Дойдя до нашей спальни, замираю. Подношу дрожащие пальцы к дверной ручке и боюсь потянуть, боюсь разрушить свою счастливую жизнь.
В этот момент слышится хриплый голос мужа. Его повелительные нотки не спутать ни с кем.
– Глотку твою попробовать хочу. Разворачивайся.
После шлепок.
Боль.
Пустота.
Глава 2
Глотку попробовать…
От услышанного хочется в голос завыть.
Ничего ужаснее я в жизни не слышала.
Ощущение липкого, мерзкого неприятия по телу расходится колючими волнами. Не могу осознать, это и правда действительность?!
Моя жизнь?!
Знаю о пристрастиях мужа разное. Он и со мной никогда святым не был. Но моей сестре только завтра восемнадцать исполнится.
Или я чего-то не понимаю, или это слишком отвратно…
– Давай, шлюшка, активнее…
Узнаю нотки возбуждения в его голосе.
В голове лишь одна мысль – почему этот ужас со мной происходит?
Неужели нельзя было со мной развестись, а после заводить любовницу?!
Неужели нельзя было выбрать любую другую, а не мою сестру?!
А ты, Лисенок, как ты могла?! Что я тебе плохого сделала?
Боль внутри нарастает. Меня пошатывает. Не помня себя, открываю дверь, и омерзительная картинка врезается в моё сознание.
Алиса на четвереньках разворачивается и становится на колени перед моим мужем, послушно сложив ладони на бедрах.
Постанывает при каждом движении.
Призывно облизывает пухлые губы.
Поверить в происходящее не могу. Хочу или проснуться, или умереть.
У нас с сестрой разница в возрасте немногим меньше семи лет. Всю свою юность присматривала за ней. Круглосуточно. Когда одноклассники шли гулять, я вела сестру на аттракционы. Учила её читать и писать.
Разглядываю её и поверить не могу… Неужели я заслужила?
Дышать тяжело. Тело парализуют нестерпимо болезненные судороги. Наверное, это душа умирает.
Пошевелиться не могу. Мне остается только разглядывать их.
«Алиса ввела филлеры?» – не к месту мысль мелькает, когда изменения в её лице замечаю.
Когда только успела? Неделю назад личико свеженьким было.
Завороженно наблюдаю за тем, как муж с гортанным стоном вколачивается в рот моей младшей сестры.
Наблюдаю за ними несколько секунд и только потом понимаю, что я до сих пор живая. Хотя внутри всё мертво.
Это та самая девочка, которой перед школой я заплетала косички и ввела в детский сад.
Мой маленький Лисёнок.
И мой муж.
– Как ты посмел? – произношу громко.
Силы сами собой откуда-то берутся. Поразительно!
Трахающиеся мгновенно останавливаются.
Алиса в панике распахивает глаза. Косится на меня удивлённо.
Думала, я не узнаю?
Красная помада размазана по её щекам.
Гадкое зрелище.
Она пытается отстраниться от Миши. Замечаю, как вязкая слюна стекает из краешка рта. Но он хватает её за затылок и резко прижимает к своему паху.
– О, малышка моя, ты вовремя прилетела. Хочешь к нам присоединиться?
Заторможенно хлопаю глазами. Осознание по капельке проникает в мозг.
Я не ослышалась, он действительно со мной говорит?!
Мой муж?
Что произошло за пять дней моего отсутствия?
Мишу как будто бы подменили.
Он никогда со мной так не говорил!
Не мог, просто не мог так со мной поступить…
Мозг отторгает действительность…
Я его понимаю, конечно, но глаза видят совсем иную картинку. Гнусную до тошноты.
Не стесняясь меня, Миша делает несколько глубоких толчков.
Алиса паникует, пытаясь его оттолкнуть.
Не могу поверить…
Перед глазами всё плывет. Нервничаю, когда сглотнуть ком не выходит.
Придерживаюсь за дверной косяк, чтоб не упасть.
Только кончив, Миша отпускает её голову. Занимает это несколько секунд. Видимо, моё присутствие его возбудило нешуточно.
Когда брат решил меня бандитам отдать, я думала, что сойду с ума, но сейчас намного больнее. На грани агонии…
В самом страшном сне я не представила бы подобного.
Невероятная пытка…
Вообще совести нет?
На моих глазах муж вальяжно шагает по комнате. Направляется к комоду. Достает из него чистые трусы.
Я немного отмираю.
Только что на моих глазах в нашей супружеской спальне мой муж сестру (тоже мою!) поимел?
Серьёзно, вот так вот просто и ни слова извинений? Да как же так можно?
Человечность? Не, не слышали.
Сгораю заживо, явственно чувствуя, как огонь отчаянья разъедает мою кожу.
Только бы выдержать…
Перевожу взгляд на сестру, она плачет.
Надо же…
Жалости во мне отчего-то нет. Впервые в жизни её слезы не вызывают у меня и капли сочувствия.
Но, к моему глубокому разочарованию, Алиса выглядит довольной. Несмотря на слезы, её глаза лихорадочно блестят возбуждением.
На секунду кажется, что оргазм испытал не только Миша. Она тоже на пике была. Почти уверена в этом.
Алиса поднимается на ноги. Глядя на моего мужа, тихо произносит:
– Я в ванную.
Их равнодушие заставляет меня пойти на крайние меры.
Не контролируя себя, подлетаю к ней и, схватив за руку, встряхиваю.
– Тебя ничего не смущает? Это мой муж! – указываю в сторону Миши.
Тут дело не в измене мужа. Она… Она мне родная!
– И что? – с вызовом спрашивает младшая сестра. – Ты думаешь, если родилась самой красивой в нашей семье, то тебе всё можно? Только ты имеешь право на счастье? Все должны тебе уступать? Сколько себя помню, тебе всегда доставалось лучшее! – интонации резко взлетают. – С тобой мечтали дружить все девчонки в школе, а парни – встречаться! Даже Кореев! – выкрикивает фамилию того самого бандита, под которым я едва ли не оказалась. – Он был готов простить все долги – миллионы, лишь бы ты шлюхой его стать согласилась! Я всегда смотрела на тебя и хотела стать такой же! Сейчас мне шанс представился, – едва ли не с гордостью подытоживает.
Её слова бьют как пощёчины. Сильные. Хлесткие.
Несправедливо…
Я постоянно помогала им с мамой. Мы не общались почти, но всё равно переводила большую часть зарплаты, оставляя себе незначительные суммы, чтобы копить на собственное жильё. Не позволяла каких-либо излишков. Хотя зарплата приличной была. Мне хотелось их поддержать. Знала, что пока Алиса учится, у мамы расходы огромные.
Перед глазами вспышки алого цвета мелькают, я не могу поверить в происходящее.
Жестокие и бессердечные.
В какой-то момент мне кажется, что душа покидает тело. Я вижу себя и всё происходящее со стороны и не могу справиться, такая жалкая.
Как же мерзко и неприятно осознавать, что тебя окружают только предатели.
Любимые люди – предатели!
Позднее я, наверное, сама удивлюсь своей смелости, но сейчас отталкиваю сестру, разворачиваюсь и, гордо вскинув подбородок, шагаю в сторону двери.
Уже на выходе подхватываю с комода дорогущую статуэтку из кожи и стекловолокна и бросаю ею в антикварное, так любимое мужем, зеркало.
Звук бьющегося стекла мне сил придает.
Уши закладывает – так неистово адреналин шпарит в крови.
Если мы разводимся, то погром в квартире мужа не должен меня волновать! Так ведь?!
– Ада, что ты творишь? – рычит мой неверный благоверный. – Умом тронулась?! Зеркало сто штук стоило!
– Не рублей, – поясняю для растерянной сестры.
Она в шоке. Глядит на нас, глаза широко распахнув, того и гляди вывалятся.
Лучше бы пошла и оделась!
Пусть в желчи своей захлебнется. Завидовала она мне… Серьезно? Когда брат как вещь меня решил отдать чужим людям! Жутко и горько. Нормальный человек не может завидовать насилию!
– Тронулась, когда замуж за тебя вышла! – возвращаю взор на Мишу, который так и стоит обнаженный. Трусы в руках держит.
Ну хотя бы не стыдно за его внешний вид. Выглядит на отлично! Подтянутый, статный. Разве что очертания пресса уже не так видны, как два года назад.
Я в какой-то прострации… Словно в другом измерении. Искривленное. Неизведанное.
