Мерседес Рон
Скажи мне поцелуями
Mercedes Ron
Dímelo con besos
Печатается с разрешения Penguin Random House Grupo Editorial, S.A.U. и агентства Nova Littera SIA.
Дизайн обложки Виктории Давлетбаевой.
© 2021, Mercedes Ron
© 2021, Penguin Random House Grupo Editorial, S.A.U.
Travessera de Gràcia, 47–49. 08021 Barcelona
© В. Матвеев, перевод на русский язык
© ООО «Издательство АСТ», 2026
* * *
Хоакину. За то, что ты всегда рядом со мной и любишь меня такой, какая я есть. Никогда не переставай смешить меня.
Я люблю тебя.
Пролог. Ками
Никто и представить себе не мог, что произойдет нечто подобное. Будь у меня возможность вернуться назад, вероятно, мне удалось бы увидеть какие-то знаки или подсказки, которые я не заметила раньше. Или не хотела замечать… потому что боялась?
Понятия не имею, могу лишь сказать, что стоило только в то утро войти в школу, я сразу почувствовала неладное. Не спрашивайте, что именно, но оно буквально витало в воздухе. Можете назвать это интуицией, предчувствием – не знаю, но, когда все началось, мой разум испытал облегчение. Не настоящее облегчение, конечно, скорее ощущение, будто с плеч упал груз. Словно я наконец-то поняла странное предчувствие, которое неделями не давало мне покоя, предупреждая, что скоро что-то должно произойти. Что-то назревало в переполненных подростками коридорах, в классах, где нас с детства направляли на достижение навязанных обществом целей: «Нужно учиться в школе, хорошо сдать экзамены, чтобы поступить в вуз, подать документы на стипендию. Нужно учиться, чтобы потом найти хорошую работу, взять кредит в банке, купить либо просто снимать дом или квартиру, встретить того, кто будет о тебе заботиться и любить, создать семью. Следует заранее откладывать деньги на учебу, чтобы потом найти работу». И так до бесконечности.
Я, как и все одноклассники, подняла глаза от бланка выпускного теста по физике, и меня пробрала дрожь.
Сразу же после первого выстрела послышался второй, а за ним третий.
На несколько бесконечных секунд воцарилась тишина, затем послышались крики.
Учитель Дибет медленно встал, и у меня возникло желание сделать то же самое. Встать и побежать, но я словно приросла к стулу, как и все остальные.
– Кто-нибудь, наберите 911, – произнес он, медленно подходя к двери класса.
Никто не пошевелился.
– Чего же вы ждете? – крикнул он, и вокруг меня все пришло в движение.
– Ни у кого из нас нет телефонов… – произнесла я дрожащим голосом.
Взгляд учителя остановился на мне, и я увидела в его глазах страх.
Раздался следующий выстрел, на этот раз гораздо ближе, заставив меня вскрикнуть.
– Все под парты! – велел учитель. – Живо!
Мы без единого звука повиновались. Сразу после этого послышались крики и плач.
Я повернула голову налево.
Жутко напуганная Кейт сидела и крепко обнимала свои колени, ее била мелкая дрожь.
Мне вдруг захотелось сказать ей что-то, успокоить, подойти поближе, обнять, почувствовать тепло той, которая была моей подругой детства. Пусть мы и перестали общаться, но в этот момент все наши разногласия не имели никакого значения.
Услышав сорвавшийся с ее губ шепот, я сначала не смогла найти логического объяснения ее словам:
– Это я виновата, это все из-за меня.
Раздался очередной выстрел. Я закрыла глаза и, машинально заткнув уши руками, принялась беззвучно молиться:
«Тьяго. Тейлор. Боже мой… Кэмерон…»
Так началось то, что позднее станет для всех кошмарным сном.
Однако лучше я все расскажу по порядку.
Часть первая
1. Ками
Никто не знал, где в тот момент находился Джулиан. Прошла неделя с тех пор, как Тьяго съездил в Нью-Йорк и выяснил, что школьным хулиганом, а также тем, кто сексуально домогался меня, манипулировал всеми, ссорил и настраивал окружающих против меня, оказался не кто иной, как Джулиан Мерфи, он же Джулс. Парень, который в тот день в Фоллс-Черч пригласил посмотреть кино в его комнате, а потом накачал меня не пойми чем и снял в невменяемом состоянии на видео для того, чтобы потом выложить его на всеобщее обозрение в социальных сетях. Тот самый, кто настроил против меня лучшую подругу. Тот самый, кто обманом заставил моего младшего брата украсть у меня личные фотографии, а после выложил их на мою страничку. Тот самый, который притворялся геем, чтобы быть поближе ко мне. Именно тот парень, который поклялся быть моим лучшим другом.
Я перестала давить карандашом на бумагу и провела пальцем по дырке, которая образовалась на моем рисунке вследствие силы, с которой я непроизвольно надавливала на бумагу.
Мой рисунок не представлял собой ничего особенного – просто бессмысленные каракули, но стоило взглянуть на них под другим углом, как волосы вставали дыбом. В последнее время все, к чему прикасались мои карандаши, получалось мрачным. Впрочем, ничего удивительного.
Могло ли быть все еще хуже в этом проклятом году?
Мне казалось, что нет, не могла же я быть настолько невезучей.
Будучи полностью поглощенной происходящим в школе, в последние несколько недель я даже не вспоминала о разводе родителей. Хотя мать была сама на себя не похожа. После того как узнала, что ее дети подвергаются травле со стороны одноклассников, она начала страдать от частой смены настроения. К тому же постоянно обижалась и на свою мать, мою бабушку, без конца капающую ей на мозги, что она понятия не имеет, как нас воспитывать. Она сильно уставала. А еще беспокоилась из-за невозможности поддерживать высокий уровень жизни, поскольку денежного пособия, которое присылал нам отец, для этого не хватало. Мать понимала, что ей придется постепенно привыкать к новым реалиям.
Во всяком случае, сейчас она выглядела немного более человечной, не такой недалекой и поверхностной куклой, как раньше. У матери больше не оставалось времени на ерунду, теперь ей приходилось самостоятельно вести хозяйство, отвозить нас в школу и привозить обратно, кормить, а также заботиться о моем младшем брате.
На днях мы с ней сходили в полицейский участок, чтобы подать заявление на Джулиана за сексуальное домогательство, преследование и оскорбление путем разглашения видеозаписей интимного характера.
Я очень сомневалась, что смогу справиться с подобным и начать судебное разбирательство против человека, которого до недавнего времени считала своим другом. Не хотелось снова видеть его лицо. Я боялась просто не выдержать встречи с ним, но мать и бабушка не переставали давить на меня. Хотя несмотря на то, что при желании они могли быть очень настойчивыми, в конечном итоге меня убедили братья Ди Бьянко.
Что такого было в этих парнях, что их мнение, их представление обо мне оказалось настолько важным? Как они сумели заставить меня преодолеть страх и одним простым разговором убедили сделать то, чего хотели мои родные и они сами?
Я не забыла минуты, проведенные наедине с Тьяго в его машине в тот день, когда все стало известно и Джулиан понес заслуженное наказание. Я не могла забыть его глубоких зеленых глаз, которые внимательно на меня смотрели, словно желая добраться до самых потаенных мыслей и поведать правду, которая могла изменить мою жизнь.
Он любил меня.
Тьяго любил меня, а я даже не представляла, с чего все началось.
С того дня в машине мы ни разу не оставались наедине. Тейлор не отходил от меня ни на шаг, зато Тьяго был как никогда далек. Он и заговорил со мной только для того, чтобы убедить подать заявление на Джулиана. Скорее всего, он подслушивал нас из своей комнаты, потому что ворвался в комнату Тейлора и решительным тоном предупредил, что если не заявлю в полицию, то подвергну опасности сотни таких же девушек, как я, которые встретятся на пути этого обманщика и манипулятора.
