— Поможешь построить? — протягиваю ему коробку.
Хмурится и мотает головой. Опять утыкается лицом в плечо мамы.
Ну и характер! Настоящий Горский! И я испытываю одновременно и гордость, что у сына мой характер, но и обиду, что ли. Враг… да какой я враг?! Но силой тут не возьмёшь. Горских никто заставить не может. Он должен сам.
И я готов ждать.
— Может, мама тогда поможет? — вздыхаю наигранно тяжело.
Быстро осматриваюсь. Тут точно места мало. Иду в гостиную. Вот, тут лучше!
Скидываю пиджак на диван и закатываю рукава рубашки. И начинаю громко распаковывать коробку. Достаю детали, инструкцию.
Первой в комнате появляется Инна. Без Олега.
— Горский, ты что делаешь? — спрашивает она.
— Буду строить железную дорогу, — отвечаю спокойно и сажусь на пол. Открываю инструкцию.
Делаю вид, что не замечаю, но в душе ликую над маленькой победой, когда вижу, что из-за Инны выглядывает любопытная головка Олега.
Глава 23. Игорь
Чёрт. Оказывается, собирать детскую железную дорогу вообще нелегко! Особенно, когда никто не только не помогает, но и наблюдает словно так и ждёт, что у тебя не получится!
Но я упрямо складываю детали, закручиваю гайки.
Инна так и стоит в дверях. Сложив руки на груди, она смотрит на меня. Олег обнимает её за ноги, не отходит.
Это, пожалуй, самое строгое жюри.
Я не могу облажаться.
А ещё ужасно хочется собирать конструктор с сыном. Показывать ему, как надо, отвечать на вопросы. Откуда такая потребность?
Я же никогда не задумывался о детях. Мы и с Евангелиной это не обсуждали ещё.
Нет, наверное, когда-нибудь…
А тут! Тут уже взрослый пацан. С характером! Считающий меня врагом.
Чёрт.
Хмурюсь, пытаясь понять, что делать с этим со всем. Конечно, я не намерен сдаваться. Надо как-то искать контакт с сыном. Да и с Инной.
Как?
Я не умею. Никогда ни под кого не подстраивался. А тут, видимо, придётся…
Беру очередную деталь и заглядываю в инструкцию. Из кухни звонит Иннин телефон. Я напрягаюсь и поднимаю на неё взгляд.
Она мажет по мне равнодушным взглядом и уходит. Олег остаётся, не бежит за ней. Но на меня не смотрит. Наклонив голову и приоткрыв рот, разглядывает железную дорогу, которую я уже почти собрал.
— Чёрт, не получается, — решаю пойти на хитрость.
Чешу затылок, разглядывая в руке деталь от поезда.
Подойдёт?
Специально неправильно приставляю колёса к рампе игрушечного транспорта. И ещё раз с другой стороны.
— Это не так, — слышу тихий голос сына.
Поднимаю на него взгляд. Он хмуро смотрит на меня, но интерес перевешивает.
Оглянувшись назад, туда, куда ушла Инна, он нерешительно ступает ко мне.
— Дай, — протягивает ручку и я сразу же кладу в неё детали.
Олег быстро собирает поезд, прокручивает колёса и возвращает мне.
— Ловко ты! — улыбаюсь, глядя сыну в глаза.
— У моего друга такой есть, — сопит малыш. — Как же ты всё это понесёшь? — оглядывает дорогу. — Она же в машину твою не поместится…
— А я не понесу её никуда, — улыбаюсь. — Она здесь останется.
Сын почему-то усмехается недоверчиво. Щурится и снисходительно смотрит на меня.
— А ты маму спросил? Она не разрешает игрушки разбрасывать!
— Ну, думаю, мы решим это с мамой, — хмыкаю я. — А тебе нравится? Будешь играть?
Олег вдруг опять хмурится. Грозно смотрит на меня.
— Ты опять маму мою обижать будешь? Убирай игрушки! И уходи!
Та слабая надежда, которая, вроде как, появилась и даже чуть вспыхнула в груди, моментально гаснет, когда меня обдаёт вот этот ледяной ответ сына.
Злюсь, но стараюсь не показывать злость.
— Я не обижаю маму, — отвечаю уверенно, вставая и расправляя рукава рубашки.
— Да? А почему тогда она плачет? — сын наблюдает за мной исподлобья. — Из-за тебя! Я не дам маму в обиду!
— Плачет? — с прищуром вглядываюсь в сына.
— Да! Из-за тебя! Я знаю!
— Хм.
Если ей так всё равно на меня, как она хочет, показать, почему тогда плачет? Перед глазами моментально всплывает та ночь. Это вообще не было похоже на безразличие.
— Хорошо, Алексей Фёдорович, я всё поняла. Спасибо за беспокойство, — звучит из кухни голос Инны.
Опять этот чёртов доктор?!
Да что ему надо?
Голова сама поворачивается в ту сторону и слух напрягается. Я вслушиваюсь в чужой разговор. Дожил…
— Да я, я помню. Обязательно приедем, — как-то даже нежно отвечает Инна.
Да чёрт побрал этого доктора! Чувствую, не просто так он тут ошивается!
А потом и смех Инны слышу. Тихий такой, но такой знакомый смех. Когда я его в последний раз слышал-то?!
— Ты правда мамин друг? — отвлекаюсь лишь тогда, когда чувствую, как меня за пиджак дёргают.
Опускаю взгляд и встречаюсь со строгим взглядом Олега.
— Друг, — киваю без сомнений. — Ты не представляешь, какие мы с ней друзья!
— Тогда перестань обижать её! — и легонько бьёт меня в ладонь. — Разве друг должен плакать? — непонимающе моргает. — Зачем ты это делаешь?
Такой простой и прямой вопрос… и я не знаю на него ответа…
— Не знаю, — отвечаю как есть и пожимаю плечами.
— Большой, а глупый, — бурчит тихо под нос Олег.
Тут вновь появляется Инна. С тревогой смотрит на нас с сыном, стоящих друг напротив друга.
— Я пойду, — говорю я, хмурясь и отводя взгляд. — Инна, на работу выйдешь, как сможешь. Не торопись. И… не надо больничного… — добавляю, вспоминая о чёртовом докторе.
Потом сажусь на корточки перед сыном. Протягиваю ему руку. Ну? Ответит?
— А ты выздоравливай давай! — подмигиваю ему. —А то кто маму защищать будет? А я обещаю больше так не делать. Договорились?
Олег держит руки за спиной. Сопит громко. Смотрит то на мою руку, то поднимает взгляд на маму.
Я прямо чувствую, как мечется он в своих желаниях в душе. Нелегко ему. А ведь будет ещё сложнее! Но теперь есть я! У него теперь не только мама есть!
— Я подумаю, — бурчит тихо.
Но руку так не подаёт.
Упрямый, а! Просто слов нет!
Не настаиваю. И то считаю маленькой, но победой.
Трудно будет. Но я всё равно добьюсь. Должен.
— Пока, — говорю, вставая и киваю Инне, не глядя в глаза.
У меня в груди такой сумбур из мыслей и ощущений, что мне просто необходимо всё обдумать и хоть как-то систематизировать полученную информацию.
А ещё предстоит нелёгкий разговор с родителями и… Евангелиной…
Вообще забыл про неё! А вот и она — как чувствует. Звонит.
Глава 24. Игорь
— Игорь! Я даже не знала, что ты уже вернулся! Почему ты ко мне вчера не заехал?! И сегодня... ты где?
Голос Евангелины выдаёт её недовольство и раздражение. Наверное, её можно понять. Но сейчас мне вообще не до обид и упрёков.
— Евангелина, послушай, — спокойно отвечаю я, садясь в машину и ещё раз глядя на окна квартиры, где живёт мой сын, — мне надо с тобой поговорить. Я сейчас приеду. Ты дома?
— Дома, конечно! А что случилось? Меня пугает твой тон, Игорёша! Всё же хорошо? Скажи мне! А то я буду думать! Всё хорошо у нас?
— Всё в порядке. Дождись меня просто, — устало выдыхаю я и завожу мотор.
Прощаюсь с Евангелиной и трогаюсь с места.
Путь получается сложным. Нет, пробок нет. На дороге спокойно. В отличие от моей головы.
Вот там такие заторы из мыслей, что мне кажется, что я даже чувствую боль в висках.
Что-то поменялось за это утро. Что-то! Да всё поменялось!
Несмотря на поведение Олега, я чувствую, что постепенно он меняет своё отношение ко мне. И я всё сделаю, чтобы он принял меня!
А Инна?
А что Инна?
Хмурюсь и крепче вцепляюсь в руль. При чём тут она? Какая разница, как она ко мне относиться будет?
У нас с ней всё выяснено. Да, выяснено!
Убеждаю сам себя.
Та ночь ничего не значит. Ни для меня, ни для неё. Это мы тоже выяснили. У неё есть этот доктор.
