Без слов (СИ) - Февраль Алена

— ТЫ РЕШИЛ! – нетерпеливо перебиваю Войтова, — я ничего не решала. Мне твои деньги и квартира не нужны. Они мне радости и счастья не прибавляют. Забирай квартиру назад, мне тяжко в ней одной. Невыносимо.

— Звучит по-детски. Не выдумывай, — бросает Глеб и очень медленно идёт в зону кухни.

Подойдя к раковине, он наполняет чайник водой и ставит его на плиту. Руки у него при этом подрагивают и это очень заметно.

Не равнодушен! Он точно не равнодушен к моим словам.

— Чай на бумагах будем пить или на вещах, которые сброшены на столик?

Войтов резко разворачивается и я вижу как его взгляд вначале падает на стол, заваленный бумагами, а потом на столик, утопающий в ворохе одежды.

— С ума меня сведёшь, — хрипло шепчет он и быстро сокращает расстояние между нами.

— Вот зачем ты пришла? – обхватив мои щеки ладонями, продолжает Глеб, — перемолола всю мою душу и снова явилась.

— Не удержалась, — бормочу в ответ и его твердые губы таранят мой рот.

Грубый, пожирающий плоть поцелуй раскалывает мою вселенную на до и после. До упоения прятно отвечать на его поцелуй. Вкусно до мурашек. Жарко до безумия. Это случилось – я дождалась.

Охваченные безумным водоворотом чувств, мы набрасываемся друг на друга. Каждый старается утолить ту жажду, что мучала нас слишком долго. Мои руки не на секундочку не останавливаются – исследуют его тело и упиваются своей властью. Наконец-то я могу делать то, о чем столько времени мечтала.

Он тоже трогает… сжимает мою плоть, оставляя огненные следы на обнаженной коже. Задирает футболку и сжимает в ладони упругое полушарие груди. Пальцы цепляют чувствительный сосок и я мычу от наслаждения. Кажется именно этот стон становится спусковым механизмом – в следующую секунду Глеб обхватывает мои ягодицы и приподнимает дрожащее тело. Я успеваю сделать всего один вдох-выдох… и мы падаем на диван. Глеб тут же нависает надо мной и хрипло шепчет.

— И я не удержался, но видит бог я как мог старался, Софа…

Глава 36

Он целует меня целую вечность. Раздирает мои губы на части, но дальше поцелую не заходит. Я пытаюсь снять с Глеба футболку, но все старания заканчиваются тем, что он берет мои запястья в тиски своих рук, чтобы вдавить их в мягкость дивана. Несвобода дико бесит. Я хочу ласкать его голое тело, трогать…

Раздвинув ноги, я поднимаю попу и трусь пульсирующей плотью о его бедра. Из его губ вылетает стон и он легонько прикусывает мою нижнюю губу.

— Не торопись, — цедит сквозь зубы Войтов, отрываясь от моих губ.

— Хочу касаться тебя, отпусти руки.

Я чувствую как мужское тело напрягается, а потом в ухо летит хриплый шёпот.

— Отпущу и кончу через миг…

— Это плохо? – снова качнув бёдрами, спрашиваю у Войтова.

Глеб ведет языком от уха до шеи и глухо отвечает.

— Угу.

Я трусь носом о его щетину, пытаясь поймать горячие губы, но Глеб каждый раз отстраняется. Он прикусывает нежную кожу на шее, продолжая удерживать мои запястья.

— Хочу тебя, — заявляю я, нетерпеливо ёрзая под его телом, — слышишь?

Я боюсь… Мне кажется, что он снова выставляет между нами блоки.

Глеб на мгновение замирает, а потом в упор смотрит мне в глаза и очень серьезно говорит.

— Софа, я сейчас слишком возбужден и буду ни хера не аккуратен. Тебе станет больно и неприятно и…

В этот момент раздается свист закипающего чайника и Глеб приподнимается.

— Чёрт! — восклицаю я, видя как Войтов быстро поднимается с дивана и идет выключать плиту.

Недолго думая, я стаскиваю с себя брюки с футболкой и встаю с дивана. Когда мужчина оборачивается, я расстегиваю бюстгальтер. Смотрю на него с вызовом, глаза не опускаю.

Взгляд Глеба темнеет, а рот ошарашенно распахивается.

Вот так, дорогой мой Глебушка, шах и мат тебе. В следующий раз не будешь давать заднюю.

Закусив губы, я берусь за пояс черных трусиков и медленно стягиваю их с бедер. Щеки кипят, сердце вырывается из груди, но я продолжаю. Если начала, то нужно идти до конца.

Перешагнув через бельё, я медленно веду указательным пальцем по груди, постепенно спускаясь на живот. Обогнув пупок, я двигаюсь вниз… Когда мой палец касается лобка, Войтов отмирает и судорожно выдыхает.

— Пиз***ц какая ты красивая, София.

Быстрой, но не твердой походкой, он движется ко мне, а я, в прямом смысле слова, дрожу от нетерпения.

— Ты точно пожалеешь о том, что будет дальше, но силы окончательно меня оставили…

— Не пожалею, — опровергаю я его утверждение и прикрываю веки от удовольствия.

Войтов ласкает губами ключицу, пока его пальцы сжимают затвердевшие соски. Зажав в руках ткань его футболки, я тяну ее на себя и громко стону.

И вновь мой стон действует на Глеба как спусковой механизм. Он укладывает меня на диван, но сам не ложится. Я наблюдаю, как мужчина стягивает с себя футболку и тяну к нему руки. В ответ он обхватывает мои ладони и ложится сверху. В бедро упирается его каменный член и я на мгновение пугаюсь, но страх быстро сменяется наибольшим возбуждением, когда Войтов обхватывает сосок губами. Плоть бешено пульсирует и все время хочется приподнимать попу, чтобы вжаться в мужское тело как можно сильнее.

А потом ситуация резко меняется. Движения Глеба становятся интенсивнее, а ласки грубее и ненасытнее. Больно сжав бедра, он притягивает меня к себе максимально близко и проталкивает руку между моих ног. Раздвинув ноги, Войтов погружается пальцами в пульсирующую влажность и слегка надавливает. Задержав дыхание, я перевариваю свои ощущения и пытаюсь понять, что в этот момент должна делать я. Как же плохо, что у меня совсем нет опыта.

Когда Глеб отстраняется, от сожаления готова разрыдаться, но оказывается я зря расстроилась. Через несколько секунд он снова накрывает мое тело своим и я блаженно расслабляюсь, но ровно на секунду. Войтов приподнимает мои бедра и тут же в промежность упирается что-то горячее. Я приоткрываю рот, чтобы попросить Глеба не торопиться, но опаздываю. Он одновременно входит в подрагивающую плоть и накрывает мои губы своими.

Сильная, разрывающая низ живота боль будоражит тело и я пытаюсь отстраниться.

— Тшшш, — шипит мне в губы Глеб, — потерпи немного, девочка…

Новый приступ боли парализует сознание и я уже в полную силу пытаюсь оттолкнуть его.

— Остановись, — молю я и сжимаю руки в кулаки, — мне больно…

Я чувствую его шумное и быстрое дыхание, которое обжигает мне ухо и висок, и сильнее раздражаюсь. К такой боли я готова не была. Кажется, что он просто разорвет меня сейчас на части.

— Не надо, — стукнув кулаком в плечо, требуя я и тут же чувствую такую сильную боль, от которой начинает кружится голова.

Я прикрываю веки, готовясь к очередному глубокому толчку, но все резко прекращается. Глеб замирает и буквально ложится на меня. Огненная тяжесть мешает дышать и двигаться. Я ощущаю ужастный дискомфорт.

— Ты можешь выпустить меня наконец? – шиплю ему в ухо.

Войтов замирает и практически сразу приподнимается.

Глава 37

Обнаружив на бедрах кровяные разводы, я сразу ухожу в ванную комнату. Мне нужно убедиться, что «там» нет разрывов, а сделать это я смогу только наедине с собой. Стыд и страх резко охладили мозг и тело и теперь я буквально дрожу от напряжения.

Опустившись на края ванной, я ощупываю горящую плоть и с облегчением резюмирую, что снаружи ран нет. Войдя в душевую кабину, я смываю кровь и включаю воду погорячее – надо срочно унять дрожь, которая не дает расслабиться даже на секунду.

Не так я себе представляла свой первый раз, но что поделаешь время назад не отмотаешь. Знала бы я заранее к чему стремлюсь, пересмотрела бы своё поведение.

Услышав сзади хлопок двери, я замираю и выключаю воду. Обернувшись, я вижу, что в ванную комнату вошел Глеб. Нас разделяет только дверь душевой кабины, через которую он внимательно рассматривает меня.