Мол, перебесится.
Вернется.
И всё у вас будет хорошо.
Хренушки.
Ничего не будет.
Ну. наверное, это надо было понять гораздо раньше.
И еще то понять, что... не пошла бы я в квартиру к Измайлову и не стала бы заниматься с ним сексом если бы не знала, что с мужем окончательно и бесповоротно всё.
Его Геля беременна.
Это серьёзно.
Да и не нужен он мне.
После Гели не нужен.
Да и до не сильно-то нужен был.
Любовь прошла.
Это бывает.
Я цеплялась за какие-то мифические обломки чувств, что раньше связывали нас.
Как в песне.
Всё. Свобода.
И куча проблем.
Этот несчастный дом, который я возненавидела.
Но всё-таки не хотела отдавать за бесценок.
Полина рыдала, говорила, что дом ей дороже меня.
В итоге мы с Никитой сошлись на двадцати миллионах.
Как я и думала никому ничего продавать Макаров не собирался.
Этот идиот взял еще один кредит, а дом переписал на свою малолетку и на её маман.
Дебил.
Больше мне сказать нечего.
С Полиной у меня после всего этого полный разлад.
Плюс она сказала, что тоже имеет право на долю от дома. Я психанула и ответила, пусть тогда с папаши тоже долю требует.
В салоне у меня перемены. Я решила открыть еще одну точку. Вложила деньги, затеяла там ремонт, дальше стала ремонтировать еще и свой салон.
Потом взяла и улетела на Кубу.
Просто решила посмотреть на Остров свободы.
Посмотреть было на что.
Роскошный океан. Нереальный. Дивный.
Чистейшая вода, теплая невероятно, даже горячая. Воздух необыкновенный. Белый песок.
Страна в нищете, это видно. Но кубинцы не унывающие. Пытаются выживать.
Вспоминают Фиделя с любовью, говорят, при нём было лучше. А сейчас там «как у вас, когда был Миша Горбачёв». О! Мишу Горбачёва дети восьмидесятых помнят еще очень и очень хорошо. Свобода, гласность, перестройка, нищета.
Но не будет о грустном. На Кубе были шикарные фрукты.
И ром.
Дайкири.
Куба либре.
Пина колада.
Не так много, чтобы спиться.
И даже не так много, чтобы завести роман.
О, как на меня смотрел наш чернокожий гид, когда мы ехали плавать в пещере! Так трогательно держал за руку. Так в глаза загядывал.
А как меня пригласил на танец знойный пенсионер в баре, где Хемингуэй каждый день выпивал по тридцать дайкири?
О. мы с ним очень круто зажгли!
И он даже томно спросил на ломаном английском, где я живу и может ли он рассчитывать на продолжение.
Я посмеялась, подумав, что столько дайкири я не выпью и ответила, что меня в отеле ждёт грозный муж.
Кубинский отдых пролетел стремительно.
Я вернулась к будням.
К бытовухе.
Измайлов больше не появлялся и, признаться, это меня немного обижало.
Не то, чтобы я хотела. Но..
Хотела.
Да.
Но не самой же мне ему писать, звонить?
Так время и шло.
Я даже не поняла, что месячных нет.
Мне просто было не до них.
22.
Когда я вообще о них вспомнила?
Ах да…
Мы встречались с девчонками.
В том же любимом нами «Гвидоне».
Не хотела идти! Вот прям не хотела!
Боялась.
Да, боялась, что наткнусь там на него.
На моего, то есть чужого Яна Ужасного Измайлова.
И что он будет не один, а с какой-нибудь кралей.
Почему-то вот это сильно меня бесило. То, что Ян Ужасный может быть не один.
Собственно, я ведь и уверена была, что не один будет! Такие мужики долго не залеживаются.
Я вообще думаю, а когда у нас с ним было всё, это самое, он-то свободен был или нет?
Как-то уж очень быстро отвалился.
Это тоже бесит.
То, что он мог быть несвободен. Мог просто быть одновременно и со мной, и с какой-то…
Да, собственно, он со мной и не был.
Так, один раз перепих.
Стоп, Елена Прекрасная. Стоп.
Это уже пошло.
Вы не просто перепихнулись. У вас был качественный, шикарный секс.
Целая ночь.
Классная, яркая, запоминающаяся ночь.
Ну, может для меня запоминающаяся — спорила я сама с собой, а для него — так!
Сколько у них, у мужиков, таких ночей?
Таких? — снова внутренне усмехнулась, - Разве таких ночей бывает много?
Хотя…
Опять же. Это у нас. А у них?
Женщины и мужчины.
Венера и Марс.
Разные планеты.
Всё разное.
Что ж…
Подумала, даже если я его встречу в ресторане, даже если и не одного. И что с того?
Это не мои проблемы.
Я с ним встреч не ищу.
Ревновать не собираюсь.
- Ленка, ты чего такая взвинченная? — вопрос задала Янка.
- Так, просто... столько дел, всё навалилось сразу.
- Рассказывай, давай!
Рассказываю.
Ну, про Никиту и дом они, конечно, уже знают и так.
- Так что эта его швабра брюхатая?
Я рукой махнула — мне какая разница?
Я уже эту ситуацию отпустила.
Перегорело. Переболело. Пусть он живёт как живёт. Мне ни горячо, ни холодно.
Развелись.
Всё поделили.
Живём счастливо.
Да, да!
Пытаюсь в этом себя убедить и понимаю, что на самом деле для меня это справедливо.
- Всё хорошо, девочки! Просто отлично. Дела — это дела. Ремонты идут. Клиенты тоже идут — половина-то салона работает! На Кубу съездила.
Обсуждаем кубинский отдых, южных латинских мачо, которых там на самом деле не было, а потом…
-А у меня, девочки, какая-то засада по гинекологии. - Это снова Янка. — Я уж думаю, не гуляет ли мой и от жены, и от меня?
У Янки карма, она встречается с женатыми.
Ну, вот так.
Мы не осуждаем.
Хотя…
Когда я узнала про измену Никиты, встретилась с девчонками, вызверилась на неё.
Но Янка всё поняла. Она и сама не особо рада. Но.. Сначала они врут, что холостые — естественно, дураков-то нет! Потом начинается — я с ней не живу, мы соседи... Потом вдруг соседка беременеет.
НУ, это всё стандартные истории, и Янка в них вляпывается регулярно.
Но как-то не сразу выбирается из этого дела.
В общем…
Ноль осуждения! — это наш девиз.
- Гулять и от тебя, и от жены — это, прям, сильно!
- Ага. сильно-сильно.. Да нет, наверное, нет у него и времени-то... в обрез всегда. Может, просто возрастное у меня? Нашли полип и миому. Столько лет у меня там всё нормально было, и вот, здрасьте…
- Здрасьте, ага, но это хорошо, что ты пошла и проверилась - сказала умная я. –Я вот уже сто лет не была у доктора.
- А вот это зря, девочки, - это наша Аня, которой вовремя удалили опухоль. — очень зря. Надо проверяться. Если бы я не пошла...
Мы немного помолчали, потому что ситуация у Анюты была, прямо скажем слишком острая.
У меня тоже в душу червячок закрался.
- ОХ, я не люблю по врачам ходить, - сказала Ленчик. — Ну, просто... терпеть не могут.
- А кто любит то? — покачала головой я.
- Любят еще как. Не любили бы — не было бы очередей в клиниках, даже в платных.
- ОЙ, любят, у меня соседка вот — профессиональный больной, как я её называю.
Постоянно от чего-то лечится. И каждый раз это такая трагедия! «У меня рак, метастазы» - Янка передразнивает, - Анют, прости, но там клиника.
- Да что я-то... - Аня улыбнулась.
- Потом рак оказывается крабом, то есть банальным ОРВИ, дальше — «у меня гепатит», «у меня красная волчанка», у меня «мононуклеоз», у меня, у меня, у меня... Я всё жду, когда она придёт и скажет — «у меня сифилис»!
Мы грохнули от смеха так, что бизнесмены за соседним столом подпрыгнули и принялись активнее хлебать свой гаспачо.
- Ага, она перенервничала! — вспоминаю я фразу из анекдота, в котором говорилось про «все болезни от нервов».
- На самом деле, надо идти, надо... - многозначительно заметила я и…
Увидела знакомую спину.
Чуть не подавилась.
Он? Ян?
Я даже привстала.
Аня посмотрела туда, куда смотрю я и тоже почему-то напряглась.
