Иви Тару
Притяжение льда
© Издательский дом «Проф-Пресс», 2025
© Иви Тару, текст, 2025
* * *
Глава 1
Громко! Очень громко, но тишина сейчас первый враг. В тишине особо остро чувствуется горечь поражения. Именно так Таня расценивала нынешнее своё положение – как проигрыш. Не всегда удаётся вскарабкаться на первую ступень пьедестала, вторая и третья служат небольшим утешением. Но всегда есть те, кому никакой ступеньки не досталось, – им обычно сочувствуют, но забывают очень быстро.
Музыка била по ушам, по телу, шла волной от позвонков на шее до икр, натруженных вечерней тренировкой. Таня смотрела на губы Киры, кивала, улыбалась – поддерживала разговор, не слыша ни слова. Кира наконец просекла её хитрость, быстро подсела ближе, зашептала прямо в ухо:
– Сволочь, говорю, твой Вадик. Это ж надо – месяца не прошло, он уже её тискает за…
Таня откинула голову, слова утонули в басах, она схватила недопитый коктейль и махом опрокинула в рот. Пустых стаканов на столе уже скопилось штуки три, а веселья как не было, так и нет.
– Хватит уже, – снова зашептала Кира в ухо, – такты делу не поможешь, да и тренировка утром, Коннор сразу учует.
Таня покосилась на подругу: сначала сама зазвала в ночной клуб, мол, тебе развеяться надо, а теперь чем-то недовольна.
– А что ты предлагаешь? – хмуро спросила она. – Плюнуть и забыть? Ты можешь себе представить, я ему звоню: «Как дела, милый?» – а у него на заднем плане голая баба из-под одеяла торчит. Ну, как?
Кира покорно выслушала ещё раз эпичную историю Вадькиного предательства. Несколько месяцев назад Таниного парня пригласили в зарубежный клуб, и сначала он писал, звонил по сто раз в день, потом всё реже и реже, а потом вот… На его странице в соцсети (не в отечественной, а в той, которую теперь нельзя называть) появились фотки с какой-то белобрысой фройляйн… У-у-у, морда лошадиная!
– На что позарился? – Таня, правда, не понимала: лицо вытянутое, нос торчит грушей, плечи широченные, руки бодибилдерши, ноги штангиста.
– На папу… – в который раз пояснила Кира. – Я же всё выяснила: она дочка владельца клуба, ну и капитан чирлидерш. Тут понимать надо.
– Сволочь! – резюмировала Таня и допила Кирин коктейль.
Легче не стало, но туман в голове чуть сгладил гадкое чувство отверженности. Это так мерзко, когда тебя бросают, и даже нет – когда тебе сперва врут, а потом бросают. Ну, позвонил бы и сказал честно, так, мол, и так, но вот это… Писать сообщения «котёнок, скучаю», самому же в это время трахать накачанную немецкую лошадь. Брр! Её аж передёрнуло.
– Я знаю, что делать. – Кира привлекла её внимание. – Давай прямо сейчас найдём тебе парня. – Таня покрутила пальцем у виска. – Да нет, ты не поняла. Ну, выбери кого посимпатичней, подойди, пококетничай, а я фоток наделаю, выложишь у себя на странице. Пусть твой форвард посмотрит, кого потерял, и зубы об шайбу сточит.
– Я так не умею.
Таня икнула – коктейли давали о себе знать. Флирт и правда не был её сильной стороной.
– Да не надо никого кадрить, просто поболтай, и всё!
Таня обвела глазами помещение. В полукруглых нишах ночного клуба сидели весёлые компании: парни, девушки… Взгляд со стороны на чужую жизнь редко бывает объективным: всегда кажется, что вон тот или та уж точно и непременно счастливы, но лучше не пытаться узнавать подробнее, чтобы не лишаться иллюзий.
Перед глазами всё плыло, чувство реальности размывалось мерцающими огнями стробоскопов [1], всполохами огней, бьющей по нервам ритмичной музыкой.
Кира толкнула её в плечо:
– Смотри, вон компания сидит, одни мальчики. Ничего такие вроде.
– Если ничего, значит, спортсмены, – скривилась Таня. – Клянусь, больше никогда ни одного спортсмена, тем более хоккеиста. Найду ботаника и буду с ним по вечерам концептуальное кино смотреть.
– А вон там как раз один в очках. Чем не ботаник?
Таня прищурилась, пытаясь разглядеть темноволосого парня. Не блондин – уже хорошо. Надо записать себе – больше никаких блондинов. Никогда!
– Смотри, они, кажется, на танцпол собрались. Всё – идём. Ты рядом с ним потрёшься – ну, как ты умеешь, – а я пару фоток сделаю.
– Я не умею, – простонала Таня, поняв, что Кира не шутит.
– Что, значит, не умею?! А кто у нас танец страсти на льду отжигает? Я, что ли? Вперёд, Кармен!
Таня допила остатки коктейля, и Кира потащила её за руку в гущу толпы, похожую на многоголовую гидру.
* * *
Тим выстроил ряд шотов перед собой, чередуя тёмные со светлыми. «Как в жизни, – усмехнулся он, – белое-чёрное, чёт и нечет». Подумать только! Ещё совсем недавно он готовился к переезду, принимал поздравления от друзей. Когда его пригласили в питерский клуб «Пардус» и даже помогли с переводом в профильный институт, он и представить не мог, что это начало конца. Нет, с хоккеем и учёбой всё было непросто, но терпимо. К сокурсникам он притёрся, в команду влился сразу, словно всегда тут и был. К слову сказать, многих он знал: с кем-то учился в московской спортивной школе «Шторм», с кем-то пересекался на соревнованиях. А вот с Алисой… Он до сих пор ругал себя за слепоту: как можно было не заметить очевидного? Ещё когда он сообщил ей, что переводится в Питер и теперь они будут видеться хоть каждый день, можно было уловить отсутствие сильной радости в её голосе, но он, влюблённый идиот, ничего не понял.
Тим поднёс шот к носу, сморщился: крепкие напитки он не любил, но сегодня твёрдо решил, что напьётся. Это будут поминки их отношений. Официант принёс поднос с набором шотов, уже третий за вечер.
– Ты куда разогнался? – Пашка взял один из маленьких стаканчиков и отпил немного, закусил оливкой, лежащей на тарелке в центре стола.
– Туда. – Тим неопределённо кивнул в сторону. – Раз я не развиваюсь, то буду спиваться. – Павел вопросительно поднял бровь. – Алиса сказала, что я не развиваюсь, ей, видите ли, со мной скучно. А с этим, очкастым, значит, весело?
Его друг, который был в курсе всей драмы, положил приятелю руку на плечо.
– Плюнь!
– Нет, ну как? Она же сама в спорте всю жизнь, знает, что такое тренировки, сборы, соревнования. Что тут не до театров и всяких там культурных мероприятий…
– Да забей!
Павел сочувствовал, но до конца не понимал, как другу сейчас плохо. Самое поганое было, что Тим чувствовал себя дураком: явился к ней с букетом её любимых цветов, специально не звонил – сюрприз хотел сделать. Сделал! Такой сюрприз, что сдохнуть можно. От смеха. Только в роли клоуна выступил он, Тимур Максютов, не самый плохой нападающий, может, даже один из лучших, но Алисы Ревуновой, надежды и восходящей звезды отечественного фигурного катания, не достойный, потому как…
Гнев снова затопил его до самой макушки, он буквально чувствовал, как плещется там огненная вязкая лава. Тим оттянул ворот футболки, рука коснулась чего-то пластикового в кармане на груди. Очки? Он хмыкнул, натянул на нос, ткнул Павла в бок. Тот обернулся, вытаращился.
– Безделушка. Купил в киоске, – пояснил Тим. – Как считаешь, в таком виде сойду за умного? Раз-ви-то-го… – произнёс он по слогам.
– Плюнь, – очередной раз повторил Павел. – Пойдём лучше подрыгаемся, чего зря сидеть? Смотри, как девки пляшут.
Тим посмотрел. На танцполе топтались девушки и парни кто во что горазд: кто дрыгал ногами, кто руками. Девчонки крутили бёдрами, делали томные лица. Тимур скривился. Алиса любила танцевать, а он нет.
Со вчерашнего дня всё тело его словно онемело, словно он забыл переодеться после матча и до сих пор ходил в полной экипировке. Надо всё же размяться. Тим решительно встал, пихнул Пашку, кивнул в сторону танцующих. Тот радостно улыбнулся – другое дело, нечего киснуть.
* * *
Кира пританцовывала, поводила плечами, кидала на подругу многозначительные взгляды: ну же, смелей! Таня раздражённо дёрнулась. Ритм бил в подошвы туфель, отдавался в теле, против воли заставляя его двигаться. Перед глазами мелькали лица, она выхватила одно – в очках – и двинулась прямо к нему. Парень двигался как слон в посудной лавке, плечи напряжены, руки висят плетьми по бокам. Смешной. Она подошла ближе, улыбнулась, подмигнула, чуть прогнувшись в талии, толкнула его бедром. Парень глянул с интересом и некоторой растерянностью. Таня протянула руку, и он ответил, взял её ладонь и пошёл за ней в центр площадки.
