Играя злодея для неё (СИ) - Неками Екатерина

Чон смяла в руке бумажный стаканчик и решительно кинула в мусорку. Отступать уже некуда, она ведь больше боялась съемки диалога с Ли Тэхо. По сравнению с той сценой эта уже мелочь без последствий.

***

Ли Тэхо смотрел достаточно твёрдо на господина режиссера, пока ответственный за трюки застегивал на нем ремень подвеса.

— А Чон не может заменить дублёр? — спросил Ли с нажимом, явно недовольный.

Сцена была небольшой: Роан уносит Ён Хари из-под носа стражников двора. Вот только делает он это на высоте нескольких метров над землёй.

— Это всего лишь секундная сцена. Нам нужен кадр с её лицом, даже Чон на это способна, — Со Тэгун звучал непреклонно. — К тому же дублер не прописан в её контракте.

Ли отчего-то с укором стрельнул взглядом на Наён, та сразу насупилась.

— Я справлюсь, — заверила она. Ей уже прицепили пояс под одежду: меньше по размерам, он небольшим тросом-страховкой цеплялся к основному.

Она подошла к Тэхо вплотную, почти касаясь его грудью. Обычно Наён боялась и избегала такой телесной близости, особенно с ним. Но сейчас на топливе сопротивления недоверию и назло подкатывающему страху Наён готова была доказать Ли и самой себе, что способна на большее, чем влипать в неприятности.

— С чего вдруг ты так уверена, что справишься… Ты же вечно обо все спотыкаешься, — с укором прошептал Тэхо, смотря ей в лицо, пока страховку Чон пристегивали к его тросу.

Во взгляде Ли было много огня, но Наён не хотела становиться его жертвой сейчас.

— Если я упаду, это будет на твоей совести, так что следи лучше за собой… — то, что она перешла на «ты», доказывало — девчонка на самом деле на грани, но всё ещё держится на одном упрямстве. Его руки легли на тонкую талию под слоями гладкого шёлка, и Ли с упоением почувствовал, как Наён трепетно вздрогнула.

— На моей совести… Приятно, что ты так доверяешь моим рукам, — успел с усмешкой шепнуть он, прежде чем закинул девчонку на плечо.

Ли уверенно удержал Чон, даже когда почувствовал, что она вся сжалась. Эта тяжесть в руках неожиданно оказалась такой приятной.

— Теперь вытянись в струну и держись, — предупредил Тэхо, наклоняясь вперед, чтоб повиснуть на тросе. Наён снова лишь охнула, но сдержала визг даже тогда, когда их начали поднимать. Глава каскадеров рядом страховал.

Это были самые страшные в её жизни мгновения. Она, пожалуй, предпочла бы снова надеть неверные линзы, чтобы не видеть людей внизу. Но впервые её неловкость превратилась во что-то иное.

Ли был прав: только став натянутой тетивой, она держала равновесие. Стоило чуть расслабиться, хотя бы один мускул — и их обоих вело. Она оказалась не права. Этот трюк зависел в равной степени от обоих исполнителей, и малейшая её ошибка разрушала командную работу.

— Держись, — снова сказал он, и этот спокойный голос дал ей опору. Сознание Наён окончательно стерло ту самую улыбку злодея, заменив на поддержку твердой руки партнера.

Их три раза раскачивали, снимая, как Ён Хари на плече Роана тянется к камере, но тот уносит её вдаль от стражников. Играть ничего и не приходилось, слёзы от страха сами стояли в глазах.

— Отлично! — сказал господин Со Тэгун, когда их начали опускать на землю.

Наён первая спрыгнула. Ли от отдачи чуть менее ловко встал на ноги, но его задача, не травмировать партнершу, была выполнена.

Наён раскраснелась и немного ошалело улыбнулась. Ли заметил в её глазах адреналиновую эйфорию, и Роан по-злодейски шепнул ему: «Бери и целуй»…

Он уже давно признал, что Наён ему нравится, и не первый раз ловил свой взгляд на её губах. А сегодняшнее желание было особенно острым, почти пряным от бушующих в крови гормонов. Но Ли в противовес злодею, поселившемуся в его голове, не мог так поступить — поймать девчонку врасплох в момент слабости — чтобы не быть отвергнутым.

Уж точно не посреди съемочной площадки и при свидетелях. Он отступил, отводя взгляд.

— Молодец, — все, что позволил себе сказать Ли.

8. Власть роли

Она никогда не хотела быть солнцем, вокруг которого все вращается. Чон не хотела быть героиней, но это оказалось не так уж и плохо.

Наён прошла все испытания минувшего дня с достоинством. Она была почти горда собой и теперь не спешила снимать костюм. Вдруг Чон именно благодаря образу справилась и действительно стала кем-то более ловким и изящным, как фрейлина при дворе Императрицы. Власть роли захватила её.

Наён подозревала: если она снимет ханьфу, то вновь превратится всего лишь в младшую помощницу, и её погонят за кофе.

Чон, смакуя послевкусие победы, задержалась ещё немного на площадке, издали смотря, как отыгрывают сражение на мечах Роан и Рюжин — главный протагонист в исполнении Нам Джунхёна. Эта сцена по хронологии была раньше похищения, но её приберегли на вечер.

Теперь уже две звезды зависли над головами съёмочной группы, сплетаясь в странном танце с серебряными клинками. Наён видела в длинных и развивающихся одеждах черного и алого цветов образы декоративных рыбок под водой. Их плавные и завораживающих движениях. Настоящее искусство фехтования — Наён задавалась вопросом, когда эти двое репетировали парный бой, ведь такая точность и легкость не могла быть случайностью.

— О, а Ли правда не растерял мастерство за год перерыва, — рядом послышался женский бархатистый голос. Наён вздрогнула и оглянулась на их Императрицу.

Кан Ханби стояла в многослойном костюме бордового цвета — оголенные плечи, бархатистые цветы в волосах и шлейф, что даже сейчас несли помощницы. Чон невольно опустила голову, подсознательно отыгрывая её подопечную. Изящный веер с росписью лотоса прикрывал алые губы женщины. Краски на лице оказалось больше, чем у Наён, но та была так искусно нанесена, что не давала и шанса назвать госпожу Кан вульгарной.

— Они, кажется, пересекались на интенсиве по постановке боевых сцен в университете, когда Ли уже снимался, а Нам только начинал… Малыш Джунхён очень старался тогда, чтобы догнать «старшего брата», — продолжила рассказывать Кан, не отводя взгляда от битвы в воздухе.

Наён стало интересно узнать больше, но она не решалась вставить даже слово в этот монолог. Госпожа лишь слегка покосилась в её сторону, стрельнув глазами с невообразимыми стрелками.

— Мы ведь не первый раз снимаемся втроем. Помню тот сериал, в котором дебютировал Нам Джунхён. Роль младшего брата Ли слишком сильно въелась в его голову — вечная проблема актёров. Не каждый умеет оставлять свой образ на площадке. Нам соперничает с Ли до сих пор, стараясь во всем показать, как вырос… Битва за роли, за внимание фанатов… За девчонок… — чуть повела плечом госпожа Кан в сторону Чон.

Наён вспомнила их разговор, в котором почувствовала себя лишним элементом. Её чувство окрепло от слов госпожи Кан, но она промолчала.

— Они ведь уже повздорили из-за тебя сегодня? — это было не обвинение, нет, — мягкий укор с покровительственными нотками. По спине Наён пробежали мурашки. Неужели этот спор заметили и другие? — Будь осторожна, крошка, — предупредила Императрица Наён.

Именно в этот момент раздался странный треск и вопль, так что на площадке воцарилась гробовая тишина. Наён с ужасом в глазах резко обернулась. Одна из страховок оборвалась.

— О, боги! — выдохнула госпожа Кан, враз потеряв интерес к «малышке» Чон. Она метнулась вперёд.

Алое распласталось по полу. Нам Джунхён сорвался и упал.

— Он сломал руку… Левое запястье, — на утро Чиу холодно пересказывала последние слухи. Она, кажется, была даже рада этому инциденту с Намом.

— Ужас… — Наён нервно покусывала губы. — И что теперь будет? Нама заменят или сериал закроют? — она была как на иголках со вчерашнего вечера. Почему именно в тот момент, когда ей на секунду показалось, что все налаживается — она со всем справляется, её мир должен был начать рушиться, как карточный домик?

Травма Нам Джунхёна отзывалась особенным сопереживанием. Он не был ей понятен и симпатичен, но в тот день они много общались. А ещё за десять минут до несчастного случая она сама также парила над площадкой в руках Ли Тэхо. И если бы сорвались они…