретти – с комфортом подвозит нас до аэропорта, оплачивает билеты до Фуншала, на остров Мадейра, и дает с собой пару пачек наличных. План по выживанию рушится окончательно, стоит увидеть внушительные купюры. Мошенничество отменяется!

— Хорошо, что я выкрала наши паспорта. Нам несказанно повезло. Ты понимаешь?! Мы – любимицы Бога, по-другому не скажешь! — Пищит от счастья Эль, раня мой чуткий слух.

Я прошу ее успокоиться. У кассы скачущая от радости девушка привлекает много внимания. Не хватало, чтобы органы забеспокоились сумасшедшим настроем Эль и загребли ее в участок, проверяя на наркотики.

— Нам придется вернуться в Стокгольм, вылет в Фуншал оттуда. Энзо оплатил билеты на быстрый поезд, домчим за пятьдесят пять минут. Отправление через полчаса. Ты готова?

Никогда не была на Мадейре. Судя по картинкам в интернете, которые отыскала Эль на телефоне Энзо, убеждая меня полететь именно туда, нас ждет райский отпуск. Почти любая авантюра стоит того, чтобы оказаться там. Я готова вернуться в город, откуда мы сбежали, ради жизни, о которой мечтаю и свободе, к которой всегда стремилась!

Киваю.

— Тогда по машинам! — В эйфории командует Моретти.

Энзо отвозит нас на вокзал, трепетно провожает мою подругу, желая нам обеим отличного пути. Мы садимся в поезд, колеса под нами начинают активно стучать, подавая сигнал: «Начинается один их самых запоминающихся периодов вашей жизни».

Глава 4

Португальский остров подарил нам чудесные недели. Я отпраздновала свой день рождения в лучших традициях островитянина – с утра грелась у Атлантического океана, завтракала экзотическими фруктами и напитывалась красивыми видами на протяжении дня, а вечером танцевала на пляже под «The Island» Pendulum.

Когда все уже сказано и сделано, Ты все еще ищешь ответы, если они есть. Я развернусь — импульс исчез. Поводов не осталось, и мы медленно сходим с ума.

Мои девятнадцать встретились сладко.

Никогда не чувствовала себя настолько свободной! Я жила, как хотела, питалась, чем вздумалось, хотела – спала на пляже, хотела – засыпала в прохладной комнате, которую мы с Эль снимали за гроши. Гуляла, где вздумалось, шла, куда глаза глядят, и не опасалась, что кто-то узнает меня или набросится с вопросами о карьере папы – великого и ужасного Эйдена Хеймсона. Я была рада, что при взгляде на меня у людей не загоралась в голове лампочка: «Она – Хеймсон». Островитяне глядели лишь на миловидную девочку с большими голубыми глазами и кудрявыми волосами, без лишних мыслей о ее статусе.

Здесь моя фамилия ничего не решала – об этом я могла только мечтать.

— Ты не ответила португальцу?

— О предложении сходить на свидание?

Я познакомилась с парнем пару недель назад, но так и не нашла нужные ресурсы ответить ему взаимностью. Дело не в том, что мне он не понравился. Парень был чудесный – красивый, обходительный. Но я скучала по тому, кого оставила в Нью-Йорке.

По прилете в Фуншал – главный город и морской порт острова Мадейра – я выпросила у Эль телефон с новой сим-картой, проверила аккаунт Алекса. После трагического крайнего заезда в его социальных сетях новые фото и видео не появлялись. Из архива ничего не публиковалось. Страница парня была мертва. Я старалась гнать мысли о смерти Карраса, хоть порой они были сильнее меня. Номер его телефона я не помнила, звонить было некуда.

Думала набрать Катрину, но Моретти наглухо запретила, обосновав поступок тем, что мобильный сестры может прослушиваться. Довод был убедителен. А, учитывая мой побег из стокгольмской клиники, Эйден точно предпринимает все меры, чтобы меня найти.

Так просто отец меня не отпустит.

Любитель держать под контролем весь мир, не сможет упустить деталь в виде своей ослушавшейся дочери – это ударит по его эго.

Мы приняли решение оставаться в невидимости, ни с кем не связываться. Тени прошлого мешали бы нам жить.

— Он спрашивал о тебе.

— Океан беснуется. — Хочу перевести тему, чтобы не говорить о парнях.

Мой интерес всегда крутился вокруг Карраса, о других знать не хочу. Эль в курсе, мы это обсуждали, но ей не дает покоя, что она каждую ночь ложится спать без сплетен о моих любовных связях. «Слишком скучно живу», — заключила недавно Моретти. Я другого мнения, не считаю верность – скукой.

— Ты стала похожа на коренную островитянку. — Эльза ловит мой настрой и поддается, отпуская свою любимую тему.

— Из-за волос?

— Да.

Я смотрюсь в небольшое зеркало, висящее на неумело забитом гвозде на шкафу. Не очень люблю кудри и даже рада, что они достались от мамы Катрине, но субтропический климат на крайнем юге острова, где мы находимся, другого мнения. Высокая влажность, наличие океана вокруг всего острова сделали свое дело, превратив волосы из моих прямых от рождения в завитые.

— Ничего, Франция все исправит.

Я непонимающе пялюсь на Моретти.

Франция все исправит. Что подруга имеет ввиду?

— Энзо ждет нас в Париже.

— Вы списывались?

— Да. Пару дней назад я вышла с ним на контакт. Все время, что мы были здесь, он ждал моего сообщения.

Невозможно игнорировать сияющую Эль. Ее распирает, стоит завести разговор о том, кого она встретила в шведском вагоне-ресторане.

— Итальянцы – те еще романтики?

— Кто угодно, но не итальянцы. Я с первых дней жила в мафиозных кругах. Нормальные, адекватные люди мне незнакомы, тем более романтики. Пушки, грязные деньги, алкоголь, чтобы заглушить очередной трудный день, азартные игры, тайны, из-за которых может начаться масштабная кровопролитная война. Энзо – скорее исключение. — Немного подумав, Эль продолжает. — Ты же не думаешь вернуться в Нью-Йорк?

— Нет.

Не сейчас так точно. Мне нужно чуть больше времени и смелости, чтобы дать отпор папе и его деспотичному образу жизни, которому я поддалась.

— А ты? Не планируешь наведаться в гости к итальянским родственничкам?

— Ни в этой жизни. Ни за что не вернусь в Сицилию!

— А как же Палермо? Кое-кто собирался отдать занятые деньги у Энзо по возвращению на родину.

— Брось! Он давно простил мне эту мелочь.

О, да! Мелочь, на которую мы живем далеко не первую неделю на острове Мадейра. И живем весьма неплохо, на широкую ногу, ни в чем себе не отказывая!

— Чего это ты решила написать итальянцу?

— Соскучилась. — Рассматривая загоревшее тело в зеркале, кружится Моретти.

Эль и соскучилась? Противоположные друг другу слова.

Мой укоризненный взгляд выводит подругу на чистую воду.

— Деньги заканчиваются.

Ответ больше похож на правду. Теперь верю.

— Не я тянула его за язык, обещая свидание в Париже. Я подумала – это отличный повод, нагрянуть в унылую жизнь Энзо. Итальянские мужчины должны держать свое слово. Знаешь, что происходит у нас в мафиозных кланах, когда нарушают обещание?

Понятия не имею.

— Казнят. Не на публике. Тихо, без лишней шумихи, где-нибудь в темном переулке. Ну, или просто вывозят за город. — Одержимо смеется Моретти, рассказывая о правилах в ее мире. Она походит на сумасшедшую, и от этого я чувствую безумный страх.

Мой отец любит также истерично смеяться – неврологическая патология. Его судорожные припадки вызывали точь-в-точь такой же сильный страх, как сейчас.

— Ужас. — Шепчу я.

Когда Эльза успокаивается, мы продолжаем диалог.

— Что планируем делать?

— Лететь в Париж! Самолет послезавтра, пакуй чемоданы, крошка!

Паковать особо нечего. За время пребывания на Мадейре я мало что приобрела, в отличие от подруги, которая скупала все, что нравилось ее «золотому» глазу. Пару топов и шорт можно закинуть и к Эльзе в чемодан, много места они не займут.

— Две недели давно прошли. Не кажется? — Уточняю немаловажную деталь. Энзо приглашал Моретти давно, много недель назад.

— Настоящий мужчина, если он настоящий, дождется своего часа. Час Энзо настал, и он им воспользовался.