— Ты имеешь в виду, что не убила бы их?
— Я… — Я всё ещё не могу признаться в том, чего не делала. — Я рассказала полиции всю историю. Моя версия не менялась.
— Я не адвокат, мисс Претти. — Он делает паузу. — Я здесь, чтобы заглянуть в твой разум. Но, если честно, большинство людей снаружи способны признать свои ошибки.
— Или они умеют «маскироваться» и достаточно умны, чтобы никогда не попасться.
На этот ответ он смотрит на меня пронзительно и делает самую длинную заметку за день.
— Следующий вопрос, — говорит он. — Что бы ты сделала первым делом, если бы тебя выпустили из тюрьмы?
— Пошла бы купаться в ближайшем озере.
— Хммм. А что потом?
— Купила бы целую коробку клубничных сливочных батончиков.
Он поднимает бровь. — Не обязательно ждать освобождения.
— Ты позволишь мне тайком выйти и купить их?
— Абсолютно нет. — Он встаёт и идёт на кухню. — Иди сюда.
Я подхожу, и он открывает огромный морозильник, показывая массу батончиков, о которых я даже не думала. Я и не рассматривала открытие морозильной камеры, с тех пор как здесь нахожусь.
Когда я тянусь за коробкой, он хватает цепь на моих наручниках и тянет меня вперед, пока наши головы почти не оказываются над коробкой.
— Хватит издеваться, Сэйди. — Он опускает голос до злого шёпота.
— Что? — я задыхаюсь, глядя ему в глаза.
— Я принял тебя сюда по очень веской причине, — говорит он. — Но если ты продолжишь отклоняться от курса и усложнять мою работу, я сделаю оставшееся время твоего пребывания таким же чертовски трудным, как ты сделала мне первый день, когда я тебя увидел…
Я проглатываю слюну и шепчу в ответ: — Я не понимаю, о чём вы говорите.
— У меня нет времени объяснять. — Он сильнее тянет цепь, не отводя взгляд. — У нас примерно пятнадцать секунд, прежде чем система заметит, что нет звука. Если я спрошу: «Почему тебя должны выпустить?» — ты должна показать хоть немного раскаяния за жертв перед камерами.
— Я жертва, — мой голос дрожит. — Они убили меня.
— Сэйди…
— Возможно, я не пролила ни слезы, когда они умерли, — говорю я, — но если бы я могла вернуть их к жизни, я бы придумала способ убить их… просто чтобы увидеть их последние вздохи вблизи.
— Интересно. — Лёгкая улыбка играет на его губах, он отпускает цепь. — Очень интересно.
Дверь хижины вдруг распахивается, и мужчина в комбинезоне «WeissTechnician Crew» (Техническая команда Вайса) идёт к коробке около дивана.
— Не обращайте внимания, — говорит он. — Просто исправляю маленькую проблему с микрофоном.
Доктор Вайс бросает мне взгляд «Я же говорил», а я открываю мороженое.
Вскоре после ухода техника Др. Вайс облокачивается о стену моей спальни и продолжает делать заметки в блокноте. Пока он пишет, я достаю ещё одно мороженое и делаю следующий ход на нашей шахматной доске.
Как только я заканчиваю, он быстро двигает слона, забирая мою пешку в качестве первой жертвы.
— Увидимся утром, мисс Претти. — Он последний раз оценивает меня взглядом, прежде чем уйти. — Я уже впечатлён твоим прогрессом…
ГЛАВА 9
ДОКТОР ВАЙС
Ночь шестая
— Ааа… Дааа… Пожалуйста…
Стон Сэйди — первое, что я слышу, когда вхожу в кабину вечером. Она в душе, наверное, в сотый раз с момента приезда сюда.
С того места, где я стою, виден изгиб её голой спины, мягкое сияние влажной кожи и контур татуировки розы. Лоза спускается с задней части левого плеча вниз к боку.
— Глубже… — снова стонет она, будто совсем одна в мире, будто никто её не слышит.
Я изо всех сил сдерживаю себя, чтобы не представить, как она кричит с моей рукой у рта, с запястьями, прижатыми к кровати, со мной… Чёрт. Сфокусируйся.
Я ставлю сумку с сегодняшними лекарствами и новыми заданиями, стараясь вычеркнуть из головы все образы секса с ней. Но прежде, чем я успеваю полностью собраться, звонит мой телефон.
Робин.
Раздражённый её вмешательством, я выхожу и закрываю дверь за собой.
— Да, Робин? — отвечаю я.
— Я нашла кое-что, что может реально помочь новому адвокату Сэйди с апелляцией по новому суду, — говорит она, задыхаясь. — Но я не могу заниматься этим и одновременно вести все дела в офисе.
— Никто не ответил на мою угрозу уволить их, если они не помогут?
— Ни один.
— Невероятно. — Я смотрю на часы. — Пришли мне то, что у тебя есть. Я разберусь с этим.
— Я думала, сегодня твой день переезда, — напоминает она. — Ты же собирался остаться с мисс Претти на весь оставшийся эксперимент?
— Я собирался, но, похоже, не могу себе этого позволить. Пришли, что есть.
Я заканчиваю разговор и возвращаюсь в кабину.
Можно заодно сделать следующий ход на нашей шахматной доске.
Когда я прихожу в комнату Сэйди, она стоит в дверях ванной, завернутая в белое полотенце, которое едва обвивает её изгибы.
Мысленная заметка: купить ей халат.
— Привет, мисс Претти.
— Доктор Вайс, — тихо говорит она. — Я не получила никаких заметок по делу. Нет новых обновлений, нет запланированных разговоров о доказательствах моей невиновности. В чем причина?
— Я пришёл только для того, чтобы сделать ход на шахматной доске и оставить твою следующую страницу «прошлое». — Я стараюсь не показывать, что она на меня действует. — И я не обязан рассказывать тебе о работе моей команды.
— Можешь просто ответить на вопрос?
— Нет. — Я смотрю на доску. — Притворись, что меня здесь нет.
Её глаза пылают от злости, и она отворачивается от меня.
Я двигаю коня по доске и ощущаю, как она смещается — слишком тонко, чтобы объяснить.
Потом я понимаю почему…
Косо я замечаю, как она развязывает полотенце, и оно падает на пол.
Она отступает и садится на край ванны, вызывая меня взглянуть.
— Что, чёрт возьми, ты делаешь? — рычу, оборачиваясь к ней.
— Притворяюсь, что тебя здесь нет, — пожимает плечами она. — На самом деле это приятно. Нет вопросов, нет осуждения…
— Надень своё чертово полотенце. — в голове кипит мысль, что кто-то ещё может видеть её в таком виде. — Камеры есть, помнишь?
— Ты говорил, что их нет в ванной.
— Их нет. Но я не собираюсь снова просить тебя надеть это чертово полотенце.
— Хорошо. Приятно не получать приказ на этот раз.
Не раздумывая, я шагаю вперёд и закрываю половину двери ванной.
Я смотрю на полотенце на полу, затем на её соски, покрытые клубничным оттенком, и свежевыбритую киску, слегка блестящую в свете.
— Я предпочёл бы, чтобы никто из моего персонала не видел тебя в таком виде, — говорю я напряжённо.
— Никто… или никто, кроме тебя?
— Второе, — признаюсь я, и её щеки заливаются румянцем.
Она делает вдох, затем наклоняется, чтобы поднять полотенце, и быстро оборачивает себя снова.
— Простите, — шепчет она. — Скажете, стоит ли надеяться на новый суд, независимо от того, решит ли комиссия по условно-досрочному освобождению освободить меня… или просто перестать об этом думать?
Тишина.
Я отступаю в зону видимости камер.
— Увидимся утром на следующей сессии, мисс Претти, — говорю я. — Твоё домашнее задание и лекарства на сегодня — на кухне.
Я оставляю её стоять и смотреть, её вопрос всё ещё висит в воздухе — без ответа.
ГЛАВА 10
СЭЙДИ
День седьмой
Ладони мокрые, пальцы дрожат в предвкушении сегодняшнего рубежа.
Прошло три полные ночи — значит, наконец-то эти тяжёлые кандалы должны сняться, и я высчитываю минуты. Я умираю от желания принять долгий горячий душ и не чувствовать стянутость стали на запястьях. Хочу снова спокойно спать на боку. Хочу отмыть кожу, не натирая синяков на запястьях. Хочу снова почувствовать себя человеком.
