Академия подонков (СИ) - Мэй Тори

— Давай без жести, Дэм? Мы вроде просто трахаться собирались, — комментирует Фил. — И, по-моему, она вообще не в курсе, за что ты ее ненавидишь.

— Похер мне, узнает, — настроение резко падает и хочется свалить прочь. — Я на лекцию.

В голове зреет план мести, которую все эти годы таил в себе подросток, чья семья прошла через суды, публичные унижения и тяжкий путь восстановления репутации.

Мы с сестрой какое-то время даже в школу не ходили, потому что нас травили, а мать с отцом чуть не развелись, не выдерживая навалившегося стресса.

Ее же семейство все это время жило припеваючи. Однако, карма берет свое, и, когда мы отсудили у них положенное, они пошли по миру.

И после всего дочь Баженова будет с улыбкой расхаживать по моей обители? Хах!

2. Полина

Осторожнее, подруга. Система образования у нас английская,

а вот нравы — местные.

Возвращаясь в толпу студентов, глотаю незаслуженную обиду.

А ведь еще минуту назад я парила на крыльях, входя в самую потрясающую Академию, о которой можно только мечтать.

Вряд ли какое-то другое учебное заведение в нашей стране способно биться с Академией Альдемар.

Она несравненна: от масштаба и возможностей до величественной готической архитектуры. Создатели хотели повторить британскую атмосферу, и у них без сомнений получилось.

У меня полное ощущение, что я зарубежом, только вот лица вокруг родные, да и от дома всего несколько часов езды.

Еще раз поднимаю взгляд к лестнице и встречаюсь с холодными, обещающими проблемы глазами.

И это мой Дами? Парень, который…

Впрочем, уже неважно.

Говорили мне, что нравы в Академии Альдемар весьма дурные, но я не ожидала, что это коснется некогда близкого мне человека. Вот я и бросилась к нему верной собачонкой, получив по носу.

— Спасибо, за первый урок, Альдемар… — окидываю взглядом величественный холл с возвышающимися колоннами и мраморными скульптурами.

Замечаю удаляющуюся спину Дамиана и облегченно выдыхаю. Насколько он стал хорош собой, настолько же дрянным стал его характер.

Худенький подросток Дами очень возмужал и окреп. По атлетичным широким плечам заметно, что он занимается спортом, но без акцента на мышцы.

Выглядит, как модель из каталогов Ральф Лорен: стройный, крепкий, впору дорогие рубашки с брюками рекламировать. Вышколенная осанка и при этом расслабленная манера держаться.

Эдакий образ богатого наследника с вековыми семейными традициями, коим он и является.

От мамы француженки он унаследовал изящные черты лица и роскошные темные волосы, которые он нарочито небрежно укладывает.

Но все теряет свое очарование, когда эти серые глаза полосуют меня неприязнью.

— А ты бесстрашная, Полина Баженова, — говорит мне девушка, раздающая толпе новеньких буклеты с картой университета, здесь очень легко заблудиться с непривычки. — Сразу к элите подкатить решила?

— Элита? — прыскаю со смеху, вспоминая, как мы с Дамианом в детстве малину в соседнем особняке воровали. — И кто же это такие? — решаю осведомиться.

— Тот грубиян и бабник, который говорил с тобой, Дамиан, — сын главных спонсоров университета, наследник алкогольной империи.

— Ммм… — тяну неопределенно. Слишком уж хорошо я знаю историю этой самой империи.

— Блондинчик Илай — сын декана, зло в чистом виде. Из них он самый беспринципный. Любитель подставлять и умываться слезами неугодных. Его мать в политике, отец — ректор нашей академии, да и он сам одержим идей господства…

— Ты сейчас не шутить? — не воспринимаю ее слов всерьез, какое еще господство.

— Тебе сильно смешно было после вашего разговора? — парирует.

— Не особо…

— То-то и оно! Здоровяк — это Филипп, самый закрытый персонаж, точно не знаю, чем занимается его семья. Официально — стройкой, но поговаривают разное, с ним лучше не связываться. У них еще четвертый дружок есть, Ян, но он посреди прошлого года в военную академию сорвался, скоро должен вернуться…

— Откуда такая осведомленность?

— Это известно всем в Альдемар, — девушка протягивает мне руку, — а меня зовут Мария, я твой бадди на первый семестр, пока не освоишься.

— Бадди — это?

— Наставник и друг в одном флаконе. Ты английский хорошо изучала, я надеюсь? Здесь половина предметов на нём.

— Да-да, просто от волнения я слегка не в себе, — смущаюсь. — Я усиленно занималась, чтобы попасть в универ с английской системой образования. Считай, сегодня мечта сбылась!

— Осторожнее, подруга. Система образования у нас английская, а вот нравы — местные, так что советую выкинуть из головы всю розовую чушь, которой ты могла насмотреться в зарубежном кино, — смеется с моей наивности. — Советую снизить свои ожидания до нуля. Идём!

— Что ты имеешь в виду? — двигаюсь за ней, катя за собой внушительный чемодан.

— Ну, не жди, например, что тебе здесь рады, — русая красотка режет без ножа. — Ты же по гранту? Так вот, таких здесь не любят. Хочешь знать, откуда я знаю? Я тоже на стипендии, и, поверь, за два прошедших курса пришлось повоевать за уважение мажоров.

— Но почему? — каждый новый факт вызывает еще больше вопросов.

— Как бы так помягче выразиться… Мы не принадлежим к их кругу. Нам не гарантировано то будущее, которое у каждого из них в кармане. Мы не проводим каникулы на горнолыжных курортах Франции, не ездим на чаепития к влиятельным мира сего. Нам не стать ни авторитетными политиками, ни выдающимися бизнесменами, о которых будет говорить мир…

Решаю не перебивать свою наставницу информацией о том, что именно так моя семья и жила до делёжки злосчастного алкогольного бизнеса «ВВ», что когда-то расшифровывалось как «Баженов и Бушар».

— Зато здесь красиво, — пытаюсь добавить позитива в повествование, но Мария только вздыхает, мол, я совсем блаженная.

Мы двигаемся через толпу, и я едва поспеваю за наставницей, которая прекрасно ориентируется среди многочисленных коридоров с высоченными ребристыми арками, украшенных громоздкими металлическими канделябрами.

Мы раньше часто бывали в Европе, и поразительно, насколько удалось воссоздать ее дух здесь.

Сердечко заучки неумолимо колотится от предвкушения, и, несмотря на советы Марии снять розовые очки, я все же позволяю себе заглядеться на мягкие цветные блики, которые бросают на стены высокие витражные окна.

Ай!

— Под ноги смотри, идиотка! — в мое плечо больно врезается кто-то из толпы.

— Вообще-то это ты меня толкнула, — разворачиваюсь, оценивая милейшего вида блондинку.

Она удивленно поднимает бровь, переглядываясь с сопровождающими ее подругами.

— Эй, Логинова, это новенькая? — игнорируя меня, обращается сразу к Маше. — Объясни-ка ей правила общения в Академии.

— Обязательно, — Маша натянуто улыбается и увлекает меня обратно в поток.

Недовольно следую за ней.

— Ты решила зацепиться сразу со всеми? Это Майя Ясногорская, дочь нашей деканши… — шикает в мою сторону.

— Да хоть королевы Виктории! Здесь каждый — чей-то родственник, что ли? Я сюда не пресмыкаться приехала, а учиться… — внутри закипает возмущение.

Я достаточно добрый и покладистый человек, но не терпила!

— Окей, — пожимает плечами моя бадди, — как хочешь, принципиальная. Мне по большому счету все равно, просто не удивляйся, когда тебя отчислят.

Отчислят? И снова оказаться дома? Я уж лучше Дамиану перстень на мизинце поцелую, чем домой вернусь.

— Что ты предлагаешь? Терпеть?

— Полин, ты же на международные отношения поступила? Значит, будущий дипломат. Предлагаю тебе самой найти ответы на эти вопросы, подруга. А теперь — добро пожаловать, — она распахивает большие двери с ручкой в виде герба Академии и впускает меня в корпус женского общежития. — Это общий холл, зона для отдыха и общения.

— Вау! — не могу держать в себе восторг при виде камина и установленных по обе стороны ниш с книгами.