После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа
Ольга Тимофеева, Яна Мосар
Глава 1. Шишка & Компот
- Мы тут кафе открыли, мам! - машет мне Амина. - Шкоро открытие.
- У нас суп из листьев березы и шишки на десерт! - машет лопаткой.
Где Амина нашла шишки в нашем дворе остается только догадываться. У нас новостройка, тут кусты только растут и молоденькие березки.
- Шишки не ешьте, супом не обливайтесь. Остальное - одобряю.
Пока они рисуют свои "столики" на плитке и выдумывают меню из воздуха, я краем глаза листаю объявления о работе.
На электронке очередной отказ в "очень благодарим за интерес к нашей вакансии".
Ага. Благодарят они. За лицо, которое даже не видели.
- Тась, ты же повар, ну не может быть, чтоб нигде не взяли, - сочувственно говорит Лена, соседка с третьего подъезда.
- В теории - не может. На практике - "ой, мы уже нашли".
- Я хочу кофе, - постанывает Вера и качает коляску, чтобы ее трехмесячный Арсений не проснулся.
- Тебе нельзя, Вер. Ты кормишь, - напоминаю ей.
- Да знаю я, но трындец, как хочется. Чего никто не откроет тут кофейню какую-нибудь на улице с кофе для кормящих мам. В супермаркетах так напичкают везде, а тут… где мамам нужен допинг никто не догадается. Тай, может, ты откроешь? И все, будешь нас подпаивать и работой себя обеспечишь заодно.
Я потеряла работу повара пару месяцев назад, когда в пиццерии вскрыли недостачу продуктов - и почему-то вся вина легла на меня. Сказали, что на камерах видно, как я выношу огромный пакет в тот вечер. И правда - я уносила форму домой постирать. Пакет и правда был битком, только не колбасой и сыром, а фартуками.
Я пошла разбираться - думала, объясню, все прояснится. А вместо диалога на меня подали заявление, мол, пусть полиция разбирается. И даже если дело в итоге закрыли, слухи пошли по всем точкам. Когда захотела добиться оправдания - уволили с записью в трудовой.
Теперь - черная метка. Ни одна нормальная кухня не берет. Даже в доставке отказывают. И ведь крыса у них точно была - просто умная, тихая.
- Мама, мам, - бежит ко мне Амина, - а Вита сказала, что я шкалопендра малая.
- Вит, ну что за слова. А? Шкалопендра? Это что вообще такое?
Вита шмыгает носом.
- Ну, шкалопендра! - машет руками.
- А ты шапливый кактуш.
- Не кактуш, - передразнивает Вита, - а кактус.
- Тссc! Воспитанные девочки так не говорят. Если вы продолжите, то мы пойдем домой.
- Мы уже помирилишь, мам.
На фоне шелест покрышек по асфальту.
- Подождите, сейчас машина проедет и пойдете.
- Как ты их отличаешь? - тянет Вера и кивает на моих четырехлетних близняшек.
- Я на них смотрю - и они вообще разные, если честно, - улыбаюсь. - Вита - она из "отряда спецназначения". Ходит в шапке даже летом, обожает машинки, всегда с разбитой коленкой и с планом побега из сада. У нее в рюкзаке не кукла, а рулетка и изолента.
- А Амина?
- Амина - это розовая вселенная. Юбочка с фатином, бусики, туфельки с бантом. Она умеет капризничать так, что ей на площадке уступают даже старшие.
- Класс, - смеется Кира.
- Я их и в темноте различу, - говорю, - по походке, по запаху волос, по тому, как Вита всегда бежит вперед, а Амина отстает, потому что любуется цветами на клумбе.
- Мам, мы пошли?
Проверяю, что машина уже не едет и отпускаю их.
- Я тут с одним, - зевает Вера - еле справляюсь, как ты с двумя…?
Набираю побольше воздуха, чтобы очередной раз рассказать им…
- Мам…! - поднимает вой на весь двор Амина .
- Амина, - говорю девчонками и подскакиваю, со всех ног бросаюсь туда. Как будто ее там машиной придавило.
Белый хромированный внедорожник нагло въехал на тротуар, туда, где только что было кафе "Шишка & Компот", проехался колесами по элитным блюдам заведения и детским рисункам.
- Он раштоптал мой дешерт, - подвывает Амина.
Я оглядываюсь.
Только вижу, как в подъезде скрывается мужчина в костюме. В такую жару в костюме? Серьезно? Заехал еще один круч в наш новый ЖК. И походу детей у него нет. Придурок.
- Вот козлина натуральная. Как будто парковки ему мало, - возмущается рядом Кира, - тротуар подавай его высочеству. Карета поджимает.
- Он раздавил наше кафе, - говорит Вита и срывает с головы кепку. Лицо у нее - как у прокурора с папкой доказательств. - А за это, между прочим, месть.
- Вита... сделаем новое кафе.
Она складывает недовольно руки на груди и надувает губы.
- Девчонки, а давайте ГАИ вызовем. Пусть его оштрафуют, - подъезжает с коляской Верунчик.
- Да у таких, - киваю на тачку, - денег столько, что мы еще заплатим за ложный вызов.
И тут я слышу скрежет. Противный, пробирающий скрежет, как камнем по стеклу.
Поворачиваюсь и вижу, как Вита выводит на машине “ХУ”.
- Вита! Твою…
Выхватываю у нее камень.
- Ты что делаешь?
По позвонкам обдает холодным потом. Теперь еще и за машину рассчитываться.
- Вита… ну кто тебя так учил?
- Деда сказал, если меня обидели, я могу дать сдачи.
- Ты не дала сдачи, а испортила вещь.
Не успеваю опомниться, как она замахивается и ногой врезает по крылу автомобиля.
- Вита! - хватаю за руку и оттягиваю, но поздно.
Машина взрывается воем. Срабатывает сигнализация.
Убегать бесполезно. По камерам меня найдут за час. Если не быстрее. Так еще хуже будет, что скрылась с места преступления.
- Валить надо, - оглядывается по сторонам Ленка.
- Девочки, вы идите, я сама тут.
- Нет уж, мы своих не бросаем, - вступается Кира, - Борь, аккуратно, - кивает сыну.
- Эй, ты че творишь?!
Мужской голос, злой, звонкий. Знакомый какой-то очень.
- Ты зачем мой бампер царапаешь, мелочь?!!
Я резко оборачиваюсь. К машине идет тип в пиджаке, дорогие очки, телефон в руке. Что ты!
Замираю как вкопанная. И как будто разом весь воздух из легких насосом откачали.
Узнаю его первой.
Давид? Мой бывший муж? И отец моих девочек, о которых ничего не знает.
- А ты на наше кафе наехал, дядя! - орет Вита.
- Какой я тебе дядя? - Идет так, как будто сейчас реально врежет. Меня даже не замечает.
Я кидаюсь наперерез ему.
- Тая?
- С Алтая. Ты сначала посмотри, где припарковался, водитель года.
Прикрываю девчонок.
- Мест на парковке… нет… - притормаживает тоже.
- Едь на платную! - накидываются на него подружки.
- Чьи это дети?
- Какая тебе разница! Ты заехал на тротуар, нарушил закон.
- Это не повод, чтобы портить автомобиль!
- А раздавить чужое кафе - повод? - Вита ставит кулаки в бока. Еще чуть-чуть и какое-нибудь кунг-фу ему выдаст. - Ты вообще знаешь, сколько мы суп варили?
- Шмыкозявки цыц, вы чьи? - кивает близняшкам.
- Ее, - сдает меня Вита, указывая пальцем, и проводит рукой под носом, стирая рукавом сопли.
Как будто ее обделила, и с молоком матери она манеры и женственность не впитала.
- Шам шмакозявка, шапливый баклажан! - бурчит Аминка. Ты нам решторан раздавил, и теперь у наш нет меню!
Не слушает их. Переводит на меня взгляд.
- Твои? - переспрашивает, будто не верим им.
- Мои!
Завожу руки за спину. Стягиваю с большого пальца кольцо и надеваю на безымянный. Все равно он не разбирается, что там серебро, а не золото. Пусть не думает, что мать-одиночка, которую можно обидеть.
Неожиданно, конечно, его тут увидеть. Думала, он уехал насовсем - за границу, в новую жизнь.
Может, сейчас мы бы по-другому решили ту проблему… Спокойно. По-взрослому. Но тогда мы были молодые, упрямые. Никто не пошел на уступки. Ему надо было уехать, мне остаться. Никто не уступил.
Когда я узнала, что беременна - было уже поздно. Мы успели развестись, а он успел уехать.
