Тайная свадьба моего мужа (СИ) - Берри Лу

- Вы бы лучше Веру эту проверили! Может, она подкараулила мою маму и убила, а сына выкрала! У неё все мотивы есть! Женщины с катушек слетают, когда понимают, что муж их больше не любит!

Виктору захотелось поднести ладонь к своему лбу и хорошенько треснуть, лишь бы не слышать эту хрень! Идиотка! Она бы хоть его сначала спросила перед тем, как такими обвинениями кидаться в полиции!

Но Кармов снова и глазом не моргнул. Вместо этого неспешно развернул монитор своего компьютера к Лиле и спросил:

- Это ваша мать?

Лиля нервно сглотнула. На экране был кадр с видеозаписи. Видимо, поняв, какую дурость сморозила, она только кивнула и пискнула:

- Да…

Старший сержант продолжил:

- У квартиры, к которой ваша мать принесла ребёнка, стоит камера на площадку и она все сняла. Вера Олеговна любезно предоставила нам запись. Вы вообще в курсе, чем вашей матери грозит такая выходка?

Витя почувствовал, как по спине у него пробежал мерзкий холодок. А он… ему тоже что-то угрожало за то, что случилось с Ефимом?

Он ощутил, как снова накатывает паника. Сделал глубокий вдох, медленно выдохнул…

Попытался себя успокоить: в конце концов, он ведь может попросту заявить, что сын и не его вовсе. А значит, и проблемы эти – не его тоже!

Лиля притихла, так и не ответив на вопрос участкового. Витя решил, что пора уже переходить к какой-то конкретике. Пребывание здесь жутко его нервировало. Хотелось поскорее уйти, тем более, что ему надо было свои проблемы решать.

- Так чего вы хотите-то от нас? – буркнул он хмуро, раздражённо.

Внимание Кармова перешло на него. Сержант неторопливо выгнул бровь и размеренно переспросил:

- Чего Я хочу от вас? Я полагал, это вы хотите вернуть ребёнка. Ну, раз нет – то можете быть свободны. Лишат вас родительских прав и дело с концом.

Лиля нервно дёрнулась.

- Вы не посмеете!

- Посмею не я, а суд, - спокойно откликнулся Кармов.

Лиля снова всхипнула, зябко обняла себя за плечи…

- Просто верните мне моего сына! Пожалуйста! Вы что, монстры?! Как можно оставить ребёнка без матери?!

Сержант раздумчиво постучал ручкой по столу.

- Лилия, ещё раз: у вас нет документов на ребёнка. Нет даже копий. Ребёнок не вписан в ваш паспорт. На каком основании я должен вам давать какую-либо информацию о нем?

- Но это мой сын! Сделайте тест днк, если вам нужны доказательства!

Кармов устало покачал головой.

- Мы с вами по кругу ходим. Я вас ещё раз спрашиваю – где, по-вашему, может находиться ваша мать? По месту жительства её нет и, по словам соседей, она там не появлялась дня три. Знакомые, родственники – дайте какие-то контакты.

Виктор покосился на Лилю. Она упорно молчала, лишь крепче стиснула челюсти. Да какого черта?..

Кармов хлопнул ладонью по столу и подытожил:

- Что ж… вспомните что-то полезное – приходите. А до той поры помочь мне вам нечем.

***

Они вышли на улицу в полном молчании.

Лиля застыла у дверей, зябко кутаясь в плащ, слишком лёгкий для конца октября – из Италии она улетела, не переодевшись, не утеплившись.

Виктору даже стало немного стыдно. Очевидно, его женщина была просто вне себя от переживаний, а он ничем ей не помог.

Но у него и собственных забот было теперь по горло!

Он бережно взял её под руку, повёл к своей машине. Открыл перед ней дверцу, собираясь усадить в салон, но Лиля воспротивилась.

Посмотрев ему в глаза, прошептала так тихо, словно боялась, что их кто-то услышит…

- Я, возможно, знаю, где мама…

Он удивлённо на неё уставился.

- Так почему ничего не сказала полиции?

Её губы нервно задрожали. Она шмыгнула носом, пробормотала…

- Они тогда точно лишат меня родительских прав…

Он молча на неё взирал, пытаясь это обдумать, но мысли постоянно соскакивали, возвращались все к тому же – к Вере.

Пока он пытался придумать, что сказать, Лиля подалась к нему, схватила за руку и горячо проговорила:

- Ты должен поехать со мной! Мы сами все проверим!

Он успокаивающе погладил её по спине.

- Любимая, я не могу. Мне надо кое-куда срочно съездить…

Она отпрянула от него – так резко, словно он её ударил. Обвиняюще вскрикнула:

- Тебе что, до нас с сыном дела вообще нет?!

Впервые она смотрела на него так – обвиняюще, с непониманием и болью. Витя вдруг испугался, что ещё и Лиля его бросит…

- Нет же. Но ты сама знаешь, что я не могу допустить развода…

Она размахнулась и ударила его по лицу.

- Тебе эта дрянь Вера, из-за которой мой сын сейчас без матери, что, дороже меня?!

Вите захотелось материться. Только очередного приступа Лилиной ревности ему сейчас и не хватало!

Он схватил её за запястье, сильно сжал…

- Не смей больше никогда меня бить!

Она нервно сглотнула. Он – судорожно выдохнул…

Кажется, приходилось выбирать…

Ладно, черт с ней. Вера ведь не знает, что он уже вернулся. Потом он скажет ей, что искал её с тех самых пор, как прилетел…

- Поехали, - бросил Лиле мрачно. – Но ещё раз руку на меня поднимешь… и можешь забыть моё имя. Насовсем.

Глава 12

Глава 12

Самолет, как стальная птица, крыльями разрезал сгустившиеся над городом облака – мы взлетели.

Я смотрела из окошка на землю, которая стремительно становилась все дальше и дальше. А с ней, казалось, уходили на задний план и все проблемы… оставались где-то там, внизу.

Тело все ещё звенело от напряжения, как натянутая струна. В состоянии, казалось бы, покоя – мне было совсем неспокойно.

Давала знать о себе беготня прошедших дней. Не верилось даже, что теперь могу просто сидеть, просто дышать и никуда уже не торопиться. Даже мышцы, которые никак не могли расслабиться, похоже, в это не верили.

Выдохнув, я откинулась на спинку кресла, мысленно напомнив себе, что могу наконец передохнуть. Все, что можно было сделать – я уже сделала.

Мы с дочкой улетели на отдых ещё до наступления осенних каникул, до которых все равно оставалось совсем немного – я написала заявление на имя директора и увезла Дашу, обменяв билеты.

К сожалению, в свою очередь полететь в Италию мы не могли – не было виз, потому выбрали самое простое и при этом интересное направление – Турцию.

Посовещавшись, остановились на Стамбуле. Отель и обмен билетов, а так же покупку валюты я смело оплатила с Витиной карты, к которой имела доступ.

Он нам давно задолжал этот отпуск.

О том, что будет после, когда вернёмся, я даже не хотела сейчас думать.

Но ради сохранения собственных нервов и, что куда более важно – нервов дочери, посчитала, что лучшим выходом сейчас будет уехать.

Пусть Витя, явившись домой, перебесится без нас. Я не хотела, чтобы дочь слушала его крики, стала свидетельницей скандалов или ещё хуже – средством манипуляций…

А в том, что Витя будет взбешен, у меня не было никаких сомнений.

Я ведь посмела поступить с ним так, как он того не ожидал. Но и он оставил на моей душе кучу ножевых, которые, возможно, никогда уже не заживут.

Предательство – не кошмарный сон, от которого можно просто отмахнуться и забыть. Предательство – это маленькая смерть. Прежде всего – твоей души.

- Мам… - вдруг раздался голосок дочери, сидевшей у окна, в которое мы обе смотрели.

- Да? – откликнулась мягко.

- А мне дадут выбрать, с кем я хочу жить после вашего с папой развода?

Вопрос застал меня врасплох. Почему она об этом спрашивала?..

Я даже мысли не допускала, что после развода и всего остального, что ещё предстояло пережить, Даша будет жить не со мной.

- Нет, тебе ещё рано выбирать, - произнесла после паузы. – Но, возможно, судья спросит твоё мнение.

Дочка задумчиво нахмурила бровки. Порой я буквально терялась в догадках о том, что творилось в этой маленькой, но уже такой умной голове.