Последнее слово - Берчэл Кэти

— Как скажешь. — Она вздыхает. — Просто пообещай, что на моем празднике будешь паинькой. Я именинница, так что ты не можешь отказать.

Я закатываю глаза.

— Ладно.

— Спасибо, и не переживай, — говорит Мими с ухмылкой. — Я позабочусь, чтобы вы были в разных командах.

Глава восьмая

В день праздника Мими стоит солнечная погода.

От моей квартиры до парка рукой подать, так что я могу собираться все утро — и это очень здорово, потому что я понятия не имею, что надеть.

И это не потому, что там будет Райан.

Окей, ладно. Это потому, что там будет Райан.

Не то чтобы я стараюсь для него. Мне важнее чувствовать себя уверенной, а еще — выглядеть как победительница. Потому что я ни за что на свете не позволю команде Райана Янссона победить. Я просто не вынесу эту его дурацкую улыбочку, которую он хранит для тех случаев, когда одерживает надо мной верх.

Как-то раз художественный отдел прикрепил к стене два варианта обложки и спросил нашего мнения, потому что Космо не мог решить, какая из них более цепляющая.

— Оранжевая, — тут же сказала я, постучав по распечатке пальцем. — Она яркая и бросается в глаза. К тому же на ней будут хорошо смотреться белые и розовые заголовки.

— Голубая, — возразил Райан, поглаживая подбородок и кивая на другую обложку. — Она мягче, теплее. Более располагающая.

Я уставилась на него.

— Мими, а ты что думаешь? — спросила я, подняв голову, пока она рассматривала два варианта.

— Я думаю… — она сделала паузу, ее взгляд заметался между двумя обложками, а потом — с тревогой, между мной и Райаном, — голубая. Смотрится лучше. Прости, — добавила она для меня.

Самодовольная улыбка на лице Райана…

У меня от нее закипела кровь.

Клянусь, он выглядел ужасно довольным собой на протяжении всего дня. В какой-то момент он даже начал напевать.

— Мне нельзя напевать? — спросил он, когда я его отчитала.

— Люди пытаются сконцентрироваться, — огрызнулась я.

— Мими только что говорила об этой песне, и я буквально пять секунд пел припев оттуда.

— Ага, да, на пять секунд больше положенного, — сказала я, хмурясь. — Тебе бы понравилось, если бы я просто начала петь, пока ты пытаешься написать важный журналистский материал?

Он бросил взгляд на мой экран.

— Ты гуглишь тупорылых крокодилов.

— И?

— Не похоже, чтобы ты писала важный журналистский материал.

— Я все еще пытаюсь сконцентрироваться.

Он нахмурился от замешательства.

— Во время рассматривания тупорылых крокодилов?

— Да!

Райан вскинул брови. К этому моменту несколько коллег уже повернули головы, чтобы прислушаться. Я заметила, что это вошло в привычку: как только мы с Райаном начинаем пререкаться по тому или иному поводу, остальной офис подозрительно затихает.

— Ты ищешь фотографии тупорылых крокодилов для статьи? — спросил он беззаботно. — Планируешь интервью с… тупорылым крокодилом?

Мими хихикнула. Я посмотрела на нее. Она быстро сделала вид, что занята чем-то в компьютере.

— Тебя не касается, зачем я гуглю тупорылых крокодилов, — заметила я.

— Тогда мое пение тоже тебя не касается.

— Касается, когда мне это мешает, а оно мне мешает.

— А то, что ты гуглишь тупорылых крокодилов в рабочее время, учитывая, что это не относится к работе, может мешать мне. Если ты потеряешь время и отстанешь от графика, нагонять потом придется мне.

Агрх.

В то утро по дороге на работу я слушала развлекательный подкаст, и один из ведущих упомянул тупорылых крокодилов; тогда я задумалась, правда ли у них тупое рыло? Я не смогла загуглить сразу, потому что в метро не было связи, и вспомнила об этом сильно позже.

Но я бы вряд ли смогла объяснить это Райану, да?

— Ты знаешь, что это глупый спор, — прошипела я.

— Харпер, мне кажется, что он не о крокодилах и не о моем пении. Мне кажется, тебя бесит, что все согласились с моим мнением и выбрали голубую обложку, а не оранжевую.

— Прошу! — загоготала я. — Все совсем не так.

— Значит, тебе все равно, что я был прав?

— Ты не прав. Это было субъективное мнение. — Я поерзала. — Просто так получилось, что в итоге худотдел и редактор выбрали тот вариант, который понравился лично тебе.

Райан кивнул.

— Значит, я был прав.

— Нет.

— Да, — настоял он.

— Нет, ты… — Я выдохнула, стараясь сохранять спокойствие. — А знаешь что? Это неважно.

— Что я был прав?

— Что у нас расходятся мнения, — подчеркнула я. — И я просила тебя больше не напевать, потому что это отвлекает, а не потому, что выбрали голубую обложку.

Он пожал плечами.

— Окей.

— Хорошо. Пение под запретом.

Мы умолкли и не разговаривали друг с другом до конца рабочего дня.

Очевидно, что я не могу отдать победу Райану сегодня, иначе он будет припоминать мне это вечно. И выигрышный наряд — ключ к этому: он должен быть достаточно спортивным, чтобы я свободно двигалась во время игр, но это не должна быть одежда для похода в зал, потому что ради дня рождения Мими нужно постараться.

Вообще-то, я даже рада, что Лиама тут нет, потому что мне приходится вывалить практически все из шкафа на кровать и на пол, чтобы рассмотреть имеющиеся варианты. Я с удивлением обнаруживаю совершенно забытые вещи, в том числе серые джинсовые шорты с высокой талией, которые импульсивно купила прошлым летом после просмотра кучи клипов Тейлор Свифт.

Я надеваю их и начинаю копаться в поисках чистой футболки. Нахожу ее, натягиваю через голову и заправляю в шорты, после чего пытаюсь решить, что надеть, если похолодает, выбор падает на пиджак с закатанными рукавами. Приложив некоторые усилия к макияжу (и при этом пытаясь сделать вид, будто я едва потратила на него время), я роюсь в прикроватной тумбочке в поисках новых солнцезащитных очков. Это обязательный аксессуар к наряду.

Я переворачиваю квартиру вверх дном и в процессе поиска становлюсь все более злобной и менее милосердной, выкидывая вещи из ящиков через плечо.

Спальня выглядит так, будто ее настигло торнадо, и я тяжело вздыхаю, понимая, что опаздываю. А затем оживляюсь, вспомнив, что уже носила эти очки на неделе! И они в футляре в сумке!

Я довольно натягиваю их на нос и выбегаю из квартиры, потом возвращаюсь за телефоном, который продолжает играть плейлист «Летний день» в моей спальне, и во второй раз — за подарком Мими, симпатичным золотым браслетом, коробочку с которым я оставила на кухне.

Заскочив по дороге за выпивкой, я прохожу через парк Брокуэлл и уже за милю вижу длинный садовый стол, украшенный по бокам розовыми, белыми и серебряными шариками, на нем расставлена посуда с едой для пикника и мини-холодильники. Каждый год Мими выбирает для своего дня рождения одно и то же место — прямо под огромным старым дубом, так что стол с едой находится в тени.

Я улыбаюсь, проходя мимо кучек людей, — они кружочками сидят по-турецки, смеются, болтают и потягивают сидр. Когда светит солнце, настроение поднимается у всего Лондона.

Я замечаю Ракхи, которая разговаривает с кем-то из школьных друзей Мими. Завидев меня, она сияюще улыбается.

— Как же я соскучилась! — говорю я, целуя ее в щеку. — Пожалуйста, скажи, что ты ненавидишь свой новый журнал и скоро вернешься к нам.

— Боюсь, что нет, — смеется Ракхи. — Мне вроде как очень нравится новая работа. Но я рада, что ничего не изменилось и ты по-прежнему везде опаздываешь.

— Это все из-за очков. Нигде не могла их найти.

— Дай угадаю, они все это время были в сумке?

— Вот видишь? Поэтому мне нужно, чтобы ты вернулась в «Нарратив» и присматривала за мной!

Ракхи хихикает.

— Как тебе работается с Райаном?

— Не спрашивай у нее о Райане, — вмешивается появившаяся рядом Мими и обнимает меня. — Она скажет, как сильно не хочет о нем говорить, а потом будет очень много о нем говорить.