— Тут такое дело, Милана, — откашлялся Михаил и жутко покраснел, замялся.
— Вячеслав Макарович просил передать, — взял слово его помощник. — Если вы решите покинуть дом, чтобы оставили здесь все, что было куплено на его деньги.
— Чтооо?
— Извините, Милана. Так неловко... Но шеф именно так и сказал, — пробормотал Михаил.
— Сумочку покажите...
Глава 37
Милана
— Показать сумочку? А раздеться догола не нужно? Совсем охренели!
Я сорвала браслет и дорогие сережки, подаренные Славой, бросив их в дорожную пыль.
— Значит так, вы... двое... Вы мне никто, ясно? Если сейчас же с дороги не отойдете, позвоню в полицию и напишу заявление о домогательствах. А своему ублюдку-боссу передайте, что все верну. Почтой. Или деньгами вышлю! — рыкнула. — Ну? Так и будете стоять, как будто в штаны наложили?
Пристыженные мужчины переглянулись.
— Ты как хочешь, а я... Я на такое говно не подписывался. Я водитель, а не щемила какой-то. Я в этом не участвую! — заявил Михаил. — Дай девушке пройти.
— Шеф сказал...
— Мало ли что он сказал? Если мужик, пусть своими руками разбирается, а не чужими. Хочешь поспорить? Вперед! — махнул Михаил, заступившись за меня.
Видно, совсем ему было совестно исполнять такой дебильный и бессовестный приказ Славы, будто бы он просто сошел с ума. Может быть, Стеша ему не только кишечную палочку в воде развела, но и психотропные какие-то? Господи, если так подумать, то Слава находился в опасности. Такая наглая беспринципная гадина, охочая только до денег, могла ради них пойти на все. Славе бы стоило призадуматься, кого он поддерживал. Впрочем, это уже не мое дело! Хватит...
Такси еще раз настойчиво просигналил. Я села на заднее сиденье и проводила дом взглядом, который замутился от слез. Мне кажется, невозможно привыкнуть к такому: когда теряешь дорогое и ценное, будто бы кусочка души навсегда лишаешься. Безумно тяжело... Столько всего так осталось хорошего, но в последнее время осталось лишь дурное, и ситуация становится все хуже и хуже. Просвета не видно.
Вообще!
***
До дома подруги удалось добраться без приключений, и только там дала волю горьким слезам. Подруга слушала, округлив глаза от ужаса.
— Милана! — ахнула она, прижав ладонь ко рту. — Это больше похоже на какой-то ужасный фильм, чем на реальность. Неужели Слава мог настолько ожесточиться? Что за тесты такие?
— Стешины тесты я вообще в расчет не беру, но Слава делал тест сам, без моего ведома. Повторный мы сделали вместе. Они оба показали, что Марианна — не дочь Славы. А я... Я в то время ни с кем не была, клянусь. Он был моим единственным, я и лечилась в клинике, чтобы забеременеть!
— А тот мужчина, помнишь? — подсказала подруга. — Клиент настойчивый.
— Зой, говорю же.. Не было у меня на тот момент ничего. Ни с кем. Я забеременела от Славы.
— Тогда я не знаю! — схватилась за голову подруга. — Может быть, Стеша персонал подкупила? Как думаешь... Возможен такой вариант событий?
— Ох, она, конечно, тварь еще та... Но, честно говоря, я даже не знаю. Может быть, Слава проболтался ей, и она подсуетилась? — уточнила я. — Впрочем, это неважно.
— Как это неважно? Тебя оклеветали...
— Нет, Зой. Хуже. Муж меня предал. Он потребовал, чтобы я все ему вернула и даже людишек подослал, которые меня едва ли не обыскивать собрались.
— Ужас какой. Наш Славка? Даже не верится. И что ты будешь делать?
— У меня осталось немного накоплений. Копейки сущие. Пособие, декретные. Слава царски кивал, мол, эти деньги — только твои, обеспечивал всем, не экономил. Я и не трогала. Верну ему все... Все до последних трусов, что куплены на его деньги. Пусть прямо на работу ему посылку доставят, позорище!
— Знаешь, будь ты немного позубастее, такой бы кипиш ему устроила! На всю страну бы обгадился...
— Вот только я не хочу черного пиара, Зой. Я хочу просто покоя. И все... Обнять доченьку, поцеловать и забыть о дурном. Хочу поверить, что все наладится. О Славе ничего слышать не желаю. С этого дня у меня нет мужа, а у Марианны нет папы. Точка.
***
В тот день, несмотря на ужасные события, я долго не могла уснуть. Дочка вовсю сопела, даже на новом месте, а я просто ворочалась с боку на бок. В голове крутилось все без конца. Еще и Слава пытался звонить и писать. Я заблокировала его контакт и не отвечала на звонки с других номеров, чистила переписки, удаляя попытки Славы связаться со мной хотя бы так.
Не сразу, но я заметила сообщение от Тимофея. Оказывается, оно пришло еще вчера, и утром тоже было послание, но я была так занята, загружена проблемами‚ что не увидела этого ранее. Просто не заглядывала в чат. Сейчас открыла. Какая, к черту, разница... Мне просто нечего уже было терять. И хотелось выяснить, причастен ли Тимофей к травле...
“Привет, Милана. Даже зная, что ты, может быть, не захочешь со мной говорить, все равно тебе пишу. Мы можем поговорить? Мне есть что сказать... Назначь время и место. Все на твоих условиях. Я сам не свой из-за того, что творится вокруг тебя и Марианны..."
Глава 38
Я назначила Тимофею встречу в детском центре. Гуляла там с Марианной, потом заглянули в кафе. Быстрая еда, мамочки с малышами, семейные посиделки, гул детских голосов... Абсолютно не то место, которое можно было бы выбрать для встречи с мужчиной, с которым в прошлом была связь. А сейчас что? Кто он для меня вообще? Просто ошибка, интрижка из прошлого? Если все так, то почему связь не оборвалась? Все всколыхнулось спустя несколько лет после расставания и никак не уходило, сидело в сердце занозой.
— Привет, Милана! Привет, конфета, — обратился Тимофей к дочери.
— Привет, не называй так дочку, прошу, — отозвалась я, вспомнив, как Слава любил называть Марианну.
— Как скажешь, — легко согласился мужчина.
Он встал, отодвинул для меня стул, взял высокий детский стульчик.
— Прыгай сюда, — показал Марианне Сергеев.
Дочка, разыгравшаяся на игровой площадке, радостно начала прыгать. Тимофей подхватил ее и посадил на стульчик, взял для нас меню. По едва уловимым жестам, движениям рук я поняла, что он нервничал не меньше меня самой. У меня же в горле пересыхало каждый раз, когда он на меня смотрел. Сердце билось быстрее... Несмотря на разрыв с мужем, его раздражающие попытки дозвонится и бесконечные переживания, в моем сердце нашлось место и для других мыслей.
Мы выбрали, что поесть, дочка начала размазывать картофельное пюре по тарелке, не желая его есть, зато котлету уплетала с удовольствием.
— Нет, Мари, ты не конфета. Ты котлета, самая симпатичная котлета, — рассмеялся Тимофей.
Я улыбнулась от всего сердца, на душе посветлело немного. Но мы же пришли сюда не просто так, да?
— Как у тебя дела? — осторожно поинтересовался Тимофей.
— Не знаю, что и ответить. Скорее всего, с избитым статусом "Все сложно!".
— Я видел, читал. Чувствую себя виноватым, — признался мужчина.
Я помешивала лимонад со льдом трубочкой в высоком стакане, иногда отпивая по крошечному глотку прохладный напиток. Услышав слова Тимофея‚ я насторожилась, чувствуя подвох в его словах. Признаться, к этому моменту я была настолько измотана событиями последних дней, что была готова ко всему — отрицательному, со знаком минус!
Ничего хорошего от слов Тимофея я не ждала, сказав:
— Слава тоже намекнул мне на это, — рассмеялась, вспомнив, как муж обвинил меня в сливе каких-то данных любовнику.
Данные, которых не было. Любовнику, который не существовал.
— Зачем ты пришел? — спросила я. — Почему не оставишь нас в покое? Ваши игры со Славой, состязания кто круче, меня совершенно не интересуют, не трогают!
