С чистого листа. После 40-ка... (СИ) - Яхонтова Ася

Мы с Любой созванивались и делились найденными вариантами работы. Она, как настоящая подруга, всячески поддерживала меня, зная о непростой ситуации с мужем.

После ухода Сережи из квартиры прошло несколько дней. Он звонил Матвею и Никите, со мной всяческий контакт прекращен. И это даже к лучшему.

Каждый раз я всматривалась в лица сыновей. Они не подавали виду, насколько им плохо. Но я это чувствовала. Знала, что развод, в первую очередь, негативно отразится на них.

Развод всегда больнее всего бьет по детям — это я понимала с самого начала. Они оказались между двух огней, вынужденные делить свою любовь и время между родителями. Особенно тяжело было Матвею. Старший сын принял весь удар борьбы с отцом на себя.

Но я увидела в Матвее настоящего мужчину в тот момент, когда он смело заявил отцу, чтобы тот не спорил со мной. Почувствовала, что правильно воспитала сына — настоящий защитник.

— Юль, я вот думаю... Может, перепланировку сделаем в квартире, — мои мысли были прерваны новым оригинальным предложением от мамы. Я думала, что она уедет сразу после позорного изгнания зятя. Но даже после моих откровенных намеков мама заявила, что останется для поддержки.

— Зачем перепланировку? — я напряглась, готовясь к очередному спору.

— Ну как же, Сережа здесь больше не живет. Надо все переставить, чтобы жизнь обновить. Вон моя соседка после развода обои новые поклеила, полы заменила, так сразу встретила хорошего рукастого мужичка, — серьезно заявила мама.

— Мам, давай без этих примет и суеверий. Я пока не готова ни к ремонту, ни к новым отношениям, — устало ответила я, массируя виски.

— Юленька, но нельзя же так — сидеть в четырех стенах и хандрить. Надо что-то менять! — мама присела рядом со мной на диван. — Хотя бы давай шторы новые повесим, светлые. И цветов купим побольше.

— Послушай, — я повернулась к маме, — я ценю твою заботу, правда. Но мне нужно время, чтобы просто побыть одной и разобраться в себе. Без ремонтов, знакомств и советов. Тем более, что сейчас мне надо заниматься разводом и поиском работы.

— Ох, дочка... — мама вздохнула, обнимая меня за плечи. — Ты всегда была такой упрямой. Но я же вижу, как тебе тяжело.

— Мам, все хорошо. Правда, — я врала. Потому что сейчас особенно сильно ощущала пустоту внутри себя. Знала, что должно пройти время, переболеть после измены мужа.

Каждый уголок квартиры напоминал о Сереже — вот его любимое место на кровати, где он любил смотреть телевизор. Даже запах его парфюма, кажется, все еще витал в воздухе.

Мама украдкой наблюдала за мной, я чувствовала ее встревоженный взгляд. Она пыталась заполнить тишину разговорами о ремонте, о каких-то бытовых мелочах, но я едва ли слышала ее слова. В голове крутился один и тот же вопрос: "Почему это случилось со мной?"

Больше всего меня убивало не само предательство, а то, что я не видела никаких признаков. Мы по-прежнему спали вместе, обсуждали планы на будущее. А он все это время был с этой парикмахершей.

Я машинально теребила обручальное кольцо на пальце. Надо бы снять, но что-то останавливало. Может, глупая надежда, что все это просто страшный сон, и я проснусь в той, прежней жизни, где еще была счастлива и уверена в завтрашнем дне.

Дома было находиться невыносимо. С одной стороны — мама с ее многочисленными идеями, с другой — собственные мысли выбивали из привычного спокойствия.

Поэтому я старательно размещала резюме на сайте по поиску работу. Хотелось скорее найти хорошую должность.

Наконец, мое резюме было одобрено крупной финансовой компанией. Меня пригласили на собеседование.

— Юль, эта юбка не очень подходит к блузке, — мама придирчиво оглядывала меня, когда я собиралась на встречу в компанию.

— Подходит! — строго ответила я, давая понять, что не стоит снова вмешиваться.

После того, как мама поняла, что ошиблась в Сереже, старалась меньше контролировать меня. Но выходило у нее плохо.

Перед выходом я еще раз посмотрелась в зеркало. Блузка кремового цвета выглядела красиво и по-деловому, черная юбка идеально облегала бедра. Классические черные лодочки на элегантном каблуке завершали образ. Я оставила волосы распущенными. Макияж сделала неброский, но тщательный — немного туши, персиковые румяна и нейтральная помада придавали лицу свежесть. В целом отражение радовало — строгий деловой образ выглядел безупречно, именно то, что нужно для собеседования. Схватив сумочку, я уверенно направилась к выходу.

Здание финансовой компании располагалось в центре города. Я хорошо знала, что зарплаты там космические, а попасть на должность — задание весьма непростое. Но понимала, что точно ничего не потеряю, если схожу на собеседование.

Просторный холл впечатлял с первого взгляда. Панорамные окна от пола до потолка заливали помещение естественным светом, играя бликами на мраморном полу цвета слоновой кости. По периметру располагались элегантные кожаные диваны кофейного оттенка, где несколько человек в деловых костюмах негромко беседовали и обсуждали свои дела.

Центральное место занимала массивная стойка ресепшн из темного дерева и стекла, за которой работали две безупречно одетые девушки. Над ними парила внушительная металлическая инсталляция — логотип компании, мягко подсвеченный встроенными светильниками.

Я нервно потирала руки. Должность заместителя руководителя финансового отдела казалась мне недосягаемой. У меня нет опыта управления людьми. За спиной только работа с бумажками и клиентами. Но я очень хотела эту должность, мечтала выйти из привычной зоны комфорта. Мечтала начать жизнь с чистого листа. А эта должность мне бы сейчас очень помогла.

Собеседование вела руководитель финансового отдела — молодая женщина лет 30-35-ти. Эффектная с копной рыжеватых гладких волос Вероника Михайловна мне сразу не понравилось. И нет, дело совсем не в ее внешности. С ней у руководительницы был полный порядок — большие зеленоватые глаза, бронзовая кожа и губы, подкрашенные яркой красной помадой. Она точно знала себе цену.

Вот только характер мне сразу показался мерзким. Вероника задавала вопросы весьма резко.

— Почему уволились с прежнего места работы? — ее голос прозвучал сухо, она быстро прошлась по мне цепким взглядом, а потом уткнулась в изучение моего резюме.

— Было сокращение. Но свою работу я очень любила, — соврала и даже не покраснела. Все как муж учил.

— Хм... — Вероника Михайловна подняла свою тонкую бровь и откинулась в кожаном кресле. — А почему именно наша компания? Что вы о нас знаете?

— Я внимательно изучила рынок финансовых услуг, — начала уверенно, как репетировала дома. — Ваша компания входит в топ-5 по надежности и динамике роста.

— Все это можно прочитать на сайте, — перебила она, постукивая длинными красными ногтями по столу. — Меня интересует, готовы ли вы к сверхурочной работе? К жестким дедлайнам? К тому, что придется забыть о личной жизни?

Я сглотнула, но сохранила самообладание. К такому точно не готова. Закралось сомнение, что Вероника меня просто пугает. Ведь самое страшное, что виделось мне — это работать под ее руководством.

— Полностью готова.

— А как насчет стрессоустойчивости? — Вероника внезапно подалась вперед. — У нас бывают непростые ситуации. К тому же, у вас нет опыта управления сотрудниками.

— Справлюсь, — твердо ответила я. — На предыдущем месте работы у меня был опыт решения конфликтных ситуаций, — сразу вспомнила клиентов банка, который выедали мой мозг чайной ложечкой. В этой фирме роль триггера явно отведена Веронике.

— А лет то вам сколько? — ехидно спросила начальница. Хотя в резюме был указан мой возраст.

— 43! — гордо ответила я.

Вероника Михайловна хмыкнула и снова взялась за мое резюме, словно пытаясь найти в нем какой-то подвох. С каждой минутой я понимала, что не сработаюсь с этой грымзой.

— Я подумаю. Если что, вам перезвонят, — абсолютно безэмоционально протянула Вероничка и небрежно бросила мое резюме на стол как что-то абсолютно ненужное.