Бывшие. Хочу только тебя (СИ) - Катерина Вишневская

Парень приносит мне стакан воды и садится рядом. Я делаю несколько глотков прохладной жидкости и пытаюсь набраться смелости. Наконец, я тихо произношу:

— Милый, прости меня. После твоего дня рождения, я… я… переспала с Демидом… Пожалуйста, прости! Я не хотела сделать тебе больно… я перебрала алкоголя и… прости… О боже… мне так жаль… — не могу остановиться я.

Слёзы текут по моим щекам, я не могу заставить себя посмотреть ему в глаза.

Алекс, вскакивает, отворачивается от меня, руки его сжимаются в кулаки. А я всё продолжаю просить прощение и оправдываться.

— Как. Это. Произошло? — отчеканивая каждое слово, спрашивает он. — Хотя нет. Не говори!.. Не хочу знать!.. Этот крысёныш воспользовался моей пьяной девушкой. Я-то, дурак, думал, что могу ему доверять… Я вскрою ему еба…

— Нет, Алекс, всё не так… — перебиваю я парня.

Он резко поворачивается ко мне, хватает за предплечья, поднимает с кресла и заставляет посмотреть в глаза.

Там я вижу, то, чего больше всего боялась — невыносимую боль. Мои внутренности покрываются льдом. Алекс несколько секунд смотрит мне в глаза. Смотрит, как слёзы бегут по моим щекам.

— Прости, что предала тебя, родной. Я не достойна быть твоей девушкой. Я так сильно виновата. Но знай, я не хотела сделать тебе больно. Так вышло… прости — шепчу севшим голосом.

Алекс берёт моё лицо в свои ладони и горько произносит:

— Тебе незачем просить прощения. Нас всегда связывали только дружба и секс. Я не дурак и всегда понимал это, как и то, что ты не любишь меня. Более того, ты мне никогда ничего не обещала и не клялась в верности… Это я уговорил тебя стать моей девушкой, зная, что ты не любишь меня.

Алекс вытирает мои слёзы подушечками больших пальцев и продолжает:

— Наверное, ты подумаешь, что я псих. Но я не хочу разрывать наши отношения. Моей любви хватит на двоих. Мы отлично ладим. У нас классный секс. Многие женатые пары не имеют даже этого, а живут годами. Нам же хорошо вместе…

Я просто в шоке! Не могу поверить своим ушам. Ошарашенно смотрю на парня. Медленно прихожу в себя от услышанного и убираю его руки со своего лица.

Я начинаю гладить Алекса по щеке и с болью в голосе говорю:

— Прости меня, родной. Но мне пора отпустить тебя, Я хочу, чтобы ты любил и был любимым, тем более ты этого заслуживаешь, как никто другой. Прости, что делаю тебе больно. Но использовать тебя… как раньше…

Мой голос срывается. Меня бьёт мелкая дрожь, но я продолжаю:

— Это как минимум несправедливо и нечестно, по отношению к тебе. Это неправильно. Ты заслуживаешь лучшего… Прости.

В ответ Алекс прижимает меня к себе и печально произносит:

— Я же сказал, тебе незачем просить прощения… Ты не в чём не виновата… А вот эту суку я сейчас убью! — добавляет он в бешенстве. Отстраняет меня и бросается к брату, только что вошедшему в гостиную.

* * *

Ида

Алекс подскакивает к Демиду и наносит несколько быстрых ударов в челюсть. Старший брат покорно принимает их. Но когда Алекс, бьёт его в живот и кричит:

— Тебе обязательно трахать, каждую встретившуюся на пути? Уже и до моей девушки добрался, мразь!

Кулак Демида рассекает воздух и с силой ударяет Алекса в нос. Ударом ноги в грудь, старший брат, уверенно откидывает младшего от себя. Но Алекс, снова набрасывается на Демида.

И братья начинают ожесточённо избивать друг друга.

Я в панике. Пронзительно кричу. В комнату вбегает Савицкий-старший, пытается разнять озверевших мужчин, но тщетно. В какой-то момент мне всё же, удаётся втиснуться между ними, и драка сходит на нет.

Алекс, запрокидывает голову назад, сжимает крылья сломанного носа, пытаясь остановить кровь, и жёстко бросает брату:

— Какой же ты урод! Ты же знал, как я люблю её, тварь! Да ещё и в мой день рождения… Спасибо, брат! Отличный подарок!..

Сплёвывает кровь и продолжает:

— Из-за тебя Ида меня бросила! Ты сломал мне жизнь… ещё и нос… Сука, как же я тебя ненавижу… Убил бы!

Каждое его слово режет меня на части. Целая буря различных эмоций бушует в моей душе. От мучительного стыда и угрызений совести. До болезненной ревности, вспыхнувшей во мне, от слов Алекса, брошенных им во время драки, что его брат активно спит со всеми подряд.

К счастью, Демид, молчит, а не бросается на Алекса в ответ. Он лишь потирает ушибленную челюсть, уперевшись взглядом в пол.

Я тихо говорю:

— Алекс, поедем в клинику, пожалуйста.

— Я поеду. Но тебе не стоит ехать со мной, Ида. Мне пора начинать привыкать, что ты больше не моя девушка — горько отвечает мужчина и отворачивается от меня.

В комнату заходит Иван Александрович, бросает сыновьям полотенца и пакеты со льдом. Я не могу смотреть ему в глаза. Щёки пылают.

Савицкий-старший передаёт мне небольшую аптечку и решительно произносит:

— Я отвезу Алекса в травмпункт. Здесь недалеко. Скоро вернёмся, — помогает сыну выйти на улицу и закрывает за собой дверь.

Демид садиться в кресло и прижимает лёд к разбитой губе. Я вижу, как он подавлен и моё сердце сжимается.

Ума не приложу, как я могла до такого дойти? Из-за меня два близких человека, два любящих брата, чуть не разорвали друг друга на части…

Подхожу, встаю перед ним на колени, обрабатываю сбитые костяшки правой руки.

Отвожу в сторону его левую руку со льдом и начинаю обрабатывать рану на губе. Мужчина, двумя освободившимися руками, приобнимает меня за талию и притягивает ближе. Когда я заканчиваю, он кладёт голову мне на грудь и закрывает глаза.

Хочется провести пальцами по его волосам. Вдохнуть их аромат. Забыться… Но я сдерживаю себя…

— Я понимаю, почему Алекс набросился на тебя с кулаками. Но какого чёрта, ты сломал ему нос? — недовольно спрашиваю я.

Демид открывает глаза и печально отвечает:

— Не злись на меня, малыш. Я знаю, что не прав. Но я так долго терпел его рядом с тобой, сходил с ума от мысли, что он может в любую минуту, прикоснуться к тебе, поцеловать, заняться с тобой любовью… что просто слетел с катушек.

Он на секунду замолкает, тяжело вздыхает и уверенно продолжает:

— Я просто выплеснул на него весь свой гнев. Как и он на меня свой. Всё образуется, не переживай, родная.

Демид пытается сильнее прижать меня к себе. Но я начинаю ёрзать, пытаясь высвободиться из его объятий.

— Отпусти меня, пожалуйста. Я всё это время сильно переживала, очень устала и хочу домой, — шепчу я ему в макушку.

Демид нехотя убирает руки, с тяжёлым вздохом отстраняется от меня и говорит:

— Милая, давай я отвезу тебя? Поговорим по дороге…

— Нет, — отвечаю я и добавляю: — увидимся завтра, в офисе.

Вернувшись домой, я раздеваюсь, без сил падаю в кровать и, не обращая внимания на перманентную головную боль, засыпаю мёртвым сном.

24. Утро после драки

Ида

Рано утром, просыпаюсь от телефонного звонка. На экране высвечивается, что звонит Савицкий-старший. Иван Александрович. У меня сердце уходит в пятки.

— Доброе утро, Ида. Можешь заехать к нам перед работой? — спрашивает папа парней.

Слегка прокашлявшись, чтобы убрать из голоса утреннюю хрипотцу, отвечаю:

— Здравствуйте! Да, могу. Что-то случилось? Как ребята?

— С ними всё в порядке. Относительно. Выглядят потрёпанными, но серьёзных повреждений нет. Пока между собой не общаются, но и лица друг другу не чистят. Алекс, наверное, пока побудет дома. А Демид уже вовсю рвётся в офис.

Облегчённо вздыхаю и смущённо произношу:

— Иван Александрович, простите меня, пожалуйста, мне очень жаль, что всё так вышло… И что из-за меня подрались ваши сыновья…. и… Мне очень стыдно.

— Ида, дорогая, я знал, что рано или поздно это случится. Я не слеп и далеко не глуп. Давно заметил, как Демид на тебя смотрит, да и в общем-то всё остальное. К тому же я не имею привычки лезть в личную жизнь своих совершеннолетних сыновей. Уверен, вы взрослые люди, и сами разберётесь. Не переживай! — серьёзно говорит мужчина и с улыбкой добавляет: