Скрипка. Будь моей (СИ) - Хеппи Катя

- Кто этот парень, для которого ты так стараешься? - задал я самый важный для себя вопрос.

- Человек, которому я обязана жизнью. Полгода назад я могла погибнуть. Сеня спас меня, но пострадал сам. Ему требуются несколько пластических операций по пересадке кожи и сложная операция по восстановлению подвижности правой руки.

- Я так понимаю, муж отказал и поэтому ты пришла к нам?

Белова промолчала, но я и без её слов сложил дважды два и на небеса вознесся от очевидного облегчения.

- Не любит эта тварь никого… - тараторил разум.

А малахольное сердце поправило:

- Не любит никого другого.

Я вот я снова нормальный человек, а не долбанат, который еще минуту назад готов был бесконтрольно крушить все вокруг, ломать кости и выбивать зубы только за то, что усомнился в своей правоте.

Я снова пылаю ненависть, а не ревностью.

Моя жизнь снова подвластна мне. Моя и ее…

Так что держись, Скрипка! Пощады не будет…

- Белова, зачем этот благотворительный концерт “Опасным”? В чем выгода? - раскручивая я происходящее по своему сценарию.

Ну, какой же кайф выгибать эту бесячую выскочку под себя… Пусть пока только ментально.

- Пиар… Привлечение к творчеству группы благотворительные фонды… - мямлила девчонка, явно понимая, что это все не убедит меня. Поэтому быстро замолчала, сглотнула и озвучила более весомый аргумент. - После концерта я навсегда уйду из “Опасных”.

Я не обращал внимания на улюлюканье парней, потому что максимально прислушивался к звуку внутри себя. Скрежетало где-то за ребрами в районе сердца. Так настойчиво, нещадно, что пришлось прижать руки к груди, чтобы заглушить непрошеное проявление чувств, отличных от ненависти.

Не сразу понял, что остался один на один со Скрипкой. Получив одобрение, она выставила парней и теперь вплотную взялась за меня.

- Дан, пожалуйста. Короткий концерт - и ты избавишься от меня, а еще и докажешь всем, что был прав, что я действительно корыстная тварь, согласная на все ради денег.

- Заманчиво, но мало, - резанул я, а она меня в ответ:

- Проси больше. Я согласна на все.

- Я хочу сломать тебя…

Глава 32

Дан

Секс-игрушка. Одна штука. Доставить по адресу гостиница “Везувий”, ул. Островского 29, номер 517.

Нажал отправить, но стоило только в мессенджере появиться сообщению с коротким ответом “заказ в пути” и меня бомбануло.

Я действительно собираюсь это сделать.

Впился глазами в свое отражение в большом гостиничном зеркале и трехэтажно выматерился, потому что видел там не только извращенца, который собирался поиметь девчонку, но и морального урода, которому необходимо было сделать это максимально гадко.

В венах бурлил яд, подпитываемый деструктивной злобой. Я, твою мать, злился… Только в этот раз на себя. Отчетливо так хотелось припечатать себя хуком в челюсть за этот мерзопакостный план, который я восторженно называл билетом в новую жизнь. Знал, если я выжму из себя все, что запланировал, то навсегда отрежу путь назад.

Хотел ли я этого?

Очень…

Потому что не вывозил больше эту ненависть.

Не мог скрыть страсть, с которой мои глаза впивались в образ этой гадины.

Не справлялся с восхищением, которое обуревало мной, когда я видел название группы на верхних строчках музыкальных чартов. Понимал, что слава “Dangerous” - это полностью заслуга Скрипки.

Я, блядь, чувствовал, что становлюсь счастливым, но это не могло произойти…

Только не из-за неё…

Я Чёрная Пантера. Я звезда. Я не мог довольствоваться малым. Неужели мне достаточно того, что она рядом, что изредка говорит со мной, что улыбается?

Нет!

И я должен был убедиться в этом. Я должен был вышвырнуть из своей жизни Белову и только тогда по-настоящему ощутить вкус счастья и свободы. Хотя Скрипка как энцефалитный клещ, её мало извлечь, от неё надо обеззаразиться. Жёстко, практично и по всем фронтам. Чтобы никогда больше… Чтобы без просвета покрыть толстым слоем пыльного пепла и черной гари когда-то чистые и нежные чувства.

Расплылся в извращенной улыбке, которую собирался намертво приклеить к своим губам на все время, пока буду ломать Скрипку.

Завтра благотворительный концерт, а значит, сегодня последний день, когда Энн - наш менеджер. А ещё последний срок рассчитаться с долгами. Белова должна оплатить своим телом мой завтрашний выход на сцену.

Вот только мне как всегда мало того, что мне даёт Скрипка…

Я замахнулся на большее. Ведь месть никто не отменял.

Стук в дверь и я самодовольно рассмеялся, планирую отжечь напоследок.

- Ты рано… - выпали я, отвлекая себя от обгладывания образа Скрипки.

Волосы собраны в пучок, оголяя длинную, тонкую шею, которую хотелось вдоль и поперёк усеять засосами. Впалые уставшие глаза, искусанные губы, бледные острые скулы. Широкие джинсы-бойфренды и мешковатая белая футболка.

- Не смогла больше ждать, - явно нервничая, затараторила Белова. - Время слишком медленно тянулось. А занять себя каким-нибудь делом не вышло.

- Нужно было потратить время на приведения себя в порядок. Платье, каблуки, макияж, прическа… - брезгливо прищурился я, не отказывая себе в удовольствии уколоть Скрипку с дверей.

- Спасибо за совет. Я буду знать на будущее, - заметно стушевалось, но на удивление быстро нашлась девушка. - В следующий раз…

- Не будет никакого следующего раза, Скрипка! - прикрикнул я, возможно, слишком резко, но все только потому, что хотел, чтобы до её замшелых мозгов дошло - она на разок.

- Не волнуйся так, Дан… Я имела в виду просто следующий раз и совсем не подразумевала, что он будет с тобой.

Сука!

Нехило так она качнула моё душевное равновесие.

А я её в ответ…

Не для романтики ведь собрались.

- Раздевайся…

На лице мгновенно отразился страх, и глаза забегали в панике. А я забористо так поперся от такой многословной реакции.

О да, Энн! Получай!

Она знала, зачем идёт ко мне, но все равно ждала другого…

Самонадеянная тварь.

Я не поплыву от дешёвой шлюхи. Эта ночь - финальный свисток, а не игровой момент. После нее не будет ничего, даже оговорки в виде “до встречи”. Неопровержимое “прощай” без права на пересмотр дела.

- Дан, я бы хотела кое-что сказать… Прояснить... Знаю, что это уже ничего не изменит между нами и, наверно, совершенно не имеет никакого значения для тебя… Но мне это важно… - начала вещать свой тупой бред Скрипка, а я уставился на неё недоумевая. Она в реале дура, если все ещё надеется воскресить любовь. Но это её права больно разбиваться о реальность, в которой единственное возможное чувство между нами - это ненависть. - Сегодня утром я была в суде… Дан, я больше не…

- Скрипка, мне насрать на твой распорядок дня, а завтра и тебя уже не будет волновать мой. Ты наконец-то свались из “Dangerous”, а заодно и из моей жизни. И если тебе вдруг показалось, что ты можешь каким-то образом задержаться в ней, то ты ошиблась. Не отнимай мое время бесполезными объяснениями. Раздевайся… - безразлично отрапортовал я, а потом и вообще зафиналил всевозможные разговоры. - Молча. Побереги гланды, они сегодня будут и так саднить.

Её так дико потряхивало, что даже мне становилось страшно.

- Можно я выключу свет? - спасаясь, попросила она.

- Нет, - кинул я, изо всех сил пытаясь держать покерфейс.

Блядь, я видел, как она судорожно набрала воздуха, как приоткрыла губы, но не смогла вымолвить ни слова. Покорно опустила голову, передернула напряженными плечами, сжала, но почти тут же разжала кулаки и потянулась к пуговице на штанах. Стянула их с ног вместе с кроссовками и гольфами, а затем несмело распрямилась во весь рост.

Поджатые пальцы на ногах, рубцы на ступнях и лодыжках, худенькие коленки.

Не знаю, каким чудом мне удалось заглушить стон сочувствия, рвавшийся наружу. Ошалелое сердце своим скачем больно теснило всю грудину, лишало ясности ума. Глаза застыли на ее бёдрах, боясь подняться выше. А когда её пальчики ухватили край футболки и потянули вверх, разряд тока влупил куда-то в область солнечного сплетения. Так размашисто, что меня повело. Пришлось присесть на край кровати и, оправдывая свое смятение, приказать: