Притворись моим женихом (СИ) - Гетта Юлия

— Две минуты! — объявил кто-то, вырывая меня из невесёлых воспоминаний.

— Кто ещё не придумал, какое желание загадать в ровно в двенадцать часов, срочно придумывайте! — взволнованно крикнула Лена, обращаясь в основном к своим сыновьям. Те тут же воодушевлённо стали перечислять, чего бы им хотелось, не зная, на чём остановиться.

Вскоре все собрались возле стола, подняли бокалы, приготовились. Даже бабушка стояла наравне со всеми, позабыв у кресла свою палочку и высоко держа в руке фужер с игристым.

На экране телевизора начался обратный отсчёт. Все радовались, как дети.

Аня отыскала глазами мой взгляд, и я заметил, как дрожат её пальцы на ножке бокала. Медленно, стараясь не привлекать внимания, я нашёл её свободную руку и переплёл наши пальцы.

Она очаровательно прикрыла глаза и легонько сжала мою ладонь в ответ, довольно улыбаясь.

— Десять! — громко произнесла Лена. — Все придумали желания?

Я чувствовал, как учащается пульс. Желание у меня было всего одно — оно родилось в момент, когда я впервые увидел Аню в том кафе. И с тех пор постоянно росло.

— Девять!

Все присоединились к Лене и начали отсчитывать вслух, глядя на большой циферблат Кремлёвских часов на экране.

— Восемь!

Я повернулся к Ане, и наши взгляды снова встретились.

— Семь!

Её глаза и правда были нереально красивыми. Большими, ясными, лучистыми. А губы… Я мечтал прикоснуться к ним весь этот вечер.

— Шесть!

Моя рука поднялась сама собой, коснулась её щеки.

— Пять!

Аня прикрыла глаза, прислоняясь к моей ладони.

— Четыре!

Я хотел спросить, загадала ли она желание. Но так и не спросил. Просто смотрел на неё и улыбался, как идиот.

— Три!

Наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Я видел каждую ресницу, каждую малюсенькую морщинку в уголках её глаз. И думал, что это, пожалуй, один из самых лучших Новых годов в моей жизни.

— Два!

Или даже нет. Самый лучший.

— Один!

— С Новым годом!!!

— С новым счастьем!!!

— С Новым годом, Аня, — прохрипел я.

— С Новым годом, Саша, — прошептала она.

Я наклонился и поцеловал её.

Просто так. Поддавшись порыву. Инстинкту. Желанию, которое больше невозможно было сдерживать.

Мои губы коснулись её губ — мягких, сладких, с лёгким привкусом шампанского и мандаринов. И мир поплыл.

Вокруг стоял шум, гам, крики «Ура!», звон бокалов, музыка, смех — сначала вроде бы никто не обращал внимания на то, что мы с Аней начали целоваться, да я как-то и не думал об этом, потому что мне напрочь снесло крышу. Да и Анечка не торопилась разорвать поцелуй, что меня только раззадоривало — её податливость, чувственность, нежность, с которой она обвила руками мою шею и скользнула пальчиками по коже затылка, будили во мне зверя.

Но, конечно, нам не стоило делать этого на глазах у всех, нужно было сначала хотя бы уединиться. Разумеется, мы поплатились за свою легкомысленность.

Сначала вокруг стало подозрительно тихо, а потом народ вдруг снова принялся считать хором:

— Раз, два, три, четыре…

Аня, опомнившись, резко от меня отстранилась, и я увидел, что внимание всех присутствующих за столом, включая детей, приковано к нам. Тут раздались мощные аплодисменты, а Лена, перекрикивая стоящий гвалт, громко возмутилась:

— Нет, ребят, ну так не пойдёт! Это слишком быстро! Давайте-ка ещё раз: горько, горько, горько!

И все снова тут же подхватили. Кроме, разве что, Виктора Николаевича да семейства Упырёвых. Эта троица явно была не в восторге от происходящего.

Аня стояла вся пунцовая, растерянная, с влажными припухшими губами. Я вопросительно посмотрел на неё, взглядом предлагая выполнить пожелание её родни, раз уж они так просят. Но моей музе такой поворот событий пришёлся не по нраву. Она резко развернулась и, расстроенная, практически выбежала из гостиной.

Я, ни секунды не раздумывая, тут же рванул за ней.

Глава 15

Анна

Я едва успела свернуть в узкий тёмный коридор между кухней и прихожей, как сильные руки обхватили меня сзади и мягко, но настойчиво прижали к прохладной стене. Я вскрикнула от неожиданности, но крик тут же застрял в горле, когда я поняла, чьи это руки.

— Куда так быстро, Анюта? — прозвучал низкий, хрипловатый голос прямо у моего уха, заставив всё тело содрогнуться.

— Саша... отпусти, — попыталась я вырваться, но это было бесполезно. Он держал меня легко, почти невесомо, но так крепко, что шевельнуться было невозможно. — Мне нужно... побыть одной.

— Почему ты убежала? — Саша, кажется, и не собирался меня отпускать, а его губы коснулись моей шеи, чуть ниже уха. Я зажмурилась, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. — Я тебя обидел?

— Нет... — покачала головой я, судорожно вздыхая. — Нет, Саша, всё в порядке. Просто... мы с тобой, кажется, совсем заигрались. Надо сбавить обороты.

Он медленно развернул меня лицом к себе. В полумраке коридора его глаза казались почти чёрными и неотрывно смотрели на меня.

— А если я не хочу ничего сбавлять? — нагло поинтересовался он, проводя большим пальцем по моей нижней губе.

У меня перехватило дыхание.

В голове гудело, мысли путались. Я всё ещё чувствовала вкус его поцелуев на своих губах. Помня, как едва не потеряла рассудок от этих поцелуев. И о том, как все пялились на нас. Отец. Мама. Ольга с её презрительной ухмылкой. Господи, как же мне теперь смотреть им в глаза?

Я — взрослая, состоявшаяся, успешная женщина, а повела себя как влюблённая школьница, целуясь с мальчишкой на глазах у всей семьи!

От стыда хотелось провалиться сквозь землю.

Но этот вундеркинд так действовал на меня…

Я впервые ощущала какое-то дикое, неконтролируемое влечение к мужчине. Моё тело, казалось, жило своей собственной жизнью. Оно тянулось к нему, к его обаянию, силе, к его крышесносному запаху — свежему, с оттенками цитруса и чего-то древесного, мужественного, словами это было не передать.

Мне так понравилось с ним целоваться. Это было так невыносимо хорошо, что становилось страшно. Потому что я раньше ничего подобного не испытывала. Ни с кем. Даже с Никитой в самые первые месяцы наших отношений не было такого безумия, когда мозги отключаются, и ты готова забыть всё на свете ради одного только прикосновения к губам...

А самое ужасное — я понимала, что для Саши это наверняка всего лишь развлечение. Что-то вроде экзотического приключения — встретить Новый год в компании прикольной милфы и её экстравагантной семейки, раскрутить на секс и приятно провести время. Поставить галочку. Он же по сути ещё мальчишка. Красивый, подкачанный, да ещё и не обделённый интеллектом. А с таким умением целоваться — у него точно отбоя от поклонниц нет. Зачем ему женщина на десять лет старше?

— Саша, послушай, — попыталась я говорить твёрже, упираясь ладонями в его грудь. — Это всё неправильно. Я уже говорила, что очень тебе благодарна. Ты прекрасно играешь свою роль. Но перегибать не надо. Я… Я так не могу.

— Не можешь что? — лукаво поинтересовался он, наклоняясь ближе, и его дыхание смешалось с моим. — Целоваться со мной? А мне показалось, что тебе понравилось.

— Это нечестно, — застонала я, чувствуя, как предательски слабеют колени. — Ты пользуешься ситуацией. Я просто растерялась...

— Я пользуюсь только тем, что ты сама хочешь того же, — прошептал он, почти касаясь губами моих губ. — Не понимаю, чего ты боишься. Формально для всех мы жених с невестой, имеем право целоваться сколько захотим…

И прежде чем я успела что-то ответить, его губы снова обрушились на мои.

Это был уже не тот нежный, чувственный поцелуй под бой курантов. Это было какое-то нападение. Бескомпромиссное, властное, лишающее рассудка. Я, кажется, хотела сопротивляться, даже попыталась слабо оттолкнуть мерзавца, но мои руки сами собой обвились вокруг его шеи, пальцы скользнули по коротким волосам на затылке. В голове снова поплыло, я сдалась без боя, отвечая на поцелуи Саши с той же жадностью.