Обещай любить меня (ЛП) - Розвелл Беллами

— Ну, моего брата нет. Его не было уже четыре дня. Так что если ты увидишь его раньше меня, пожалуйста, обязательно передай ему, что я тоже его ищу.

Бейли вытаскивает ручку из волос, и масса густых светлых волн нежно падает по ее плечам и спине. Как будто женщина движется в замедленной съемке или я просто настолько заворожён.

Я провожу рукой по волосам, отвожу взгляд, пытаясь восстановить самообладание. Я слышу, как Лекси хихикает, выхватывая чек и ручку из руки Бейли.

— Я пойду и отнесу это Дженкинсу.

Бейли отводит взгляд от меня и смотрит на нее всего на секунду, но когда ее взгляд снова возвращается ко мне, в ее глазах появляется что-то другое, чего не было мгновение назад. То же желание, что струится по моим венам, видно в синих глубинах ее радужных оболочек, когда они скользят вверх и вниз по моему телу. Она разглядывает меня и даже не стесняется этого. Либо это, либо она не может сдержать реакцию своего тела на мое присутствие.

Бейли никогда не умела скрывать, какие чувства вызывала у нее моя близость.

Ночь, когда мы спали вместе в первый раз, была не единственным случаем, когда я почти поддался искушению, и уж точно не в первый раз, когда я узнал, что Бейли Кинг влюблена в меня. Девушка никогда не могла скрыть румянец, который пробегал по ее шее, когда я приходил, и легкомысленную улыбку, которая появлялась, когда я говорил с ней, не в силах встретиться со мной взглядом. Я держался на расстоянии, насколько мог, потому что я видел ее насквозь и знал, что если позволю себе прикоснуться к ней, то втяну нас обоих в кучу неприятностей.

Однако в ту ночь Бейли застала меня врасплох, когда стянула платье с плеч и предстала передо мной голой, черт возьми. Яркое воспоминание вспыхнуло в моей голове, и мне пришлось опереться на табурет передо мной, чтобы удержаться, когда меня охватила жгучая потребность.

— Ну, раз уж я проделал весь этот путь, как насчет чего-нибудь покрепче, чтобы снять напряжение?

Как раз когда она собирается ответить, Лекси возвращается и кладет чаевые в передний карман фартука Бейли. Бейли прочищает горло и делает вид, что не трахает меня глазами, ее щеки становятся самым красивым розовым оттенком, когда я ловлю ее с поличным.

— Лекси даст тебе то, что тебе нужно.

— Сомневаюсь, — бормочу я себе под нос, и выражение ее лица меняется с раздраженного на заинтригованное. В ней вспыхивают искорки любопытства, и это только еще больше подталкивает меня продолжать играть с ней.

— Что это было? — спрашивает она, приподнимая бровь и кладя руку на выдающееся бедро. Я опускаю взгляд на изгиб ее бедер, спускающихся к талии.

Я тихонько хихикаю, потому что знаю, что она меня услышала и вдруг начинает притворяться невинной. Она такая чертовски милая и так напоминает мне ту девушку, которую я знал.

— Я имел в виду выпивку для тебя, Ангел. Похоже, тебе не помешает выпить, чтобы расслабиться.

Она недовольно хмурит брови.

— Я совершенно расслаблена, Нэш, не беспокойся обо мне своей милой головкой. Вместо этого, почему бы тебе не рассказать нам, ты уже уезжаешь из города?

Мои губы приподнимаются от радости, слишком сильно наслаждаясь этим, чтобы остановиться. Сев на табурет передо мной, я наклоняюсь вперед через бар, немного понижая голос, чтобы только она могла меня слышать. Наши лица так близко, что я слышу тихий гул ее неровного дыхания.

— Почему? Ты уже скучаешь по мне?

Глаза Бейли расширяются от моей наглости, тихий вздох покидает ее слегка приоткрытые губы.

— Черт возьми, Нэш, — кричит она, пытаясь сбросить свое явное возбуждение, которое ее так смущает. — Ты можешь просто прекратить нести чушь? Зачем ты здесь?

К этому моменту мы собрали уже приличную аудиторию. Несколько голов повернулись в нашу сторону, явно ожидая, когда же упадет ботинок и какое фиаско уготовила Бейли. Усевшись обратно на табурет, я говорю ей полуправду. Находиться так близко к ней было опьяняюще, сладкий аромат ее духов, тех самых, которые она всегда носила, с нотками ванили и цитрусовых и чего-то еще, что я не могу разобрать, почти заставил меня забыть о правиле, которое я для себя установил.

Не прикасаться, блять, к Бейли Кинг.

Одно простое прикосновение может стать воронкой зависимости от сладкого, как грех, ангела. Полное противопоставление, но я его полностью понимаю.

— Я же говорил, я здесь, чтобы помочь Монти привести в порядок ранчо, чтобы продать его, прежде чем долг моего отца настигнет нас, и мы потеряем все.

Я знаю, что это не то, о чем она спрашивает, но у меня нет ответа, который она хочет услышать, поэтому я вообще избегаю ее вопроса. Потому что правда в том, что я понятия не имею, почему я здесь, в ее баре, стою напротив нее и думаю обо всех этих неподобающих мыслях о том, что я сделаю с этой женщиной, если она мне хоть немного достанется. У меня нет причин быть здесь, пускать слюни на то, какой сексуальной, как трах, она стала, и играть с ней после всего, что я сделал.

Но я не могу заставить себя уйти и оставить ее в покое.

Она закатывает глаза в раздражении, занимаясь тем, что расставляет чистые стаканы на полках на уровне талии.

— Не здесь, в Кроссроудсе? Хотя, я уверена, ты мог бы помогать Монти буквально откуда угодно.

Она останавливается только для того, чтобы наполнить бокал пива для джентльмена слева от меня, который изо всех сил старается притворяться, что он не на сто процентов вовлечен в нашу беседу. Поставив пиво перед ним, она мило улыбается ему, пока он тихо шепчет спасибо. Гнев, который кипит во мне от того, что этот ублюдок ничего не сделал, чтобы заслужить ее улыбку, но вот я здесь, не получая ничего, кроме ее безразличия или ярости.

— Почему ты в пятый раз за эту неделю здесь, в моем баре? И не морочь мне голову снова, говоря, что ты якобы ищешь Джейса, потому что мы оба знаем, что он тоже не будет рад тебя видеть.

Боже, ее внезапная наглость чертовски соблазнительна и сексуальна, как дьявол. Девушка, которую я знал, никогда бы не попалась за разговором со мной или кем-то еще в таком тоне, но вот она бросает мне вызов и не верит ни единому моему слову.

— Ты говоришь, что не рада меня видеть, Би. — Я уклоняюсь, давая ей отвод, который, я знаю, она так ненавидит. Откинувшись назад, я позволяю себе насладиться красотой наблюдения за ней, такой взбешенной. Эта женщина чертовски опасна. Не думаю, что я так много улыбался за десять лет с тех пор, как меня не было.

Она делает глубокий вдох, и это так чертовски мило.

— Боже, ты бесишь Нэш, ты знаешь это?

Я просто киваю в знак согласия.

— Мне говорили раз или десять.

Перекинув волосы через плечо, она берет два пустых стакана и ставит их передо мной.

— Забудь, мне плевать, — говорит она, быстро готовя фруктовый коктейль с долькой лайма и одним из этих маленьких декоративных зонтиков. — Пей свой напиток. Приходи сюда каждый день, если придется, но только держись от меня подальше, Нэш.

Я выхватываю один напиток из ее рук и подношу к губам, слизывая соль с ободка и наслаждаясь тем, как ее взгляд инстинктивно падает на мой рот. Хотя это не соль, это сахар, и когда я делаю глоток с ободка, я съеживаюсь, немедленно выплевывая его обратно. Слишком, блять, сладко.

— И зачем мне это делать? — Черт, я не знаю, зачем я ее в этом подталкиваю. Я должен делать именно то, что она говорит. Держаться подальше от Бейли Кинг, если я знаю, что для меня хорошо. Но маленькая морщинка, которая образуется у нее на лбу, та самая, которую я любил видеть, когда она хмурилась на меня, когда мы были детьми, заставляет меня продолжать дразнить.

К сожалению, я не могу, потому что нас прерывает высокий, светловолосый и симпатичный сукин сын, который садится на табурет рядом со мной. Этот ублюдок хлопает меня по плечу, впиваясь пальцами в меня, и разворачивает меня лицом к себе.

Знакомые ледяные голубые глаза встречаются с моими, так много вопросов, мыслей и чувств кружатся в них, пока они ищут то же самое во мне.