Но я не расстроился. Только ещё сильнее захотел её.
Сунул руки в карманы джинсов и медленно пошёл за Аней, не в силах оторвать взгляд от её выдающихся округлостей.
Глава 13
Александр
Анины родственники наконец перестали суетиться вокруг упыря, усадили его на диван и разошлись по своим местам за праздничным столом. Горе-Никита постанывал и держался за спину, изображая из себя страдальца, а его невеста с недовольным лицом что-то втирала ему в поясницу. Мда. Жалкое зрелище.
Аня о чём-то шепталась со своей сестрой у ёлки. Но, завидев меня, Лена загадочно улыбнулась и отправилась к своим пацанам, ещё издалека начав их отчитывать за какую-то ерунду. Аня же, едва мазнув по мне взглядом, тут же отвернулась обратно к ёлке и принялась с усердием поправлять на ней игрушки.
Я подошёл сзади и легонько провёл указательным пальцем по её спине между лопаток, от чего Аня мило вздрогнула.
— Извини, если перегнул во время конкурсов, — тихо сказал я, наклонившись к её уху. — Может, тебе это было неприятно.
Она обернулась, бросив на меня красноречивый взгляд.
— Мне не было неприятно, — буркнула она и отвернулась обратно к ёлке. — Наоборот. Ты очень хорошо сыграл.
Надо же, она всё ещё думает, что это игра.
Я шагнул ближе, так что оказался к ней буквально вплотную. Положил руку на талию и, уткнувшись носом в её висок, прошептал:
— А если я скажу, что не играл?
Она едва слышно вздохнула и с кошачьей грацией томно повела плечами.
— Саша...
— Всё, что я говорил… Каждое слово было правдой, Аня, — продолжил я, заводя руку дальше, кладя ей на живот и притягивая к себе. — Ты действительно очень нравишься мне. Так, что башню сносит…
Она резко обернулась. Мы стояли очень близко, всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Её глаза были огромными, в них плескалась какая-то странная смесь негодования и озорства.
— Ты курсы пикапа проходил, что ли? — выгнула она бровь, напустив на себя серьёзный вид. — Меня такой ерундой не проймёшь, так что будь добр, не трать зря силы, пожалуйста. Если хочешь меня порадовать, лучше иди, поешь чего-нибудь. Мама столько всякой вкуснятины наготовила, а завтра опять будет расстраиваться, что почти всё целое осталось.
Я даже опешил в первую секунду. Потом усмехнулся:
— Окей. Не проблема. Буду есть, пока назад не полезет, если это единственный путь к твоему сердцу.
Аня сначала улыбнулась, а потом не выдержала и беззвучно рассмеялась, легонько стукнув меня по плечу ладонью.
— Ой, Александр, и откуда только ты такой взялся? — покачала головой она, кокетливо глядя мне в глаза.
Я, конечно, тут же расплылся в ответной улыбке:
— Лучше скажи — как же мне с тобой повезло.
— Мне и правда с тобой повезло, — продолжала улыбаться Аня. А потом на миг поджала губы и снова стала серьёзной. — На самом деле я тебе очень благодарна. Не знаю, как пережила бы этот вечер, если бы приехала сюда одна, — шёпотом добавила она.
Я наклонился и, целомудренно поцеловав её бархатную щёчку, выдохнул у самого уха:
— Не за что.
Аня, конечно же, снова очаровательно смутилась, чего я, собственно, и добивался.
Я ей нравился. Это чувствовалось. И я от этого кайфовал.
Мы отправились за стол, где я добросовестно принялся выполнять обещанное: взялся за уничтожение стряпни Аниной мамы.
К счастью, аппетит у меня был хороший, поэтому под одобрительным взглядом своей музы я умял большой окорок запечённого гуся, половину тазика оливье, штук пятнадцать разных видов закусок: тарталеток с икрой, всяческих рулетиков и бутербродиков. И, в общем-то, наелся. Только очень хотелось впечатлить Аню, поэтому я собрался с силами и снова потянулся к гусю, но тут моя невеста меня остановила. Мягко накрыв ладонью мою руку и вернув её назад, Аня наклонилась к моему уху, едва сдерживая смех:
— Саш, да я пошутила, хватит объедаться. Неужели ты и правда готов сделать всё, что я попрошу?
Теперь пришла моя очередь удивлённо поднимать брови.
— Ну ничего себе. Кажется, да. Ну-ка, давай проверим, — заговорщицки посмотрел я на Аню и, понизив голос, многозначительно добавил: — Попроси меня о чём-нибудь ещё.
Красавица задорно рассмеялась и закусила губу, глядя на меня своими большими блестящими глазами:
— Встань возле ёлки на одну ногу и прокукарекай десять раз.
Я против воли уронил на пол челюсть.
Ну зашибись. Не такой просьбы я, конечно, ожидал…
— Да ну тебя, — поморщился я и отвернулся, сложив руки на груди.
Аня ещё громче расхохоталась, толкнув меня в бок.
— Ну вот и вся любовь!
— Да не буду я кукарекать, — возмущённо посмотрел я на неё.
Время летело незаметно. Разговоры, смех, я даже ещё немного поел — хотя куда уже влезало, загадка. Но Анина мама действительно очень вкусно готовила, а я уже лет сто не ел простой домашней еды. Да и не проводил время в такой приятной семейной обстановке. Даже чета Упырёвых перестала раздражать. Никита, опозорившись в конкурсе со своей спиной, заметно притих, и я даже немного ему посочувствовал — такой у бедолаги был страдальческий вид.
Да и плевать мне уже стало на него. Я наслаждался обществом Ани.
Впервые с момента разрыва с Викой у меня на душе было весело и легко. Мне нравилось, что Аня совсем не похожа на мою бывшую, я ощущал себя рядом с ней совершенно иначе. Будто стал другим человеком. Более жизнерадостным. Остроумным. Добрым. Весёлым. Сам себе удивлялся, не думал, что подобные перемены во мне в принципе возможны, тем более за такой короткий срок.
— Ого, уже без пятнадцати двенадцать! — вдруг громко воскликнула Ирина Васильевна, заставив всех едва ли не подпрыгнуть на своих стульях. — Быстрее, включайте телевизор! Мужчины, приготовьте шампанское! Галя, а ну-ка принеси бокалы!
— Вообще-то, шампанское — ужасный напиток. По-моему, уже давно пора избавиться от этой глупой традиции — пить его под бой курантов каждый Новый год, — завела свою песню поборница здорового питания Галина. — Во-первых, оно повышает газообразование в кишечнике…
— Ой, Галя, помолчи! — разозлилась на неё Анина мама, а Лена в голос рассмеялась. — Сама принесу эти бокалы. Давайте скорее, ещё нужно успеть старый год проводить!
