Без принципов
Глава 1
Дарья
Девушка должна быть красивой, уверенной в себе и ухоженной. Без перегибов с гиалуроновой кислотой. С изюминкой.
Девушка должна увлекать и нравиться. Разбираться в психологии, бизнесе, знать языки и активно заниматься спортом.
Девушка должна быть покорной, внимательной, чуткой, эрудированной. Обязательно — с грамотно поставленной речью.
Девушка должна, должна и ещё раз должна. Если решила продаться богатому мужчине, то как минимум — быть сверхчеловеком.
Внутри меня всё бунтует и противится этому, но Эля попросила строго придерживаться заданных правил. Она опытная. Знает, что делает.
Более двадцати лет назад мамина подруга переехала в столицу из крошечной провинции и решила поиметь эту жизнь прежде, чем та поимеет её.
Элина быстро обзавелась полезными знакомствами и сообразила, что ныне пользуется спросом и в какой сфере можно здорово раскрутиться. Оказалось, что секс — это то, что никогда не надоедает человечеству, поэтому организовала собственное агентство по предоставлению различного рода услуг.
Сначала там состояли сокурсницы, готовые ко встречам с мужчинами за деньги, а затем штат разросся и пополнился новыми кандидатурами. В него попадали девушки разных возрастов, статусов и умений. Когда-то в него влилась моя мама, а теперь и я.
Сегодня — я.
Впервые.
Эля сказала, что мне непростительно сидеть и бездействовать в столь сложной финансовой ситуации, когда есть возможность быстро и легко заработать. Она знает, как именно. Умеет и подсказывает всем нуждающимся за некий процент от прибыли.
— Я ненадолго отойду, — обращаюсь к Дмитрию, касаясь крепкого плеча.
Войдя в уборную, натыкаюсь на пустой отрешенный взгляд в зеркале. Подхожу ближе. Нервно поправляю серёжки и колье. Подкрашиваю губы, взбрызгиваю духи на запястья. Осматриваю себя с головы и до ног, крутясь во все стороны.
Выгляжу идеально — как и было указано в пожеланиях. Не слишком вызывающее платье с вырезом до середины бедра. Оголённые плечи. Десятисантиметровые шпильки (и ни миллиметром больше, чтобы на фоне заказчика не казаться выше).
На мою анкету откликнулось много мужчин. Эля интуитивно подсказала самого приличного и нежадного. Казалось бы — потерпи, что тут такого? Тем более, если на личном фронте всё равно не клеится... Но за грудной клеткой разрастается жуткая паника, ведь законы нового мира категорически претят всем моим прежним представлениям о жизни.
Я возвращаюсь в зал, натягивая на лицо искусственную улыбку. Дмитрий стоит у бара и активно меня высматривает. Когда замечает, то подзывает к себе. Можно было бы ещё поманить пальцем, как собачку, чтобы наверняка подтвердить ассоциацию, но обходимся и без этого.
— У тебя что-то болит, Даша?
Тонкие губы неприятно поджимаются. Я вдавливаю ногти в ладони и борюсь с распирающим возмущением. Впрочем, не только с ним. Ещё с и принципами, с моралью и с внутренними убеждениями, ломая себя подчистую.
Когда-то давно мне казалось, что как мама — я ни за что не смогу, но жизнь умеет приземлять и наказывать, убеждая, что надо.
— В смысле? — осторожно интересуюсь.
Дмитрий хмыкает и крутит в руке бокал виски.
— В туалет часто бегаешь. Может у тебя цистит? Так я просил Элину найти мне здоровую девку.
Боже.
Скорее всего, это шутка, потому что мужчина довольно посмеивается, а я — опускаю глаза в пол и стараюсь скрыть всплески раздражения.
Если я буду ласковой и вежливой, то Дмитрий останется доволен. Если буду удобной и милой, то накинет сверху чаевых. Если повезёт, то захочет чаще со мной встречаться. Возьмет на роль содержанки, щедро одаривая деньгами и подарками.
Только почему мне хочется немедленно сбежать в уборную и закрыться там на сотни замков?
— Со мной всё в порядке, Дмитрий, — терпеливо отвечаю. — Я просто волнуюсь, потому что выхожу в свет впервые.
Мужчина смягчается, улыбаясь. Он польщён. Осматривает меня пристальнее и плотояднее. Элина уже получила аванс. Остальная сумма поступит уже после...
— Расслабься, Даш. Хочешь принесу вино?
Мы присутствуем на фуршете после международного бизнес-форума. Вокруг полно людей. Кажется, будто собрался весь город. Я преимущественно молчу. Открываю рот, когда попросят. Пью немного, потому что Эля сказала, что вхлам нельзя — за это безжалостно штрафуют.
— Ты английский хорошо понимаешь? — интересуется Дмитрий, опуская ладонь на мою поясницу. — К нам тут один человечек направляется. Иностранец. В прошлый раз я пытался донести до него одну важную вещь, но не сумел правильно сформулировать.
Я воодушевляюсь, потому что переводчиком мне работать куда комфортнее. Жаль, платят мало. Если больше — то делать нужно примерно то же, что и сейчас. Только никаких гарантий безопасности нет.
— Да, у меня С2.
— Расшифруй.
— В совершенстве. Я заканчиваю международный университет.
— И что? — заметно недоумевает мужчина.
Мои позвонки гладят мужские пальцы. Дмитрий слушает, но не слишком внимательно. Его взгляд означает лишь одно — он хочет поскорее отбыть вечер и перейти к более неформальной обстановке. У меня не получается быть соблазнительной и манкой кошечкой, но ему этого и не нужно.
— Обучение проводится на английском, — спокойно поясняю. — Проблем с иностранцем не будет.
— А-а, охуенно. То, что надо, Даш.
Я чувствую себя как рыба в воде, отвлекаясь на тексты и перевод. Общаюсь живо и с энтузиазмом с канадцем по имени Лиам. Мысленно оттягивая момент, когда придется остаться наедине с Дмитрием.
— Ещё вина? Может чего покрепче? — обдает жарким шепотом висок. — Нравится, когда ты такая раскрепощённая…
Вместо приятных ощущений по спине пробегает мороз. Дмитрий не женат. Эля говорила, что никогда и не был. Чиновник. Довольно молодой — лет тридцать. На пост попал по протекции отца. У нас всюду так — родственные связи неискоренимы.
— Покрепче не надо, — вздёргиваю уголками губ. — Потому что у меня уже немного кружится голова.
Каждый мой ответ забавляет мужчину. Его движения становятся откровенными и собственническими. Взгляд беззастенчиво гуляет на голых плечах и в вырезе платья.
А я никак не могу представить — смогу ли дойти до конца? Продаться окончательно и бесповоротно? Заранее зная, что это плохая затея?
Я сжимаю тонкую ножку бокала и активно перевожу разговор, но в какой-то момент натыкаюсь на прямой чёткий взгляд карих глаз в противоположному углу зала и резко цепенею.
Дмитрий давит на талию, чтобы продолжала, но его голос звучит, будто в вакууме — тихо и приглушенно.
Я начинаю и запинаюсь. Прошу прощения, но никак не могу взять себя в руки. Сбиваюсь. Теряюсь. Схожу с ума. Кажется, будто передо мной иллюзия или мираж — настолько нереалистична встреча с Ратмиром Авдеевым, которую я давным-давно перестала ждать.
Первое время я горела, фантазировала и представляла. Да что там. Мне каждую ночь снились его смех и улыбка. Я просыпалась в холодном поту, ощупывала пустоту и хотела медленно умереть.
Не сводя глаз, облизываю сладкие после вина губы. Образ Ратмира становится ближе. Черты лица яснее — с годами они стали грубее, чем были у того двадцатилетнего мальчишки, что я помню.
Вместо привычной спортивной одежды — белая рубашка и брюки. На запястье часы. Щетина стала гуще. Взгляд жёстче. Настолько пробирающий, почти, как у отца.
Дмитрий что-то шепчет мне на ухо. Я улыбаюсь в ответ на очередную тупую шутку, а сама невольно проваливаюсь в воспоминания пятилетней давности.
Мне было восемнадцать. Я была юной и глупой, искреннее верила в силу любви и чувств. До тех пор, пока Ратмир не улетел за границу и не женился на другой девушке, так и не выслушав мои наивные оправдания.
Интересно: он к нам надолго или насовсем? Один или с женой?
Маленькая татуировка под грудью непривычно жжёт кожу и тянет магнитом к другой половинке компаса. Хотя, почему я решила, что она до сих пор у него есть? Это я так и не нашла времени и возможностей, чтобы избавиться от мимолётной дурости.
