Скажи мне поцелуями - Рон Мерседес

Карсвилл был городком, где никогда ничего не происходило, местом, о котором в скором времени узнает весь мир.

Я подошла к дому Элли заранее, чтобы успеть поболтать по дороге в школу. Нажала на кнопку звонка, зная, что она, скорее всего, в это время уже завтракает. Дверь открыл ее отец, высокий мужчина с темными вьющимися волосами. И пусть мистер Веббер пугал своими внушительными размерами, но в душе он был очень добрым.

– Привет, Ками! Как дела, малышка? – спросил он, открывая дверь и приглашая меня войти. – Заходи скорее, а то очень холодно! Ты пришла пешком?

– Доброе утро, мистер Веббер! Мне захотелось немного прогуляться сегодня, – с улыбкой произнесла я. – Элли дома?

– Она на кухне, завтракает. – Он взял у меня пальто, шапку, шарф и перчатки и устроил их на вешалке в холле.

Из-за сильного отопления в доме было очень жарко, и уже через пару минут мне захотелось сбросить с себя всю одежду. Сдержавшись, я последовала за мистером Веббером на кухню.

Дом Элли был не очень большим, хотя и достаточно просторным для ее родителей, двух кошек и ее самой. Элли постоянно твердила, как сильно ей хочется иметь такую большую спальню, как у меня, гостиную с плазменным телевизором и великолепную лестницу. Она неизменно предлагала встречаться у меня, а я, мечтая оказаться подальше от этих внушительных стен, всегда искала повод побыть у нее дома, где миссис Веббер пекла нам самый вкусный яблочный пирог на свете. У нее было гораздо уютнее, чем у нас, здесь всегда пахло свежезаваренным кофе и горячими булочками. Удивительно, как нам всегда хочется того, чего мы лишены.

Я вошла в маленькую кухню с круглым белым столом в углу и мебелью из светлого дерева с лимонным принтом. Элли подняла глаза от тарелки с хлопьями и удивленно уставилась на меня.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

Ее мать оторвалась от газеты и улыбнулась мне:

– Привет, красавица! Давненько мы тебя не видели. Хочешь кофе, чай или горячий шоколад? У меня нет готового, но минут за десять я его сварю.

Она быстро встала, положила газету на стол и подошла к плите, готовая сделать все, что бы я ни попросила. В этом была вся миссис Веббер.

– Чашечку кофе было бы замечательно, миссис Веббер, – с улыбкой произнесла я, прекрасно зная, что лучше сразу высказать свои пожелания, иначе список предложенных вариантов будет бесконечным и она не остановится, пока я что-то не выберу.

Я села рядом с Элли и робко ей улыбнулась:

– Не хочешь пройтись до школы пешком?

Я надеялась на положительный ответ, однако Элли заколебалась.

– Тебе не кажется, что это… не очень хорошая идея, учитывая… – она оставила фразу незаконченной.

Родители Элли почти ничего не знали о том, что произошло в школе. Поскольку это не коснулось ее лично, администрация решила не ставить их в известность, как моих родителей или мать Тейлора и Тьяго. Элли тоже предпочла избавить родных от лишних переживаний по поводу того, что где-то бродит сумасшедший, который шантажирует почти всех учеников школы.

– Отсюда до школы всего двадцать минут пешком, – я бросила на нее многозначительный взгляд.

Элли согласилась без лишних слов, однако мне показалось, что в ее глазах мелькнула нервозность. Хотя ничего удивительного, ведь всех нас сильно напугали и разозлили действия Джулиана.

Пока мы с Элли и ее родителями завтракали, я мысленно убеждала себя, что он безобиден. Я ненавидела Джулиана за то, что он сделал со мной, за всю ложь и манипуляции, но до сих пор не могла поверить в его способность сотворить что-то еще. Я считала его обыкновенным трусом. А как иначе, если все нападки, шантаж и вред, который Джулиан причинил нам, он совершал исподтишка?

Он просто не решился бы напасть на нас в людном месте.

Во всяком случае, тогда мне хотелось в это верить.

После завтрака мы надели пальто, перчатки и шарфы и вышли на улицу. Отец Элли, который обычно отвозил ее в школу, не слишком обрадовался нашей прогулке по холоду, но нам удалось его убедить.

Наконец, оставшись одни, мы зашагали по велосипедной дорожке. Похоже, я была права: Элли действительно вела себя не так, как раньше. С ней происходило что-то нехорошее, и причиной этому стала я.

– Послушай, Элли… – начала я после нескольких минут неловкого молчания, прерываемого лишь карканьем ворон и шуршанием шин редких автомобилей. – Ты за что-то на меня обиделась?

Я сразу перешла к делу, не желая испытывать неловкость в присутствии своей лучшей подруги, ведь сейчас нуждалась в ней куда сильнее, чем когда-либо.

Элли ответила не сразу.

– Мне жаль, что так получилось с Джулианом, Ками, – произнесла она и уставилась под ноги, все еще не в силах посмотреть мне в глаза.

– Что ты имеешь в виду, говоря о Джулиане?

– Ты же знаешь, меня он тоже заставлял делать то, чего я никогда бы не сделала…

Как будто я могла забыть о том, как она целовалась с Дани на вечеринке в честь Хэллоуина! Эта картина до сих пор снилась мне в кошмарах, но вовсе не потому, что я ревновала. Просто меня злило и одновременно расстраивало, что моя лучшая подруга, которую я любила и уважала, связалась с придурком, на целых два года превратившим мою жизнь в ад.

Дани был недостоин такой девушки. Элли заслуживала гораздо большего: милого, веселого, остроумного парня, который смешил бы ее и не мог подтолкнуть к необдуманным поступкам. Она заслуживала самого лучшего парня на свете. Именно это я и озвучила ей не задумываясь. Элли подняла глаза на верхушки деревьев.

– А что, если идеальный парень для меня недосягаем? – спросила она, встретившись со мной взглядом.

– Ни один нормальный парень не сможет отказать тебе, Элли, – заявила я без тени сомнений. Моя подруга была прекрасной партией: умной, красивой, веселой и милой.

Элли снова отвела глаза, и тогда я поинтересовалась:

– Тебе кто-то нравится? Я его знаю? Он учится вместе с нами?

Мысленно перебрав наших одноклассников, я не обнаружила ни одного, кто мог хотя бы приблизиться к идеалу, которого достойна моя лучшая подруга. Впрочем, если ей и правда кто-то нравился, я не собиралась лишать ее надежды.

– Да… он ходит вместе с нами на некоторые предметы.

Подруга уже не на шутку разнервничалась. Черт побери, кто же ей нравился?

– Ну, Элли, расскажи мне, – заканючила я, поскольку мы уже почти дошли до школы.

Элли снова заколебалась, но наконец вздохнула и, похоже, решилась.

– Не хочу, чтобы ты обиделась на меня за это или за что-то еще… Я и вправду не хотела, чтобы так получилось. Чувства возникли сами собой, я сама не поняла, когда именно…

Раздавшийся внезапно гудок, не дав ей закончить, заставил нас обеих подпрыгнуть от неожиданности.

– О господи! – вскрикнула я, поворачиваясь и наблюдая за тем, как к школе подъезжает машина братьев Ди Бьянко.

Мы с Элли проследили за ней взглядом, пока она не остановилась на парковке рядом с нами, но далеко от входа в школу.

У меня нервно сжался желудок, когда Тьяго, хлопнув дверью, вышел из салона и повернулся в мою сторону. Краем глаза я видела, что Тейлор сделал то же самое.

– Что ты натворила? – спросила Элли, но я не успела ответить, поскольку меня полностью парализовало от вида двух самых красивых и сильных парней в школе, которые с разъяренными лицами направлялись в мою сторону.

– Ты можешь мне объяснить, какого хрена пошла в школу одна? – заорал на меня один из них, и, вопреки тому, что вы могли бы подумать, это был вовсе не мой парень Тейлор, а его брат.

Меня такое поведение слегка шокировало. Обычно именно Тьяго лучше всех контролировал себя на публике. Я повернулась к Тейлору, который тоже прожигал меня свирепым взглядом, пусть и создавалось впечатление, будто его ярость направлена не только на меня, но и на его старшего брата.

Тьяго следовало бы контролировать свои порывы в присутствии Тейлора. Казалось, порой он забывал, что я встречаюсь вовсе не с ним, а с его братом.

– А каких объяснений ты от меня ждешь? Что я просто захотела прогуляться со своей лучшей подругой?