Развод. Не буду второй женой (СИ) - Манарова Эльза

- Что-то случилось?

- Проводите эту женщину за пределы нашего дома. И не пускайте больше без моего разрешения.

Сергей кивает, подходит к Айне.

- Прошу вас проследовать к выходу.

- Как мило. Но знаешь что, Злата? Наслаждайся этим моментом. Это последний раз, когда ты кому-то можешь приказать в этом доме.

Она идёт к двери, но у порога останавливается.

- Увидимся завтра. И тогда уже никто не сможет меня выгнать.

Дверь захлопывается, и я остаюсь одна в доме, который больше не кажется мне безопасным убежищем. Опускаюсь на пол прямо в прихожей и позволяю себе заплакать.

Глава 2

Пустая. Я пустая. Неполноценная. Бесполезная. Все те страшные слова, которые я говорила себе ночами, когда Тамерлан спал рядом, теперь произнесла вслух другая женщина. Женщина, которая смогла то, что не получилось у меня.

Спустя полчаса я всё ещё сижу на полу, когда слышу звук поворачивающегося ключа в замке.

Дверь открывается, и на пороге появляется мой муж. Он смотрит на меня, сидящую на полу с заплаканными глазами, и его лицо меняется.

- Злата? Что случилось?

Мой взгляд прикован к нему, а слова застревают в горле. Как спросить мужа, женился ли он на другой женщине? Как спросить, правда ли, что она беременна от него? Как спросить, когда он собирался мне об этом рассказать? Просто не могу подобрать слова, потому что не верю, что это может быть правдой!

- Тамерлан. - Через силу выдавливаю из себя слова. - У нас была гостья.

Муж закрывает дверь и подходит ко мне. Даже в этот кошмарный момент я не могу не заметить, как он красив. Высокий, широкоплечий, с идеальной осанкой. Он всегда производил впечатление мужчины, привыкшего властвовать. Резкие черты лица, выразительные чёрные глаза, сильная линия челюсти - всё в нём говорит о силе и уверенности. Сейчас его лицо напряжено, в тёмных глазах читается что-то похожее на вину, но больше - на раздражение.

- Какая гостья? - Он протягивает руку, помогая мне встать.

Я не принимаю его помощь, поднимаюсь сама, отступаю на шаг.

- Айна. - Произношу это имя, будто зачитываю свой смертный приговор.

Тамерлан застывает. Его челюсть напрягается, и я понимаю, он знал, что этот момент настанет.

- Что она тебе сказала? - Голос его становится жёстче.

- Правду. - Впиваюсь в него глазами, ища там хоть что-то знакомое, но вижу только холодную решимость. - Она сказала, что ты женился на ней, что она беременна. Что теперь она твоя жена.

Тамерлан проводит рукой по лицу и тяжело вздыхает.

- Тамерлан, ты правда женился на другой женщине!

- Да, женился. - Он поворачивается ко мне, и в его голосе нет ни капли раскаяния. Тамерлан никогда не умел просить прощения или оправдываться. Когда он принимал решение, для него оно становилось единственно правильным. - И что теперь? Будешь устраивать сцены?

От удивления мои глаза расширяются. Просто не верю своим ушам. Этот человек, которого я любила пять лет, с которым делила постель, мечты, планы на будущее - говорит об измене так, словно купил новую машину.

- Объясни, что происходит. - Голос предательски дрожит, выдавая нервозность, которую хочется скрыть.

Мы проходим в гостиную. Тамерлан садится в своё любимое кресло, и даже в этой простой позе видна его природная властность. Он не сутулиться, не ёрзает, сидит прямо, уверенно, как человек, который всегда контролирует ситуацию. Расстёгивает пиджак одним отточенным движением, закидывает ногу на ногу. Я остаюсь стоять.

- Злата. - Начинает он, и в его тоне слышится привычная властность. Он привык, что его слушают и не возражают. В бизнесе, в жизни - всегда и во всём. - Ты же умная женщина и должна понимать, что происходит.

- Нет, не понимаю.

- Мне нужен наследник. - Он говорит это просто, как констатирует факт. - Сын. Тот, кто продолжит род. Без этого всё, что я строил, не имеет смысла.

- Мы пытались...

- Пять лет, Злата. - Он перебивает меня. - Пять лет мы пытались. Были у врачей, делали всякие процедуры. Результат какой?

Каждое его слово точно пули, летящие в меня. И каждое оставляет глубокую рану. Ощущаю, как внутри меня что-то умирает.

- Ты мог бы подождать ещё.

- Сколько? - Тамерлан встаёт, подходит ко мне. Движения его уверенные, размеренные. Он никогда не суетится, не делает резких жестов. Каждое его движение продумано, каждый шаг имеет цель. Даже сейчас, когда он рушит мою жизнь, он делает это красиво, почти элегантно. - Ещё год? Два? Пять? Нет времени.

- Значит, ты решил найти себе другую? - Пытаюсь сохранить достоинство, не ударяться в истерику, но голос предательски срывается.

- Я решил обеспечить будущее семьи. - Он кладёт руки мне на плечи, и я чувствую силу в его пальцах. Тамерлан всегда был физически сильным мужчиной, но никогда не злоупотреблял этим. Он мог убедить, подчинить, заставить - но всегда словами, взглядом, своей природной харизмой. Я отшатываюсь. - По нашим законам, по традициям моего рода, мужчина имеет право на несколько жён.

- Каким законам? Мы живём в двадцать первом веке, Тамерлан!

- Мы живём в мире, где есть определённые правила. - Его голос становится жёстче, но не теряет своей убедительности. Тамерлан умеет говорить так, что даже самые абсурдные вещи начинают казаться логичными. - Для моей семьи важен клан, наследники для продолжения рода значат больше, чем твои представления о браке. Ты давно должна была это понять.

Впиваюсь в него взглядом, и мне кажется, что передо мной стоит незнакомец. Хотя нет - это тот же мужчина, в которого я влюбилась. Сильный, уверенный, привыкший добиваться своего. Просто раньше он добивался меня, а теперь он решил найти себе другую.

Где тот мужчина, который держал меня за руку в загсе? Который обещал быть со мной в горе и в радости?

- Ты любишь ее? - Вопрос вырывается из меня, хотя я боюсь услышать ответ.

Тамерлан молчит несколько секунд.

- Я уважаю её. Она родит мне сына.

- Это не ответ на мой вопрос.

- Это единственный ответ, который имеет значение. - Он отворачивается, подходит к окну, и я любуюсь его силуэтом против вечернего света. Даже в этот ужасный момент он остаётся притягательным. - Злата, я не планировал, чтобы ты узнала именно так. Я хотел всё объяснить сам.

- Неужели? Это как? - Ощущаю, как во мне поднимается новая волна ярости. - Представить нас друг другу на семейном ужине?

- Я хотел постепенно подготовить тебя к этому. - Он оборачивается. - Объяснить, что это не значит, что я тебя не ценю.

- Не ценишь. Тамерлан, ты женился на другой женщине. Она беременна от тебя. Как я должна это понимать?

- Ты должна понимать, что твое место в этом доме не изменилось. - Он говорит это со всей серьёзностью, и я понимаю, для него это действительно справедливое решение. В его системе координат он поступает правильно: обеспечивает будущее рода, не бросает первую жену, действует в рамках традиций. - Ты моя первая жена. Это дает тебе определённые привилегии.

- Привилегии? - Я не могу поверить в то, что слышу. - Какие привилегии?

- Ты остаёшься хозяйкой дома. Твой статус в обществе сохраняется. - Он перечисляет, словно зачитывает должностную инструкцию. - Айна будет жить отдельно, пока не родится ребёнок.

Он всё распланировал, только забыл меня спросить, хочу ли я жить такой жизнью. Ответ, конечно, отрицательный.

- А потом?

- Потом мы посмотрим. - Ставит перед фактом и его тон не допускает возражений. - Всё зависит от того, как ты себя поведёшь.

Я понимаю, что он угрожает мне. Мягко, но недвусмысленно.

- Тамерлан, это безумие. Ты не можешь просто решить за меня, что я буду делить мужа с другой женщиной.

- Могу. - Он подходит ко мне вплотную, и я чувствую знакомый запах его одеколона, тепло его тела. Даже сейчас, когда я его ненавижу, он остаётся сексуально привлекательным. Это часть его силы - способность очаровывать даже тогда, когда причиняет боль. - И уже решил. Вопрос только в том, примешь ли ты это достойно или будешь устраивать истерики.