Будь моим, Валентин - Делон Дана

Меня затапливают эмоции – от возмущения до самой настоящей злости. Я хочу сорвать толстовку с нее. Сказать, чтобы не смела ее трогать. Не смела надевать ее на себя. Мне не хочется видеть в этой толстовке Полин. Они с Марион очень похожи. Каштановые длинные локоны… зеленые глаза миндалевидной формы… Я устало тру переносицу. «Возьми себя в руки, Валентин», – пытаюсь успокоить порыв злости. Марион мне мерещится в каждой, мать твою, встречной! И у кого здесь шизофрения? Но все же Полин абсолютно другая. Взгляд, манера речи, наглость… даже Марион не такая стерва. Таких, как Полин, единицы. Она бы выиграла конкурс «Сучка года» без всяких усилий.

– Ты не заболеваешь? – Ее мама отставляет корзину и озабоченно кладет ладонь на лоб дочери. Она словно забывает о моем существовании. – Вроде температуры нет. Но у нас очень тепло.

– Мам, со мной все в порядке! – Полин убирает ее руку и недовольно хмурит брови. Ей неловко от родительского порыва матери. Вся такая взрослая, независимая.

В эту секунду я понимаю различие между нами. Не помню, когда в последний раз мама меня гладила. Я не хотел так быстро взрослеть. Мне пришлось.

– Кофе готов! – доносится из кухни голос отца.

– Ты дозвонилась до брата? – спрашивает ее мама. – Тебе надо уговорить его поучаствовать в пьесе, которую ставит Феррар!

– Уже, – с улыбкой сообщает Полин.

– Так, сейчас все остынет, пошли пить кофе!

– Поль будет играть в театре! – кричит она мужу.

– Вы в этом уверены?

– Ради Полин он сделает что угодно.

Полин посмеивается:

– Ты слишком переоцениваешь его братскую любовь ко мне!

У нее есть брат. Его зовут Поль. Полин и Поль, чертовски оригинально! Я скрываю улыбку. А разговор тем временем продолжается.

– Я не понял, вы теперь любите пить холодный кофе?

– Из него выйдет такой обаятельный мистер Дарси! Не думаете?

– Ой, мама, твой сыночек и «обаятельно» – несовместимые вещи.

– Мой сыночек самый лучший!

Они перебрасываются репликами, а я смотрю на них и не могу избавиться от неприятного покалывания в груди. Сыночек.

– Думаю, вы рано радуетесь: шансы на то, что Поль сыграет Дарси, ничтожно малы, – пытается вразумить их отец семейства.

Полин довольно улыбается:

– На что спорим, пап? Я уболтала его!

– Ты обещала целый год убирать его комнату? – Ее папа стоит в проходе и весело поглядывает на дочь.

Она театрально закатывает глаза:

– За кого ты меня принимаешь?

Мужчина начинает смеяться.

– Любая сделка должна приносить мне лишь выгоду, – со знанием дела вещает Полин и бросает многозначительный взгляд в мою сторону.

– Как вижу, каникулы с бабушкой не прошли впустую, – все еще посмеиваясь, говорит мужчина.

– Так и слышны разговорчики твоей мамы, – добавляет его жена. – Мне плохо от того, как они похожи! Я родила копию своей свекрови!

– Поэтому она тебя так любит, – сообщает с озорным блеском в глазах Полин.

Семья. Одно слово. Но какое оно огромное… значительное в жизни каждого.

– Котик, что встал как вкопанный? Идем пить кофе! – Прокурор вспоминает о моем существовании.

– Котик? – переспрашивает его жена.

Тот пожимает плечами:

– Не спрашивай меня. Это парень твоей дочери.

– Ты же сказала, что он друг, – упрекает ее мама, и я мгновенно оказываюсь в центре внимания. – Какой симпатяга! – одобряюще произносит она, и ее муж посмеивается:

– Не зря же он Котик…

– Пойдем быстрее пить кофе! – начинает суетиться женщина. – Полин, хоть бы предупредила, что приведешь своего бойфренда! У тебя точно нет температуры? – с упреком спрашивает ее мама. – Иди-иди, еще раз пощупаю! – продолжает она шутливо издеваться над дочерью.

Полин недовольно отмахивается от нее. Она даже не представляет… не имеет ни малейшего понятия. Я отдал бы что угодно, лишь бы моя мама до меня так дотронулась.

– Простите, что всполошил так ваш дом, но я забежал на одну секунду забрать у Полин ключи. – Я неловко откашливаюсь. – Мне правда пора.

Стоит мне это произнести – и все трое замирают. Смотрят на меня как на умалишенного. Интересно, никто из них не задается вопросом, почему я, как невоспитанная сволочь, пришел в дом к своей так называемой девушке без бутылки вина и цветов? Это те немногие правила этикета, которые успела привить мне мама. Она объяснила пятилетнему мальчику, что в гости нельзя приходить с пустыми руками.

Черт бы меня побрал! Прийти сюда все-таки было самой отвратительной идеей за всю мою жизнь.

– Я пришел с пустыми руками, даже не подумал, что… – Я замолкаю. Мне кажется важным дать им знать, что я был не готов. Ведь она учила меня… объясняла очевидные, банальные вещи. Но любя, по-матерински.

Родители Полин переглядываются. Мама слегка подмигивает мужу. Не знаю, что означает этот тайный сигнал, но тот понимает ее без слов.

– Короче, Котик, ты не планировал знакомство с родителями, правильно? – Папа Полин разводит руками. – Ну раз уж ты тут, пошли пить холодный кофе. Расскажешь, каких девочек предпочитаешь.

При упоминании девушек лицо его жены вытягивается, а глаза округляются. Он подмигивает мне, а я стою как истукан и понимаю, что не имею права оставаться здесь.

– Я опаздываю на работу, – бормочу под нос.

Ужасно неловко. Мужчина выглядит сбитым с толку.

– Да, конечно. – Ее мама вклинивается в разговор и, видя мою неуверенность, по-доброму улыбается. – В следующий раз спланируем нашу встречу получше.

– Спасибо, – искренне благодарю я.

– Тогда до свидания.

Ноги моей никогда больше не будет в этом идеальном доме.

Я киваю отцу Полин. Он смотрит на меня изучающим взглядом.

– Тебя подвезти?

– Нет, спасибо. – Показываю пальцем на шлем, который оставил при входе в квартиру.

– Мопед или мотоцикл? – уточняет он.

– Второе.

– Полин, тебе запрещено на него садиться, – просто сообщает он дочери, а та поджимает губы.

Все это время я чувствовал на себе горячий взгляд зеленых глаз, но боялся посмотреть в ее сторону. Не хочу, чтобы она увидела всю ту бурю эмоций, которую во мне вызвала ее семья.

– Полин, верни Котику ключи и отпусти бедного парня на работу до того, как он получит инфаркт в центре нашей гостиной, – просит отец. Он шуткой пытается избавить всех от неловкости, но делает лишь хуже.

Черт! Неужели у меня действительно такой вид, словно сердце вот-вот не выдержит? Я улыбаюсь. Широко. Свободно. Радостно. Убегая от призраков прошлого.

– Я ухожу, чтобы спасти ваше сердце, прокурор.

Он глядит мне в глаза.

– Напомню: она несовершеннолетняя, – сообщает он серьезным тоном. – Просто не будь придурком, ладно?

Я замираю на месте. Она что? Несовершеннолетняя?! Я убью Жана! Что он мне сказал? «Кажется, ей восемнадцать… Нет, ей точно уже восемнадцать!» Я шутил с малолеткой о Камасутре. Сколько там дают за растление несовершеннолетних? Бородач, сидящий на облачке, решил сыграть со мной злую шутку… В его излюбленном стиле. Когда ты думаешь, что хуже не будет, не сомневайся – будет.

Опустив взгляд в пол, молча киваю. Что ему сказать? «Простите, я даже не знал, сколько лет вашей дочери»? Мужик он классный. Это вообще нормально, что ее отец вызывает у меня больше симпатии, чем она сама? Несовершеннолетняя зазнайка. Надо было так вляпаться!

– Я забыла ключи у Эммы, – резко произносит Полин.

Я поднимаю голову и встречаюсь с ней взглядом. Ее руки сложены на груди. Губы поджаты. Взгляд недовольный и даже злой. В них читается: «Ты не выполнил свою часть сделки, малыш, – я не выполню свою». Моя толстовка доходит ей до бедер. Видеть ее в ней так непривычно и так… Вся она вызывает во мне смешанные чувства.

– Мне правда пора. – Голос отчего-то хрипит.

Я хватаю мотошлем и в прямом смысле убегаю из этой квартиры. Даже не запоминаю, закрыл ли за собой дверь. Не дожидаюсь лифта и мчусь вниз по ступенькам. Картинка этой идеальной семьи все еще стоит перед глазами, когда я наконец сажусь на свой мотоцикл. Не успеваю перевести дыхание. Телефон начинает вибрировать в кармане. Если это она, я не отвечу. Мне не нужны ни толстовка, ни ключи. Пусть все оставит себе. Достаю трубку, и на экране высвечивается то, что приносит мне боль. Лучше бы это была Полин! В отличие от ее семьи моя далека от идеала. Я сбрасываю. Его это не останавливает. Звонки один за другим: он настырный. И я бы давно заблокировал его номер, если бы не дедушка.