Развод. Ты будешь вспоминать о нас - Хэй Эрин

– Сволочь! – выдохнула я.

В замке раздался металлический скрежет, дверь открылась, и в проёме показался Миша. Увидев свой чемодан в центре гостиной, он вздохнул.

– Дети дома? – спросил муж.

Я не ответила, даже не посмотрела в его сторону. Тогда он подошёл ближе, встал у лестницы и положил руки на перила. Я отпрянула от него.

– Как ты мог? – прошипела я.

– Я… я не хотел, чтобы ты узнала вот так, – тихо произнёс он.

– А как ты хотел? – вспылила я. – Написать на емейл? Сообщить за праздничным ужином? Или послать красивую открытку на ближайшую годовщину?! И что бы ты написал: поздравляю, я сплю со своей секретаршей?!

– И не так тоже.

– А как?! Как?! Как?!

– Чёрт! – взорвался Миша. – Да никак! Я вообще надеялся, что ты никогда ни о чём не узнаешь! С Элей я ничего не планировал! Я слишком много работал в последний год, и всего-то один раз расслабился! На самом деле я плохо помню тот вечер, когда всё началось. Мы отмечали долгожданный контракт в ресторане, а затем я каким-то образом оказался с ней в одном номере. – Муж перевёл дыхание и продолжил: – Когда я решил, что с этим пора заканчивать, Эля сообщила мне о беременности.

– Как удачно! – фыркнула я, вскакивая и отходя на середину гостиной. – А ты уверен, что это твой ребёнок? Столько лет ничего, а тут бац и получилось!

– Нет, – Миша покачал головой. – Не опускайся до ревнивой стервы. Ты всегда была выше этого, за что я тебя уважал и когда-то полюбил. Да, Эля беременна, и, что бы ты о ней ни думала, она не такая.

– О да, святая женщина, спит с чужим мужем! – фыркнула я. – В каком храме находится её икона?

– Прекрати, – поморщился Миша. – Сарказм тебе не идёт. Я понимаю, как тебе со стороны видится Эля, но уверяю, она очень хорошая, просто ещё слишком молода.

– Ох, ну тогда я рада, что отдаю мужа в хорошие руки! – усмехнулась я, едва сдерживаясь, чтобы не зарядить ему по голове чем-нибудь увесистым, например, той керамической вазой, что стоит на камине рядом с нашими фотографиями. – Совет вам да любовь!

– Разговор вообще не в то русло перетёк, – пробормотал муж. – Какой бы ни была Эля, она ждёт моего ребёнка, и я его никогда не брошу.

– А Артём и Настя не твои? – спросила я. – Их можно бросать?

Миша дёрнулся словно от пощёчины, лицо его пошло красными пятнами.

– Они тоже мои. Я во всём буду им помогать. Дом я оставлю вам. Я продолжу платить за их обучение в гимназии и спортивную секцию Артёма.

Взяв чемодан, Миша направился к выходу. В пылу ссоры мы не слышали подъехавшего автомобиля, и вот теперь дети столкнулись в дверях с уходящим из дома отцом.

– Па-а-ап, – удивлённо протянул Артём, держа под мышкой футбольный мяч. – А ты опять в командировку, что ли?

– Не совсем, – замялся Миша. – Тём, Насть, – он потрепал сына по вихрам, поцеловал дочь в макушку, – я поживу немного отдельно.

– Вы поругались, что ли? – догадался Артём, а Настя испуганно захлопала ресницами, переводя взгляд с отца на меня и обратно. Миша прижал её к себе.

– Всё в порядке. На днях мы с вами встретимся и всё обсудим, идёт? – спросил он и, не дожидаясь ответа, вышел во двор.

– Нет, – возразил Артём ему в спину, но Миша уже подходил к машине и не слышал его. – Мам, что происходит?

– Слышали же, ваш отец немного поживёт отдельно, – пояснила я. – Идите в свои комнаты, ужин через час.

Нервно дёрнув плечом, я прошагала на кухню, где до упора выкрутила все краны. Не хватало ещё, чтобы дети увидели меня плачущей, а объяснить им что-либо сейчас, у меня не было сил.

Глава 3

Михаил

Кинув чемодан в багажник, я сел за руль, бросив прощальный взгляд на дом. Дети стояли на крыльце и смотрели, как я отъезжаю. Я махнул им пятернёй, но они не увидели за тонировкой. Внутри всё кипело от смеси досады и злости на самого себя. Не так я представлял наш разговор с Лидой и детьми. Да я вообще его никак не представлял, потому и хранил молчание. Вот и дотянул. Теперь, что ни скажу, всё будет лишь жалкой попыткой оправдаться.

Я не знал, куда податься. Я просто ехал, не выбирая конкретного маршрута. Я проезжал по знакомым улицам мимо домов, административных зданий, торговых центров, парков, размышляя, где же мне остановиться сегодня. Вариантов было два: снять номер в гостинице или отправиться к Эле. Машина сделала выбор за меня. Я сам не заметил, как оказался на парковке перед высокой новостройкой, где жила моя помощница.

Поднявшись на нужный этаж, я нажал на кнопку звонка. В квартире послышались неторопливые шаги, дверь распахнулась, и на пороге показалась Эля в красном шелковом халатике.

– Миша? – Эля обрадовалась, но при этом выглядела недоумённой. Она изумлённым взглядом скользнула по мне, по чемодану в руках и ахнула, приложив ладони к губам: – Ты…?

– Да, – ответил я на невысказанный вопрос, – я ушёл от Лиды. Пустишь?

– Ах, – встрепенулась Эля, отходя на полшага в сторону. – Конечно-конечно, проходи! Я так рада! Наконец-то!

Закатив чемодан в гостиную, я опустился на диван и ослабил галстук.

– Выпьешь? – спросила Эля. Она подскочила к бару, плеснула в мой бокал виски, а себе налила апельсинового сока, после чего вернулась ко мне и села рядом. От неё пахнуло тягучим ароматом карамели. – Когда развод?

– Мы ещё ничего не обсудили, – пояснил я, принимая бокал и делая глоток. – В ближайшее время планирую с ними встретиться и всё обговорить. А что?

– Да так, – Эля кокетливо пожала плечиками, – хотела узнать, когда же мы переедем в большой дом.

– Дом я оставлю Лиде и детям, – сообщил я, и в комнате воцарилась тишина.

Я посмотрел на Элю. Она открыла рот и растерянно хлопала огромными, как опахала, ресницами.

– Я правильно понимаю, что ты оставляешь таунхаус в элитном посёлке «Золотая долина» своей вороне?

– Эм… – Реакция Эли мне показалась странной. – В первую очередь я оставляю дом детям.

– Но они не твои дети, – вспыхнула Эля. – Вот, – она положила ладонь на свой плоский живот, – здесь твой ребёнок, и ему тоже нужно пространство для игр и роста.

– Это не обсуждается. – Я нахмурился. Встав с дивана, подошёл к окну. – Артём и Настя – мои. Всегда ими были, и ими же останутся. А во-вторых, сколько раз я тебя просил перестать называть Лиду вороной?

– Но она и, правда, на неё похожа! – запальчиво воскликнула Эля. – Сухая вся, чёрная.

Я молча закипал и, чтобы не вспылить, старался сосредоточиться на том, как медленно садится солнце за горизонт. За спиной раздались шаги, и Элины руки легли мне на плечи.

– Не сердись, – пробормотала она, прижимаясь ко мне щекой. – Это всё ревность. Ничего не могу с собой поделать, как представлю вас вместе, так голову теряю. Хорошо, что это уже в прошлом. А дом… Ты поступил как настоящий мужчина. Я тобой горжусь. Тем более, сейчас строится новый посёлок «Жемчужные холмы», там такие шикарные коттеджи, а какая природа! Ещё лучше, чем в «Золотой долине».

Я развернулся и прижал Элю к себе.

– Рад, что ты всё понимаешь. С домом придётся немного подождать.

– Как подождать? – Эля снова насупилась. – Долго?

– Пока не знаю. Давай поговорим об этом, когда всё уляжется.

– Угу, – хмуро кивнула Эля. – Только давай всё же поторопимся. Хочу, чтобы наш малыш рос на свежем воздухе, а не в городской пыли. Мне самой-то много не надо, главное, чтобы ты рядом был. Я за здоровье ребёнка переживаю. Только и всего.

– Всё будет хорошо, – пообещал я. – Я голоден как волк. Накроешь на стол?

– На стол? – растерялась Эля. – Но сегодня такой важный и счастливый день! Не знаю, как для тебя, а для меня точно. Ты теперь со мной, и это надо отметить в ресторане! Самом лучшем!

Лида

– Почему папа сказал, что поживёт отдельно? – спросила Настя, даже не притронувшись к пасте, да мне и самой кусок в горло не лез.

– Да, мам, – поддержал Артём сестру. – Что у вас произошло-то?