После брака. Любовь со сроком давности (СИ) - Грин Анна Кэтрин

На что Валера усмехнулся клыкасто.

– Боишься эмоциональных качелей?

Я фыркнула демонстративно и сложила руки на груди.

– Там, где у тебя эмоциональные качели, я уже владелица парка аттракционов. Ха-ха. – Ядовито заметила я и выдохнув, отошла от стола.

Но Валера перехватил меня и не дал особо никуда уйти .

– Маш, мне вот просто интересно: ты с какой-то определённой целью сейчас лезешь в семью сына или как?

– Неопределённая цель вполне себе прозаична– семья рушится. Одно дело, когда разрушается брак уже древний . Объективно понимаешь , что двоих людей ничего держать не может.

Эти слова не понравились Валере . Он дёрнул щекой, как будто бы останавливая себя от едкой реплики. Посмотрел на меня недовольно.

– Но другое дело, когда разрушается молодая семья, которая в принципе ещё пожить даже не успела. И разрушается она посредством того, что кто-то просто сделал неправильные выводы. А кто-то ещё подлил масло в огонь . Это я про тебя. Ты своим поступком подал некрасивый пример. И я считаю, что ответственность за то, что сейчас происходит в семье Свята, лежит на тебе в первую очередь.

– Ой, не утрируй. Все люди взрослые.

Я вздохнула .

– Ну, поскольку мы с тобой разобрались, зачем ты все-таки приехал, можешь быть свободен. Я тебя больше не задерживаю.

Но Валере было мало нашего разговора. Он подошёл ко мне, когда я остановилась возле небольшого диванчика для отдыха и застыл позади меня.

– Слушай, Маш, а ты чего такая прям ,как колючка ядовитая?

Я посмотрела на него, как на умалишённого и фыркнула .

– Слушай, а ты чего такой, как клещ цепляющийся? Мне казалось, что поскольку наше общение отсутствовало на протяжении последнего времени– то и сейчас не надо его возобновлять.

– Но, а если я вдруг хочу? – Произнёс с сарказмом Валера.

– Ты хотел другую? Вот с ней и общайся. Не надо здесь приезжать и пытаться вывести меня на эмоции . Не получится.

Валера фыркнул и резко приблизившись ко мне, положил ладони на талию. Притянул к себе и не дал развернуться, чтобы я смотрела ему в глаза . Я так и стояла к нему спиной, дёргаясь и пытаясь засадить локтем куда-нибудь под ребра. Но он прошептал:

– Будь ты тише. Вот я с тобой приехал по-человечески пообщаться. А никак не создавать скандал. Будь потише. Я тебя прошу. И просто в какой-то момент пойми, что некоторые решения могут быть поспешными.

– Это ты сейчас о чем?

Я ощущала неприятное, давящее чувство, как будто бы Валера ходил вокруг да около одной какой-то вполне реальной проблемы.

– Да я о том, что я ведь тебе правду сказал– Ада у меня дрессированная. Она не побежит из-за наличия другой женщины, устраивать скандал. Это же только тебе так…

Я положила свои руки на ладони бывшего мужа, стараясь скинуть их со своей талии.

– Давай-ка мы с тобой кое-что обговорим. Это ты уходил из семьи. Это ты признался в том, что у тебя есть другая. Это тебе было важно показать то, что нас с тобой теперь ничего не связывает. Не надо здесь приводить в пример свою любовницу и делать вид, будто бы я стояла за разрушенным браком. Стоял ты за разрушенным браком. Не перекладывай на меня ответственность. Прими её на себя.

Валера фыркнул недовольно и уткнулся носом мне в волосы, отчего мне захотелось тут же подхватить статуэтку со столика и зарядить ему по шее .

– Маш, я же говорил, ты у меня огонь. Вот ты знаешь, я соскучился по этому огню очень. Очень сильно.

Он говорил медленно. Тихо. С придыханием.

– Я настолько сильно соскучился, что терпеть больше не хочу. Мне не хватает тебя. Мне не хватает тебя целиком и полностью. Ну и давай мы с тобой будем немного откровенными.

Секундная заминка, во время которой я все-таки вырвалась из его рук и развернувшись, выставила перед собой палец. Но Валера перехватив меня за запястье, потянулся и провёл губами по моей ладошке.

– Давай мы с тобой будем откровенны. Я сейчас нахожусь в таком состоянии, что готов позволить тебе сесть мне не только на шею, но и на лицо.

Чувство брезгливости тут же взметнулось в душе. Но видимо, как-то недостоверно. Потому, что Валера спутал это с чем-то другим и продолжил .

– Мне тебя не хватает . И чтобы твоя совесть была немножечко тише, у меня к тебе закономерный вопрос : неужели тебе за это время никогда не хотелось оказаться в ситуации, когда та, другая, законная, будет сидеть и переживать, потому что её муж с какой-то другой? Неужели ты не хотела такого справедливого возмездия? Машуль, ну давай будем откровенными. Ты же не отказалась бы? Я ведь прав?

Глава 16

Глава 16

Я смотрела в его глаза, переливающиеся холодным пламенем, искрящиеся такой непосредственной радостью, как будто бы он дал мне что-то безумно бесценное.

Тяжело вздохнула.

Аля всегда гордилась, что у нас в семье все адекватные, но потом на сцену выходила я, и ей приходилось краснеть.

В момент, когда Валера, потянувшись ко мне, вздохнул глубоко всей грудью, что наши тела соприкоснулись, приоткрыл для поцелуя рот , я вставила в него два пальца и крикнула:

— Свистни!

Валера, оторопев, отпрянул от меня, шагнул назад, налетел на маленький чайный столик, снеся с него и статуэтку, которую я хотела ему опустить на голову, и графин с водой.

Бывший отплюнулся, затряс головой и посмотрел на меня бешеным взглядом.

— Ты чокнулась? — Выдохнул он растерянно. — Ты что себе позволяешь? Ты с ума сошла? Маш, ты чокнутая, что ли?

— Нет, нет, Валер, я пожар, я огонище, — процитировала я мужа и, запрокинув голову, захохотала.

Я сама от себя не ожидала такой импровизации. Я понимала, что это однозначно моё — троллить бывшего супруга на тему того, что произошло у нас в браке. Валера дёрнулся ко мне, постарался перехватить за руки, но я так хохотала искренне и заливисто, что у него не оставалось никаких сил на то, чтобы держать себя в руках. В какой-то момент ярость из глаз у него тут же исчезла, и он, уперев ладони в колени, выдохнул и захохотал тоже.

Успокоившись, я дошла до стола, опёрлась об него бедром и покачала головой.

— Валер, ты у меня прям как муравей, постоянно фигню какую-то несёшь.

Я закончила смеяться и вытерла слезящиеся глаза.

— Давай ты здесь не будешь сейчас разыгрывать партию такого вершителя судеб и становителя справедливости. Хватит, Валер.

Мне тяжело было говорить серьёзные вещи из-за того, что меня давил и душил смех. Но мне казалось важным донести свою точку зрения до бывшего мужа.

— Ты можешь сколько угодно считать, будто бы в этой ситуации я должна поступить как-то низко и бесчестно, лечь с тобой в постель, принимать тебя у себя, но понимаешь, это не возмездие, это просто ощущение того, что я буду как помойка, но ты же сам прекрасно знаешь, что я сильно себя уважаю для того, чтобы быть просто какой-то любовницей. Ты же прекрасно понимаешь, что моё уважение никогда мне не позволит делить мужика с кем-то, с какой-то другой бабой. Это первое. И второе. Даже если бы ты не захотел уйти, даже если бы я случайно узнала про твою измену, исход был бы один, мы бы развелись, потому что я никому не позволю вытирать о себя ноги, потому что другая женщина это в меньшей мере негигиенично. Откуда я знаю, с кем ты ещё был? А другой вопрос, откуда я знаю, с кем она ещё была? Вдруг у неё такой букет, что она им наградила тебя, и ты сейчас это все тащишь ко мне? Нет, спасибо, Валерочка, спасибо, родной мой.

Я похлопала в ладони, аплодируя сама себе, и выдохнула:

— Давай ты со своими влажными фантазиями будешь ошиваться где-нибудь на сайте агентств по предоставлению услуг, но никак не возле меня. Ушёл и ушёл. Надо было думать, что делаешь.

— Маш, — отдышавшись, Валера упал на диван и закинул ногу на ногу. — Господи, насколько ты можешь быть одновременно безрассудной и тут же рационально расчётливой, ты вот даже сказать мне о том, что я с тобой не буду спать после какой-то девки не можешь. Ты подвела это под собственное высокомерие. Я слишком хороша для того, чтобы делить тебя с кем-то. А вот ты слишком плох, чтобы принадлежать одной.