Любовь против измены (СИ) - Амурская Алёна

В аптечке на холодильнике лекарства самые обычные. Я редко туда заглядываю и в последний раз открывала под Новый Год только затем, чтобы обновить всё, что вышло из срока годности. Поверх всех баночек-скляночек и упаковок валяется новогодний аптечный календарик, который продавщица равнодушно закидывала всем покупателям в пакеты. Я бездумно беру его, разглядывая стройные столбики недель и месяцев... и вдруг меня снова прошибает холодный пот. Блин... Месячные! Когда у меня в последний раз были месячные?! Я лихорадочно напрягаю память в попытке вспомнить. Обычно у меня с этим проще, когда я ставлю отметки своего женского цикла в мобильном приложении. Но в последние пару месяцев, как назло, я забывала это сделать и теперь очень сложно восстановить точную дату. Так... Сосредоточься, Маня. Надо просто сосредоточиться.

Сейчас на улице уже стоит довольно прохладная демисезонная пора, а месячные у меня были еще в относительно теплое время. Это значит... ох, блин... это значит, что прошло чуть больше месяца. Минимум. Но скорее всего - полтора. Надо сделать тест... Господи, у меня такое ощущение, что судьба прямо-таки сговорилась с Плохишевым в его планах заделать мне ребёнка и привязать им к себе еще крепче. Отвлечь хлопотным материнством от неудобных для мужа мыслей и вынудить цепляться за надежную материальную опору. Ведь, если рассуждать без эмоций, то в случае беременности и родов как я смогу справляться с ребенком одна?

Ловушка злого рока, не иначе. Но беременна я или не беременна, надо в любом случае срочно устроиться на работу. Пока еще есть время! Кое-как успокоив себя этими мыслями, ближе к обеду я выбираюсь в аптеку и возвращаюсь домой с тремя разными тестами. Долго гипнотизирую их напряженным взглядом. Потом выдыхаю и на подрагивающих ногах иду выполнять инструкцию. Но гораздо сложнее, чем произвести все эти действия, мне дается следующий этап... Просто посмотреть на количество полосок. С минуту сижу, зажмурившись и обхватив себя руками. Мне страшно...

Но я даже помыслить о том, чтобы взмолиться об отсутствии ребенка, не могу. Потому что если он уже есть - это всё равно что преступление для меня. Это как обидеть кого-то маленького, невинного и беззащитного, который находится в полной твоей власти. Я так не могу... Но посмотреть придется. И будь что будет.

- Давай же, - говорю себе вслух громко. - Просто сделай это и всё.

Не давая себе задуматься, решительно разжимаю веки и остановившимся взглядом таращусь на тесты. Сердце подпрыгивает в груди от непонятной смеси счастья и печали.

Беременна. Я беременна...

Молча закрываю лицо ладонями и сижу. Просто сижу в отупении, боясь думать о будущем. Муж приходит поздно. Уже давно спокойная, я даже головы не поворачиваю в его сторону. Делаю вид, что смотрю какой-то глупый мелодраматический сериал. Плохишев подходит очень близко. На удивление, никакие посторонние ароматы, кроме слабого запаха его собственного мужского парфюма, он не источает. Но это сейчас уже неважно.

- Ты в порядке? - озабоченно вдруг спрашивает он и смотрит на разворошенную аптечку. - Выглядишь бледной.

- Немного температурила, - коротко отвечаю я и крепко сжимаю губы‚ не давая им сказать ничего лишнего.

Он хмурится и трогает мой лоб.

- Высоковатая. Я вызову врача.

А, ну да. Я ведь никаких лекарств в итоге так и не приняла, побоялась навредить...

- Не надо, Марат, ничего серьезного, - ровным голосом отказываюсь я. - Это всего лишь... психосоматика. Из-за стресса. Спокойной ночи.

Затем поднимаюсь с кресла и ухожу в спальню, крепко прикрыв дверь.

Глава 15. Князев

Маня

- Ты решила объявить мне бойкот?

Я вздрагиваю, вынырнув из собственных беспокойных мыслей и смотрю на точеный профиль мужа, который паркуется перед зданием главного офиса «Князево». Даже не заметила, как мы успели сюда доехать. Дилемма о том, сказать Плохишеву про ребенка или нет, так и продолжает терзать меня сомнениями. Потому что, как ни крути, он однозначно использует эту новость против меня самой. Как рычаг мягкого давления. Иллюзий насчет этого у меня практически не осталось... поэтому я всё больше убеждаюсь в том, что мне необходима пауза. Без резких телодвижений, но как можно дальше от мужа. Под нейтральным предлогом. Только как это сделать, находясь в одном городе с ним и живя в его квартире?

Сердце сжимается в тоскливой внутренней мольбе и пульсирует одной-единственной мыслью... Господи, вот бы сейчас случилось чудо и помогло вырваться из-под развращающей власти Плохишева!

- Нет, - неохотно разжимаю губы. - Просто задумалась.

Он разворачивается ко мне, чтобы помочь отстегнуть ремень безопасности, и его руки намеренно медлят, поглаживая щелкнувшую застежку. Красивые яркие глаза пристально изучают выражение моего отрешенного лица.

- Если ты переживаешь из-за работы, то проблем с трудоустройством точно не будет. А если из-за наших отношений, то ничего не изменилось, солнце. У нас всё наладится, как только мы нащупаем компромисс. Это просто переходной период, это нормально для любой семьи.

Я изумленно моргаю. Очередной извращенный выверт психологии от Плохишева поражает меня в который раз.

- Компромисс? - повторяю недоверчиво. - А где в наших отношениях ты видишь компромисс, Марат? По-моему, единственное, что ты сейчас делаешь – это стараешься переделать меня под свои условия! Никаких приемлемых предложений с твоей стороны, как нам жить дальше, не поступало.

Он щурится.

- То, что случилось - это форс-мажор. Моя вина, признаю. Но обещаю тебе – ничего такого больше тебе не придется замечать. Я буду лучше заботиться о твоем спокойствии.

Я нервно дергаю ручку двери.

- То есть твой компромисс - это обещание получше скрывать свои измены? - у меня вырывается истерический смешок. - Извини, это звучит совершенно несъедобно для меня. Угощай своим фирменным блюдом кого-нибудь другого.

Муж открывает рот, но я быстро выбираюсь из машины и захлопываю дверцу.

- Успокойся, торопыжка... - он догоняет меня на парадном входе у стеклянных дверей и приобнимает за талию. - Заблудишься без меня, ты же никогда здесь не бывала еще. И не дергайся. Если тебе хочется поскандалить, то давай сделаем это дома.

Усилием воли я заставляю себя расслабиться.

- Даже и не собиралась. Только руки свои подальше от меня держи.

Он поднимает ладони вверх и снова щурится, глядя на меня с непонятным выражением.

- Ты сейчас похожа на первокурсницу, которую я когда-то встретил. Такая задиристая милота. Продолжай, мне нравится. И про обязательную справку из кожвендиспансера я усек, не напоминай.

Я прожигаю его безмолвным взглядом, но любой ответ, что вертится на языке, покажет только жалкую версию скандального поведения, которое мне не хочется сейчас проявлять. Уж лучше игнорировать. Но от непрошибаемой снисходительной самоуверенности Плохишева меня аж потряхивает злостью. Ничто его не берет!

Весь путь на лифте до административного этажа я стою прямо, скрестив на груди руки. А муж, подпирая стенку плечом, внимательно на меня смотрит. Будто изучает заново и что-то прикидывает. Когда двери лифта распахиваются, он кивком приглашает меня следовать за ним и первым входит в приемную. Я плетусь за ним следом и в который раз грустно подмечаю, насколько мы с ним разные. Высокомерный насмешливый красавчик и такая скучная простушка, как я. Небо и земля. Наверное, если бы мы были героями какой-нибудь драмы-дорамы, то Плохишев обязательно был бы могущественным демоном-небожителем без стыда и совести, а я - плебейкой в тисках строгого закона. Или вообще червячком без права голоса. Мы из разных миров... Как жаль, что я поняла это слишком поздно, поддавшись наивной глупой влюбленности.

- Добрый день, Марат Евгеньевич, - здоровается пожилая коренастая женщина лет пятидесяти в объемных очках, как у черепахи Тортилы.

- И вам не хворать, драгоценная Ирина Петровна, - с преувеличенным почтением кивает Плохишев и лукаво интересуется: - Как вам новое начальство? Так и знал, что Князев вас выберет. Оцените мою протекцию по достоинству!