Заноза для соседа. Тает все (СИ) - Кей Саша

Треснула бы, но шевелиться я не рискую.

И когда товарищ сваливает, я опять отрубаюсь. Поднимает меня звонок Аньки.

– Ты спишь?

– Ну как бы… – мямлю я в трубку. – А что случилось?

– Пока ничего. И не случится, если ты так и будешь торчать в поселке. Хватит уже работать! Праздник на носу. В общем, приезжай к нам праздновать. Мы в этот раз внезапно все переиграли и собираем гостей, которым впадлу самим готовить.

Мне становится ужасно стыдно, потому что Аня обо мне слишком хорошего мнения: я за последние два с половиной дня и часу редактурой не занималась. Даже вчерашняя попытка провалилась.

– А тебе, значит, готовить не впадлу?

– А я подсуетилась и заказала доставку. Вы все равно ничего не жрете. Только пьете, вам хватит.

Вроде с одной стороны соблазнительно. Раньше у нас зачетные вечеринки выходили. Мы то наряжались тематически, то играли в крокодила, никаких скучных посиделок за оливье. Даже танцевали и запросто могли продолжить праздник где-нибудь еще.

С другой стороны, это ж надо тащиться в город. Это там такси всю ночь катаются, зарабатывают капитал, а в наш поселок хрен кто согласится ехать. Не дай бог встрянешь, раньше первого никто тебя вытаскивать не попрется. Да и в один конец таксисты не любят пустыми ходить.

С третьей стороны, ну останусь я дома. И буду караулить Стаха у окна.

Но самый большой фактор в минус идее поездки к Аньке – это возвращение. У нее не останешься: койко мест немного, и в гостях уже тусит двоюродная сестра, а я уже вышла из того возраста, когда мне норм на кухне у холодильника на тощем матрасике. В моей же хате пока пыль взвесью висит в воздухе, а в посторонних местах, у других приятелей мне неудобно. И надо кучу всего с собой тащить. Это в двадцать лет: проснулась, умылась, расческой махнула, стрельнула тушь у подруги, и все, ты красотка. На краю тридцатника нужно много баночек и перед сном, и после.

Я бросаю взгляд на зеркало над комодом и вздргиваю.

Кикимора.

Вымирающий вид.

Причем прямо сейчас готовый отдать концы.

Лицо осунувшееся, бледное, круги под глазами, на щеках раздражение от щетины, губы распухшие и красные, на шее два засоса.

Песец.

Но больше всего пугает откровенно блядский блеск в глазах.

– Чего сопишь? – врывается Анька опять в мой мозг. – Во сколько приедешь?

– Что-то я себя неважно чувствую, – хриплю я вполне правдоподобно, но подругу так просто не сбить с намеченной цели.

– Лень-матушка, а не плохое самочувствие. Приезжай, и при параде. Снегурочкой будешь. Я тут тебе такого Деда Мороза подгоню… А то ты совсем плесенью покрылась. Что толку сидеть в поселке? Ты там себе личную жизнь не наладишь. Неужели нравится в пустой постели спать?

Я закашливаюсь.

Знала бы Аня…

А вообще, что-то в ее словах есть.

– Приеду, но раньше девяти не ждите. И то, скорее всего, к десяти. Что там за Дед Мороз? Надеюсь, ты не собираешься заниматься наглым сводничеством и ничего не пообещала этому неизвестному? Не хочу чувствовать себя стремно, если он мне не глянется.

– Ничего не обещала. Но он видел твои фотки, и ему все понравилось.

Учитывая, что у Аньки все мои фотки пятилетней давности, как-то очень сомнительно звучит. Впрочем, за эти годы я намастрячилась рисовать себе идеальное лицо.

В общем, я даю согласие и обеспечиваю себя суетой.

Внутри скребет: а как же Стах? У него же были планы…

Ничего, не пропадет. А мне надо спасать свою задницу, чтобы не вляпаться в бесперспективные отношения. Если господин адвокат столько лет успешно бегал от серьезных отношений и брака, то после одной разнузданной ночи точно ничего не изменится. Да и с чего бы. Мы же трахались, как кролики, а друг о друге ничего не знаем. Я даже не в курсе, какая у него фамилия.

В общем, я себя знаю, и чтобы не провести все оставшееся время до окончания ремонта в квартире у окна, карауля, не приехала ли Люба или другая какая девица, надо себя отвлечь. Все равно, как только я вернусь в город, все прекратится, так что и нечего обеспечивать себе психологическую травму.

Только если на себя я воздействовать еще могу, то на внешний фактор – нет.

И этот внешний фактор с гадким характером сам нанес мне психотравму.

Глава 21

Тем не менее, несмотря на свою решимость сохранить остатки гордости, я не только гуглю сайт палаты адвокатов области и нахожу там по номеру телефона Аристарха Перцевого, но и несколько раз поднимаюсь наверх, чтобы прилипнуть к заветному окну, из которого видно соседский двор.

И каждый раз там меня встречает нерадостное зрелище.

Машины во дворе нет. Я бы подумала, что загнал в гараж, но внешняя входная дверь, которая все эти дни была открыта, заперта.

Нету. Смотался.

Хорош гусь.

Наглый перец.

Типа у нас новогодняя ночь вся впереди, и уехал. А я что? Должна сидеть и ждать, когда он до меня снизойдет?

Все. Это знак.

Вот возьму и обаяю этого Анькиного Деда Мороза. И праздник у меня будет огонь! Бояться, что подруга подсунет мне какое-нибудь страховидло, не стоит. Вкусы на мужчин у нас хоть разные, но все же я не помню ни одного раза, чтобы ей понравилось абсолютное не то.

В тоске навожу марафет: ванная, укладка… Время идет, начинает смеркаться, а на соседнем участке не загорается внутреннее освещение. Ну и все. Сам виноват. Даже ни одного сообщения не прислал, не то что позвонил.

Немного тоску разгоняют котята, двое из которых неуверенно выбираются из коробки. Один самостоятельно, другой используя брата или сестру как трамплин. Шашечка на это смотрит крайне индифферентно.

Эх ты, Шаша! Почему ты не остановила ночной беспредел?

По моим смутным воспоминаниям, уже под утро она приходила ко мне в кровать, но только мазнула хвостом по носу и перелегла на Стаха. Предательница. С каких пор ты стала терпеть мужиков? Или на запах рыжего купилась?

Для поднятия настроения и в честь нового года решаю бахнуть фужерчик игристого. А то праздником даже и не пахнет. Дом я так и не украсила, мандаринов не купила, елка и та во дворе, но меня хватило только обмотать ствол гирляндой. Так что волшебные пузырьки как никогда кстати.

После шампанского я немного веселею и выбираю себе самый откровенный наряд из тех, что у меня с собой. Белое платье, которое облегает меня в нужных местах и драпирует там, где это необходимо. Вишенкой на торте становится то, что под него не наденешь лифак. Ткань вроде и плотная, но все равно кружевные бюстики, которые я ношу, из-под него некрасиво проступают.

Рисую лицо, стараясь как никогда.

И в восемь, осознав, что Стаха так и нет, я приступаю к нелегкой задаче – вызову такси. Ну звездец! Мало того что поездка до города в канун нового года выходит по цене крыла от боинга, так они еще и заказы сбрасывают. Уже третий. Четвертый соглашается, но тащится из аэропорта. Он будет у меня не раньше, чем через два часа. А потом еще дорога до Аньки займет не меньше сорока минут. Дай бог к курантам успеть.

В отчаянии звоню подруге, уже готовая шмыгать носом:

– Я тут это, походу, застряла…

И вроде сначала лень было, но я уже настроилась, причепурилась. И что теперь? Нарядная с кошкой останусь отмечать? Так у меня даже шампанского осталось на половину фужера. А магазин местный уже закрыт.

– Без паники! – командует Аня. – Я сейчас все решу.

И впрямь решает. Перезванивает через десять минут.

– Тебя Дед Мороз заберет. Сам. Он как раз поехал поздравлять родителей, это недалеко от вас, в соседнем поселке. Так что минут через пятнадцать будет. Влад. Черный джип. Ты уж время по дороге не теряй, включай обаяшку на полную катушку. Только я тебя умоляю, парень правда нормальный, не спугни его своими фразочками…

Хм. Он настолько пугливый?

С другой стороны, если вспомнить, до чего меня довел язык в перепалках со Стахом… Ой, все!

Через пятнадцать минут, мне кажется, что я слышу подъезжающую машину. Застегиваю сапожки, закрываю окно в предбаннике, чтобы ражий гад не вломился, пока меня нет, накидываю шубку.