С чистого листа. После 40-ка... (СИ) - Яхонтова Ася

— Юлия, доброе утро, — он улыбнулся только лишь глазами. Но внутри меня как будто зажглось обжигающее пламя от одного только его взгляда. И в отличие от злой Вероники, этот мужчина запомнил мое имя.

— Доброе утро, — неловко промямлила, до сих пор не понимая, что происходит. Только сейчас поняла, что я не знаю имени мужчины. Но точно уверена, что он приложил свою добрую руку к тому, чтобы меня взяли на должность заместителя грымзы.

— Познакомьтесь... Эмм... Юля, — Вероника вскочила со своего места и всячески пыталась распробовать на языке мое имя. — Это Тимур Артурович, генеральный директор компании, — имя начальства грымза произнесла с благоговением и заглядывая руководству в его красивые глазки.

— Надеюсь, первый рабочий день не слишком пугает? — Тимур слегка наклонил голову, внимательно глядя на меня. Так он показался мне еще красивее. Хотя, куда уж больше.

— Совсем нет, — щеки предательски вспыхнули. Не могла же я сказать директору, что больше всего меня пугает в этом кабинете Вероничка. — Немного волнительно, если честно.

Я не могла признаться, насколько смутила меня вся эта ситуация. Тимур — генеральный директор. Значит, это он приказал Веронике взять меня на работу. Но почему? Сжалился? Надеюсь, что нет.

— Это нормально, — он сделал шаг ближе, понизив голос. — Вероника Михайловна все вам объяснит. Уверен, вы сработаетесь, — при этом Тимур многозначительно посмотрел на грымзу.

— Надеюсь на это, — пробормотала я, пытаясь справиться с внезапной дрожью в коленях от его близости.

— Если возникнут какие-то вопросы или сложности, — он достал из кармана визитку, — можете обращаться напрямую ко мне. В любое время.

Его пальцы на мгновение задержались на моей ладони, когда он передавал карточку, и это прикосновение словно прошибло электрическим разрядом.

— Спасибо, — прошептала я, судорожно сжимая визитку и пытаясь взять себя в руки.

Я смотрела вслед его удаляющейся фигуре, пока Тимур не скрылся за дверями. Только тогда позволила себе выдохнуть и немного расслабиться. Его присутствие действовало на меня странным образом — колени предательски дрожали, а сердце, казалось, вот вот выпрыгнет из груди.

Вероника Михайловна деликатно кашлянула, возвращая меня к реальности. На её лице застыло плохо скрываемое недовольство.

"Соберись", – мысленно приказала я себе, разжимая пальцы и аккуратно убирая визитку в сумочку. Нужно сосредоточиться на работе, а не на том, какие искры пробегают по коже от случайных прикосновений генерального директора.

— Прошу за мной, — сухо произнесла Вероника Михайловна, направляясь к своему креслу. – Обсудим ваши обязанности.

Я последовала за грымзой, всё ещё ощущая легкое головокружение. Одно я знала точно — работать будет вдвойне сложно. С одной стороны — Вероника, которая мечтает, чтобы я поскорее убралась. С другой — харизматичный директор, одного взгляда которого хватало, чтобы вызывать в моем теле дрожь.

Вероника долго и монотонно говорила о работе. Слушать ее было совсем не интересно. А ее задания напоминали какие-то маловыполнимые наказания для меня.

С каждой минутой мне все меньше хотелось здесь работать. Но компания имела хорошую репутацию. К тому же, зарплату обещали отличную. А деньги мне сейчас очень нужны.

Я мысленно представляла, смогу ли выдержать пытку под руководством Веронички. Она как будто почувствовала мое замешательство. Прервала свой длинный монолог и строго посмотрела на меня.

— И да, самое главное... Если ты положила глаз на Тимура, то забудь. Он занят, — в голосе Вероники слышались металлические нотки. — Мной!

Глава 17. Юля

Глава 17. Юля

Мечты иногда бывают обманчивыми. Я мечтала жить с Сережей до конца дней свои и не подозревала, что ему нельзя верить. Я хотела работать в этой финансовой компании и не подозревала о существовании Веронички.

Первый рабочий день показался мне адски тяжелым. И нет, дело совсем не в моих обязанностях. Они были интересными. Дело было в Веронике Михайловне! Эта рыжая бестия не давала мне прохода. Постоянно искала изъяны в выполненных поручениях. Грымза всем своим видом показывала, что осталось работать мне совсем недолго.

К моменту, когда я вернулась домой, то с трудом могла вспомнить собственное имя. Дверь открыл Никита и как-то странно на меня посмотрел.

— Мам, с тобой все в порядке? — с сомнением спросил сын.

— Не совсем, — уклончиво ответила я.

Сегодня даже рада была, что мама никуда не уехала, а приготовила наивкуснейшие отбивные и усадила меня и детей за стол.

— Ба, ты только щи больше не готовь, — прямолинейно напомнил ей Никита, с удовольствием уплетая отбивные, которые напоминали ему любимые нагетсы.

— И чем тебе мои щи не понравились? Отец твой ел их за милую душу, — ответила мама.

Я и Матвей переглянулись и улыбнулись.

— Мам, как первый рабочий день? — заботливо спросил старший сын. С каждым днем я все больше замечала, насколько Матвей внимательный и заботливый.

— Тяжеловато, — честно призналась и рассказала о Веронике. Мне просто нужно было излить душу, поделиться своими эмоциями по поводу этой грымзы.

Дети посочувствовали и разошлись по комнатам делать уроки. А мама как-то слишком внимательно посмотрела на меня.

— А этот Тимур... Хорош собой? — с интересом спросила она.

— Мам, прошу тебя, — я рассмеялась впервые за этот день. — Мне бы с мужем развестись. Надо думать, где жить будем.

— У Тимура, например, — вкрадчиво произнесла мама.

— Мужчинам не нужны женщины с двумя почти взрослыми детьми и кучей проблем. В том числе, и финансовых, — серьезно произнесла я.

— Не говори глупостей, — отмахнулась мама. — Ты красивая, умная женщина в самом расцвете сил. А дети — это не проблема, а богатство.

— Мам, давай не будем об этом, — я устало потерла виски. — Сейчас главное — закрепиться на работе и решить вопрос с жильем. Всё остальное подождет.

— А я вот думаю, что Тимур неспроста появился именно сейчас, — не унималась мама. — Такой серьезный мужчина, при должности...

— Мама! — я повысила голос. — Прекрати, пожалуйста. Мне сейчас совсем не до романтики. Нужно решать реальные проблемы.

— Ладно-ладно, — примирительно сказала она. — Но ты хотя бы не отталкивай его. Дружеская поддержка сейчас не помешает. Это же явно он помог тебе устроиться на работу.

— Посмотрим, — вздохнула я. — Сейчас самое главный вопрос — что делать с квартирой. Придется продавать ее. Сомневаюсь, что Сережа отдаст нам свою долю. Ему самому жить негде.

— Тут есть два варианта, — деловито заявила мама. — Я могу продать свою квартиру в Самаре. Сложим деньги и будем жить вместе.

Я поперхнулась от такого возможного развития событий. Жизнь с мамой под одной крышей совсем не входила в мои планы.

— А второй вариант какой? — голос прозвучал сипло.

— А второй — это уговорить Сережу отказаться от квартиры! — мама многозначительно посмотрела на меня так, как будто сейчас все было в моих руках.

Я понимала, что уговорить мужа почти невозможно. Но какая-то часть меня надеялась на то, что совесть взыграет в Сереже. Все-таки это он изменил. Да и куда я с двумя детьми уеду?

Съемное жилье совсем не хотелось тянуть на одну зарплату. Для того чтобы взять ипотеку, у меня должна быть стабильная работа... Я снова вспомнила Веронику. Круг замыкался. И перспектива дальнейшей жизни казалась совсем не радужной.

Вечером ко мне подошел Матвей и нежно обнял за плечи.

— Мам, я думаю, что нужно работу мне искать, — осторожно произнес сын.

— Нет, не вздумай бросать учебу! — строго прервала я ход его мыслей.

— Сейчас деньги нужны. Я же понимаю все, — Матвей смотрит на меня своими огромными голубыми глазищами. Красивый, подтянутый — моя гордость.

— Я устроилась на прекрасную должность. Все будет хорошо, Матвей. А твоя главная задача сейчас — учеба.

— Но мам, я мог бы совмещать. Многие ребята из группы так делают, — не сдается Матвей, присаживаясь на край стола.