После развода. Верну тебя, жена (СИ) - Нестерова Рита

– Постарайтесь избегать стрессов, Анастасия Марковна. Вам сейчас это совсем не нужно. И больше отдыхайте. Это банально, и вам об этом уже тысячу раз говорили, я знаю. Но это самый большой подарок, что вы можете сделать для своего малыша. Поверьте моему опыту, – мягко улыбаясь, наставляет доктор.

Отдыхать. Легко сказать. И всё равно я благодарна ему. Он мягок и добр. Не осуждает, а лишь направляет в правильное русло. Когда я забеременела, больше всего опасалась наткнуться на врача, который будет стервозен и ругать меня, если я сделаю что-то не то. Но оно и неудивительно, ведь это моя первая беременность, и нервничать о подобном – норма.

А нынешний доктор мне нравится. Его слова о ребенке заставляют меня отмести лишние мысли и подумать о главном. О здоровье моего малыша.

Когда прием заканчивается, стоит мне только выйти из кабинета с чистыми мыслями, решившись не думать больше о плохом, как я сразу замираю. Потому что в коридоре, на скамейке у окна, сидит она. Ольга.

Та, кого мне видеть не хотелось бы.

Я зажмуриваюсь, думая, что мне это мерещится. Но когда открываю глаза снова, она всё еще здесь. Сидит, развалившись на лавке, одна нога закинута на другую, руки сложены на животе.

Сглатываю…

На животе, который она гладит. Демонстративно. Медленно, будто хочет, чтобы все видели.

И какого черта она делает здесь, именно в моей поликлинике?! Ну не бывает таких совпадений ведь…

Подождите-ка…

Я открываю присланное ею фото, хотя удается с трудом, ведь пальцы дрожат, и ужасаюсь. Вчера, не прочитав всё внимательно, я не заметила самое важное. Черным по белому в документе было написано медицинское учреждение, а я-то акцентировала внимание лишь на дате. Эта именно моя поликлиника!

Значит, это не совпадение…

Такой расклад мне не по душе, и сталкиваться с ней у меня нет никакого желания, так что я выдыхаю и хочу пройти мимо нее так, чтобы она не заметила меня. Не хочу разговаривать и вообще контактировать с этой наглой особой.

Жаль, что выход здесь только один. Ведь лифты, и лестница, ведущие вниз, находятся возле крайнего кабинета, где она и сидит. Сжимаю челюсти, набираю в грудь воздух и иду прямо, не глядя на нее. Надеюсь, что она меня не заметит, увлеченная чтением чего-то в телефоне.

Зря надеюсь…

– О, Настя! – говорит она громко и напыщенно, чтобы все слышали. Так, словно мы какие-то давние подружки, и она рада меня видеть. – Не ожидала тебя здесь увидеть.

Врет. Конечно, врет. Она знала, что я здесь буду. Специально пришла. Специально выбрала эту поликлинику. Вот только откуда она знала, что и я в этот день записана на консультацию? Этот вопрос останется для меня загадкой, но выяснять у нее я ничего не стану. Еще не хватало, чтобы она решила, что я заинтересована.

Я сжимаю кулаки и молча иду мимо. Не хочу с ней разговаривать. Не хочу вообще ее видеть. Но она встает и идет за мной.

– Как самочувствие? – спрашивает она с фальшивой заботой. – Тяжело, наверное? Одной ведь так тяжело… без поддержки… без мужика…

Останавливаюсь. Оборачиваюсь. Смотрю на нее в упор. Зубы мои скрипят. Я в ярости. Какого черта она так меня задевает? Стерва!

– Отстань от меня, Ольга, – буквально рычу я.

Она ухмыляется. Просто ухмыляется! От ее кривой улыбки у меня всё закипает внутри.

– Я просто волнуюсь. Мы же теперь… ну, почти родственницы, можно сказать, – добавляет она и добивает меня этими словами.

Меня аж передергивает. От ее слов. От ее улыбки. От всего происходящего.

– Иди к черту, – шиплю я сквозь зубы и разворачиваюсь, потому что не хочу устраивать прилюдный скандал.

Честно, не было бы здесь посторонних людей, лишних глаз, так и вцепилась бы ей в волосы и повыдирала бы до самой лысины. Если бы не мой малыш, о котором я думаю в первую очередь, точно бы накинулась на нее. До этого сдерживалась, но сейчас она меня зацепила по-страшному. И всё равно придется сдержаться. Придется.

– Ольга Владимировна? – медсестра прерывает ее, когда Ольга снова хочет ляпнуть что-то явно нелицеприятное. – Вы на первый скрининг, верно? Партнер будет с вами?

Я замираю. Останавливаюсь на первой ступеньке лестницы. Не знаю, почему и от чего. Снова оборачиваюсь.

– Верно, да.

Ольга кивает и расплывается в улыбке. Я же замираю у стены, не в силах уйти. Хочу послушать. Узнать. Но они заходят в кабинет, и дальнейший разговор я уже не слышу.

Не знаю, что на меня находит, но я подхожу к кабинету. Дверь не закрыта. Прислушиваюсь, а сама чувствую стыд за собственные действия. Вот только никак не могу двинуться с места и уйти, хотя это по факту было бы гораздо лучше.

– Срок какой? – спрашивает медсестра, а Ольга какое-то время молчит. Странная пауза, которая меня напрягает.

– Ну… тринадцать недель, – отвечает она в конце концов, но как-то неуверенно.

– Тринадцать? – переспрашивает медсестра. – А у меня здесь записано одиннадцать.

Я заглядываю в кабинет незаметно. Вижу, как Ольга морщится.

– Ну да, тринадцать. Я перепутала, – пожимает плечами она.

Медсестра поджимает губы, но ничего не говорит. Просто записывает что-то в карту.

– Дата последних месячных? – уточняет она, словно что-то ей не нравится. Голос звучит странно.

Ольга снова молчит. Слишком долго молчит, словно пытается выдумать правильную дату.

– Я… не помню точно. Начало октября, кажется.

– Кажется? – медсестра удивленно поднимает брови. – Вы обменную карту приносили? Даже не знаете, когда в последний раз менструировали? Вы же молодая девушка, такое должны всегда помнить…

– Какую карту? – переспрашивает Ольга. – Ну, я же не обязана…

– Обменную, – повторяет медсестра, перебивая глупые попытки Ольги оправдаться. – Из консультации, где вы наблюдались.

Ольга нервно смеется.

– А, ну… я ее дома забыла, – снова словно сочиняет она. Смотрится совсем неестественно.

Медсестра вздыхает. Даже хочет закатить глаза явно, но едва сдерживается.

– Без карты врач вас не примет даже. Принесите в следующий раз, пожалуйста, – качает головой девушка.

Ольга кивает, но я вижу, как она сжимает челюсть. Злится. Но делает вид, что всё нормально.

– Но узи я могу пройти сегодня? – с надеждой в голосе спрашивает она.

– Только платно.

– Ну ничего страшного, мой мужчина заплатит, – с гордостью заявляет она.

А меня передергивает от этих слов. Вадим – “её мужчина”. Я смотрю на нее и чувствую, как внутри что-то щелкает. Она не знает элементарных вещей, которые знает любая беременная. Не помнит дату последних месячных. Не знает, что такое обменная карта.

Выходит, что либо она врет, либо она вообще не беременна!

Сердце болезненно грохочет и падает куда-то вниз. Я хватаюсь за стену, пытаясь удержать равновесие. Голова кружится. Воздуха не хватает.

Может, это всё подстава? Может, она врет с самого начала? Но зачем? Ведь рано или поздно правда всплывет наружу. Не станет же она носить накладной живот, а потом левого ребенка выдавать за своего.

Нервно ухмыляюсь и качаю головой, не веря, что она и правда врет. Это ведь глупо.

Встряхиваю головой, решив не заморачиваться. Не мое это больше дело.

Врач же сказал мне, чтобы я не стрессовала лищний раз, так что мне следует уйти и успокоиться. Сейчас самое главное – это мой малыш в утробе, и только.

Разворачиваюсь и медленно иду к выходу. Я услышала достаточно. Держусь за перила и перебираю ноги очень медленно. Хочу выбраться отсюда как можно скорее, но физически не могу идти быстрее. Боюсь упасть с лестницы с таким головокружением.

Но на выходе из поликлиники сталкиваюсь с кем-то. Врезаюсь в грудь большому мужчине. Задумавшись, не увидела его. Смотрела себе под ноги и не заметила.

– Извините, я… – поднимаю взгляд на мужчину и замираю.

Это Вадим.

Он стоит в дверях, смотрит на меня. Лицо напряженное, губы сжаты в тонкую линию.

– Аккуратнее, не ушиблась? – спрашивает он с нескрываемой заботой, от которой мне становится тошно.