Annotation
Хорошие злодейки делают хорошее шоу.
Идеальная смесь произведений Эмили Генри, сериала «Дрянь» и реалити-шоу «Холостяк».
Жаклин Мэттис недовольна тем, как развивается ее писательская карьера, и хочет подтолкнуть продажи своих книг, приняв участие в популярном реалити-шоу «Единственная». Жаклин знает, какую роль ей нужно сыграть, чтобы добиться успеха, ведь романтические истории – ее конек.
Однако на пути к счастливому финалу с холостяком Маркусом возникают проблемы. Продюсер Генри Фостер – одна из них. Он умен, привлекателен, и девушка никак не может забыть их жаркую ночь прямо перед началом съемок.
Но хуже всего то, что сценаристы шоу решили выставить Жаклин злодейкой. Что делать, если вся твоя история – просто монтаж, а настоящая любовь остается за кадром?
«Книга идеальна для тех, кто, как и я, любит хаос. Я поглотила ее за один присест, а потом испытала книжное похмелье. История – прекрасное сочетание психологического возбуждения и восхитительного романтического напряжения!» – Оливи Блейк, автор бестселлера «Шестерка Атласа».
Лори Девор – автор четырех романов, выпускница Клемсонского университета в Южной Каролине. Периодически ее можно увидеть на университетских спортивных мероприятиях, где она активно дает ценные указания и поддерживает команду. В свободное время она наслаждается чтением на пляже, злоупотребляет просмотром ТВ и занимается своим любимцем – псом Ригли – дома в Чарлстоне, Южная Каролина. «Это все монтаж» – ее первая книга для взрослой аудитории.
«Идеальное пляжное чтение! Остановиться невозможно! Не удивляйтесь, если прочитаете книгу за день», – In Touch Magazine
Лори Девор
Лос-Анджелес
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
Чикаго
11
12
13
14
15
16
Канкун
17
18
Каролина
19
20
21
Франция
22
23
24
«После единственной», пять месяцев спустя
25
26
Благодарности
Об авторе
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
Лори Девор
Это все монтаж
© 2024 by Laurie Devore
© Susan Lloyd Photography
© Саар М.Р., перевод на русский язык, 2025
© Издание на русском языке, оформление. Издательство «Эксмо», 2025
* * *
Маме, всегда бравшей меня на шопинг за платьями в Dillard’s[1].
Спасибо тебе за все
Здравствуйте, единственные мои! Если не любите спойлеры, перестаньте читать прямо сейчас, потому что дальше вас ожидает настоящая сенсация про 32-й сезон «Единственной»!
Все мы влюбились в Маркуса Беллами, улыбчивого и уверенного в себе бизнесмена из Чикаго, чье трагическое (и довольно противоречивое) расставание с Шейлин Дауд в прошлом сезоне «Единственной» оставило всех в слезах. В этом сезоне он возвращается на шоу, чтобы отыскать свою единственную, и спешим вас заверить: он нашел свою спутницу жизни! Согласно нашим источникам, Маркус сделал предложение южной красавице Жаклин Мэттис во время съемок финала «Единственной» в Севеннах, на юге Франции. Жаклин, тридцатиоднолетняя писательница из Чарльстона, была «темной лошадкой», нацелившейся на сердце продавца технологий из Чикаго с первого же эпизода, и, по слухам, заполучить кольцо мисс Мэттис удалось благодаря рывку в последний момент. Не упустите новые спойлеры от эпизода к эпизоду в публикациях на этой неделе.
Лос-Анджелес
1
Дальше только хуже[2]
На мне красное платье. Когда я сняла его с вешалки в Dillard’s, приложила к себе и показалась маме, та усмехнулась. Мы обе знали: ради такого размера нужно будет потрудиться.
– Женщина в красном? – спросила она. – Это уже перебор, не думаешь?
– Что, надеть черное и слиться с массой? – бросила я в ответ.
– Черное стройнит, – улыбнулась мама.
Я все равно надела красное.
Мой продюсер вручает мне один бокал шампанского за другим, и я выпиваю их без лишних раздумий. Со мною в лимузине: Алиана, стереотипно громкая итало-американка из Джерси; Бонни, королева красоты из Техаса, которая, судя по высоте ее прически, подобралась ближе к Богу, чем кто-либо до нее; и Рикки, двадцатидвухлетняя фитнесс инструктор из Санта-Моники, чьи ноги то и дело сверкают в разрезе ее платья, каждый раз приковывая мое внимание. Интересно, а я десять лет назад тоже была такой красоткой?
Лимузин несет нас в горы неподалеку от Малибу, и как бы я ни смотрела, пейзаж за окном кажется мне пустынным и монотонным. Но все-таки есть в этом что-то прекрасное и в то же время печальное: невозможно дорогие дома на сухой, бесплодной земле, которая, если проехать чуть дальше, превращается в одно из самых красивых мест в мире. Солнце уже зашло, и горная дорога, по которой взбирается наш лимузин, делается опасной.
– Ну что, готова представляться? – спрашивает меня Шарлотта. На ней легинсы, майка и толстовка на молнии; она сидит на полу лимузина, прислонившись спиной к сиденью, вытянув ноги и сложив руки на животе. Кажется, она уже месяце на седьмом.
Я бы хотела честно ей ответить, что предпочла бы для этого предварительно хорошенько надраться, но, поскольку я «зрелая» участница, чуть ли не престарелая даже, по меркам «Единственной» – мне тридцать два, – я не могу в первый же вечер выставить себя той самой пьяной девчонкой. Тогда Маркус точно отправит меня домой, и как бы стыдно мне от всего этого ни было, выбыть из конкурса в первый же вечер – куда хуже.
– Буду непринужденно сногсшибательной, – отвечаю Шарлотте и стараюсь лишний раз об этом не думать. – Как и всегда.
– Вот поэтому ты – моя любимица. – Шарлотта отпивает из моего бокала шампанского, отдает его назад и поворачивается к Бонни.
– Я все еще не уверена, – говорит Бонни, – что это хорошая идея. – Она невзначай поправляет надетый под платье купальник. На ней еще и лента с надписью «Мисс Техас» – это от продюсеров, потому что на самом деле в конкурсе она заняла только второе место.
Шарлотта тотчас принимается убеждать ее, что на самом деле это отличная идея. Я ухмыляюсь. Лохушка.
– Ты мне нравишься, – говорит мне Рикки, как будто бы в ответ на неподобающий даме звук, который у меня только что вырвался. – Есть в тебе что-то такое. Естественное. – Она наклоняет голову и медленно кивает: – Особенно сиськи.
Я моргаю и присматриваюсь к ней. Потом опускаю руку на свою внушительную грудь и демонстративно приподнимаю ее. Рикки смеется. Ее смех похож на перезвон ветряных колокольчиков на крыльце маминого домика-ранчо в Чарлстоне, Южная Каролина, где я распрощалась со всей родней.
– Так и знала! – Рикки салютует мне бокалом. – Естественность даже лучше, чем сиськи!
Она откидывается на спинку сиденья и залпом допивает шампанское.
– Рикки, ты идешь первой, – говорит Шарлотта. Она поднялась с пола и теперь сидит рядом с Алианой и нашептывает ей что-то на ухо. Как только особняк, где проходят съемки «Единственной», показывается на горизонте, Шарлотта указывает на него, и Алиана тотчас принимается визжать.
