Две плети (СИ) - Невская Майя

— Как и обещал, в первый раз накажу вполсилы.

Когда ремень ужалил ягодицы, я вскрикнула, но тут же прикусила губу, стараясь больше не издать ни звука. Так воспитал меня Он. Научил терпеть боль и выносить наказания молча. Розгами высек это у меня на подкорке… Богдан положил ладонь мне на поясницу и продолжил пороть. Я дергалась с каждым ударом, желая выбраться из-под огненного шквала, но рука Богдана вынуждала меня оставаться на месте. Если это было только вполсилы, то я не хотела бы узнать, каким может быть полноценное наказание.

Мучительная боль плотным слоем накрыла ягодицы, освежая в памяти, как неприятно это ощущалось раньше. На мгновение я словно перенеслась в прошлое, оказываясь под гнетом Его наказания. Я ощущала Его присутствие, чувствовала удары Его плети. Его запах проник в нос… Я растерялась, на секунду не понимая где нахожусь. Резкий удар заставил меня вернуться в настоящее, прогоняя непрошеное видение.

Через некоторое время я уже подстроилась под удары и снова могла послушно терпеть наказание как два года назад. С Ним. Я старалась не пускать Его в мысли, но чувствовала, что не получается. Для Него никогда не существовало преград внутри меня. Он с легкостью разрушал все барьеры, которые я упорно возводила снова.

Боль от наказания становилась сильнее. Я привычно запирала ее глубоко внутри себя. Я справлялась с ней как умела. За годы с Ним научилась терпеть…

Удары стихли, тело продолжало дрожать. Глаза жгло от эмоций. Зажмурившись, я старалась сдержать слезы, не желая демонстрировать их Богдану. Наказание разбередило душу, воскресило ненужные воспоминания. Сохранять самообладание было трудно.

— Одевайся.

Я заставила себя подняться и стоя к Богдану спиной, оперлась ладонями о стол. Опустив голову, медленно дышала, стараясь успокоиться. Боль продолжала невыносимо жечь кожу. Эмоции рвались наружу. Хотелось расплакаться, но я не позволяла себе этого, помня, что наказания надо выносить достойно.

— Все в порядке, Алина? — Раздалось за спиной.

— Да, Хозяин. — Я приложила массу усилий, стараясь запереть эмоции глубоко внутри. Годы Его воспитания продолжали диктовать мне правила поведения даже сейчас, когда я была с другим Верхним.

Богдан прижал меня к себе. Это было неожиданно и ощущалось странно. Впервые меня обнимали после наказания. Он никогда не баловал меня подобной заботой. Обычно я справлялась с последствиями в одиночку.

— Ты уверена?

— Просто давно не испытывала подобного. Немного отвыкла.

Богдан неторопливо поглаживал меня, давая возможность взять себя в руки. В его объятиях я даже на минуту забыла о боли. Спокойствие окутало меня, согрело, усмирило бурю внутри. Одним махом он заставил меня выбросить все лишнее из головы и сосредоточиться на настоящем.

Внезапно почувствовав потребность, я осторожно поцеловала руку Богдана, которой он меня обнимал. Хотелось выразить ему всю нежность, от которой меня сейчас буквально распирало. Откинув голову ему на грудь, я закрыла глаза, растворяясь в этом мгновении. Будто в продолжение поцелуя Богдан так же медленно провел пальцем по моим губам, погладил меня по щеке. Этот момент вдруг стал каким-то по-особенному значимым. Как будто между нами установилась тесная связь Верх-низ. Я наслаждалась этим ощущением, пропитывалась им. Даже дышать старалась осторожно, чтобы случайно не развеять его. После Него происходящее сейчас воспринималось как что-то инопланетное, за границами ожиданий. И было очень приятным. Моя Тема с Богданом развивалась совсем иначе, чем с Ним. Я была этому рада.

Через некоторое время я уже полностью владела собой. Под взглядом Богдана я надела трусики. Натягивать на пылающие ягодицы джинсы не хотелось, и я достала из сумки сарафан, который упаковала с собой.

— Нет, девочка. — Богдан покачал головой и указал глазами на джинсы. — Надевай то, что собиралась.

Он хотел, чтобы моим ягодицам было максимально дискомфортно. Бесшумно вздохнув, я осторожно надела джинсы, ткань которых сейчас ощущалась очень грубой и жесткой. Порка закончилась, а наказание будто бы продолжалось.

Положив ладонь на ягодицу, Богдан притянул меня к себе вплотную. Я прикусила губу, переживая вспышку болезненных ощущений от его прикосновения. Другой рукой он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Попытаешься снова манипулировать мной даже в шутку, наказание будет серьезнее.

— Больше не буду, Хозяин. — Я не собиралась больше ничем провоцировать Богдана на наказания, любителем которых совсем не была.

— Моя девочка должна хорошо вести себя. Должна быть вежливой и послушной. Твое плохое поведение бросает тень на меня. Подумай об этом, когда в следующий раз захочешь продемонстрировать мне свое неуважение. Тебе повезло, что в этот раз свидетелем твоей оплошности был лишь я. Поставишь меня в неудобное положение перед другими людьми, наказание будет суровее. Методы воспитания — жестче. Поверь, ты не захочешь их на себе испытать. — Каждое слово било четко в цель, заставляя ощущать себя скверно. Слезы снова подкатили к глазам. — Не разочаровывай меня, Алина. У меня на тебя большие планы.

Одна слеза все-таки скатилась по щеке прямо к пальцу Богдана. Он медленно ее стер.

— Простите, Хозяин. Подобного больше не повторится. Я буду очень послушной и максимально вежливой. Вам не придется испытывать за меня неловкость или стыд. Обещаю.

— Рассчитываю на это. Иначе вместо поощрений у нас с тобой будут одни наказания. — Богдан погладил меня по пылающей ягодице, вызывая новую вспышку жгучей боли. — Ты ведь этого не хочешь, Алина?

Я помотала головой. Впредь я планировала вести себя так хорошо, как только была способна. Одного наказания мне вполне хватило, чтобы больше не желать провоцировать на них Богдана. Да и его слова тоже возымели эффект. Не хотелось огорчать его своим недостойным поведением.

— Не хочу, Хозяин.

— Будешь меня радовать?

Я улыбнулась.

— Исключительно.

— Ловлю на слове. Теперь можем ехать.

Глава шестнадцатая

Мы разместились в небольшом деревянном домике, который буквально с порога покорил меня. Здесь была продумана каждая деталь: от цветовой гаммы до освещения. В углу находился камин. Из панорамного окна открывался вид на лес. Довольно уютное место для того, чтобы отлично провести здесь выходные. Глядя на двуспальную кровать в спальне, я предвкушала, как приятно мы проведем ближайшие пару дней.

Долго оставаться внутри Богдан не позволил. Мы немного прогулялись по территории комплекса, осматривая живописные окрестности. Мне понравилось, как здесь все устроено. После городского шума и суеты здешняя атмосфера обещала отдых и умиротворение.

Когда на лесной тропинке мы остались одни, Богдан внезапно притянул меня к себе и впился в мой рот. Я с готовностью ответила на поцелуй, наслаждаясь его доминирующей силой. Поглаживая Богдана по груди, я ощущала растущее желание. Страсть вихрем закрутилась внутри. Безумно захотелось вернуться в домик и в полной мере окунуться во власть Богдана, не опасаясь наткнуться на взгляды случайных свидетелей. Когда поцелуй прекратился, я едва не простонала в протесте. Облизнув губы, я пыталась продлить ощущения.

— Чувствую твой голод, девочка. — Богдан провел большим пальцем по моим губам. — Истосковалась по подчинению?

— Очень сильно, Хозяин. Даже снится иногда, как стою на коленях. — Одно время подобные сны мучили меня очень часто. Избавиться от них было невозможно. Если днем я могла себя контролировать, то ночью оставалась беззащитна против собственных старательно подавляемых желаний. Они отчаянно и настойчиво искали выход, уговаривая меня вернуться в Тему.

Богдан гладил меня по щеке, ласкал внимательным взглядом.

— Долго ты искала Верхнего?

— Пару недель. Я никому не писала. Они писали мне сами. Но через несколько сообщений я понимала, что от Верхних там одно название. Я успела отчаяться… — покачала я головой. — Ваша анкета привлекла меня своей лаконичностью. И я решилась написать.