Комната с видом на лето - Скотт Элиза Дж.

– Доброе утро, мистер Харт! – Флорри широко улыбнулась мужчине, снимая берет, ее волосы тут же встали дыбом, подчиняясь статическому электричеству. Приглаживать их было бесполезно, поэтому она размотала шарф и сняла пальто. – О, вкуснятина! Они выглядят восхитительно! Я просто умираю с голоду, свежий воздух всегда пробуждает зверский аппетит, а сегодня утром выпечка окажется особенно вкусной, уверена, – беззаботно щебетала она, изо всех сил стараясь выбросить из головы разговор с красивым незнакомцем.

Пришлось пообещать себе все обдумать позже, причем очень серьезно.

Как и каждое рабочее утро, мистер Харт приготовил завтрак для себя и Флорри, заказав свежую выпечку из «Пекарни на набережной», расположенной двумя домами дальше. Со вторника по субботу на завтрак были тосты или пухлые сконы со сливочным маслом, клубничным вареньем или мармеладом, но по понедельникам мистер Харт всегда баловал их круассанами и шоколадными эклерами – это был его способ создать яркое начало рабочей недели. Книжный магазин открывался в половине десятого, и у Флорри вошло в привычку приходить на час раньше, чтобы вместе насладиться неторопливым завтраком, запивая его большим количеством чая и обсуждая планы на день. А иногда – когда Флорри чувствовала себя достаточно храброй – свои идеи по обновлению книжного магазина. Конечно, предложения обычно отклонялись, но это не останавливало ее от новых попыток.

– Рад слышать, что у тебя есть аппетит, тебе не помешало бы набрать еще несколько килограммов, ты ведь легче воробья. И, судя по румянцу на твоих щеках, полагаю, ты проехала на велосипеде через полгорода, чтобы добраться сюда.

Мистер Харт усмехнулся, и его темно-синие глаза сверкнули.

Флорри улыбнулась и отошла повесить пальто. Герти, привыкшая к четкому распорядку дня, устроилась у маленькой пузатой печки в углу, не сводя глаз с выпечки на столе.

– Мистер Харт, вы прекрасно знаете, что я и дня не могу прожить без того, чтобы не полюбоваться видом на променад. И прокатиться на велосипеде, первым делом с утра, пока город только просыпается, – это совсем не сложно. Усилия стоят тех десяти минут, которые я потратила на поездку. Не думаю, что мне когда-нибудь надоест смотреть на Торнклифф.

– Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. – Он снял очки и вздохнул. – Моя Дина говорила об этом с такой же нежностью, как и ты. Она тоже не могла прожить и дня, чтобы не полюбоваться видами. Раньше я чувствовал то же самое, но сейчас не могу заставить себя даже мельком взглянуть.

Сердце Флорри сжалось от грусти, прозвучавшей в голосе мистера Харта. Два года назад, когда ему исполнилось восемьдесят четыре, он потерял жену. За год до своей кончины она перенесла инсульт и стала все чаще передвигаться в инвалидном кресле. Каждый день мистер Харт вывозил ее на верхнюю набережную, где они сидели и наслаждались хорошей погодой, потягивая кофе из «Вороньего гнезда» и наблюдая за лодками и серфингистами.

Флорри слегка улыбнулась и направилась к столу, на ходу расправляя поверх черных узких джинсов бруснично-красный свитер с круглым вырезом. Она долила чаю в кружку мистера Харта, прежде чем налить себе.

– В этих местах есть что-то такое, что пробирает до глубины души. Честно говоря, я бы не смог жить где-то еще. Эх, вот бы и юный Эдвард чувствовал то же самое. Я был бы очень рад, если бы он переехал жить сюда. Непохоже, чтобы он обосновался в Лондоне надолго.

– Да?

Флорри поправила очки на носу. Сколько она себя помнила, мистер Харт не был особо близок со своим сыном Питером, невесткой Сюзанной и, увы, внуком Эдвардом, которому уже исполнилось тридцать четыре. Она не знала всех подробностей, но догадывалась, что это как-то связано с жуткой ссорой между мистером Хартом и Питером из-за книжного магазина. Хотя ни мистер, ни миссис Харт почти не говорили об этом, она была уверена, что это причинило им огромную боль. Особенно потому, что лишило возможности общаться со своим единственным внуком, который в то время был маленьким мальчиком. Никто не был удивлен больше, чем она, когда шесть месяцев назад ни с того ни с сего мистер Харт получил письмо от Эдварда. Внук каким-то образом разыскал его и заявил, что очень хочет навести мосты и поближе познакомиться со своим дедом. Мистер Харт был в восторге и, не теряя ни минуты, помчался в Лондон повидаться с внуком. С тех пор он несколько раз навещал его и каждый раз возвращался полным энтузиазма и желания жить.

У Флорри теплело на сердце, когда она видела, каким счастливым выглядит ее босс. Но в глубине души она чувствовала, что воссоединение может быть недолгим, особенно если вмешаются родители Эдварда. Она держала эти мысли при себе, надеясь, что внезапно появившийся внук не подведет своего любящего дедушку.

Мистер Харт взял открытку с верха стопки и помахал ею перед Флорри:

– Вот что он мне прислал. – Старик надел очки.

– Ух ты.

– Да, и, судя по обилию почтовых штемпелей, открытка шла сюда довольно долго. В любом случае бедный мальчик так занят, что у него не было времени позвонить или отправить сообщение. Он слишком много работает. Все дни и ночи, что посылает ему Господь.

Флорри постаралась скрыть сомнения, которые начали зарождаться у нее еще до того, как мистер Харт заговорил. Старик знал ее всю жизнь, и, поскольку она с тринадцати лет работала на него и миссис Харт, он мог читать ее, как книги, которые стояли на полках его магазина. Но ее все равно беспокоило, что Эдварда, похоже, стали меньше интересовать недавно восстановленные отношения с дедушкой. Это разбило бы мистеру Харту сердце.

– И, читая между строк… – старик сделал паузу, внимательно изучая открытку, – …хм, я думаю, юный Эдвард чувствует себя одиноким. Да, он одинок, именно такое ощущение у меня возникает. Эдвард совсем один, и это ужасно несправедливо по отношению к такому замечательному молодому человеку, как он.

– Одинок?

Флорри сделала глоток чая и посмотрела на босса поверх кружки, ее очки запотели. Она не понимала, как он мог сделать такой вывод, исходя из нескольких слов на открытке.

– Да, не спрашивай меня, почему я так считаю. Назовем это дедовской интуицией. – Мистер Харт нахмурился, глядя на открытку, и поджал губы. – Может быть, мне стоит пригласить его пожить у нас некоторое время. Он мог бы немного отдохнуть. Как ты думаешь?

– Думаю, это отличная идея. Я уверена, что он ухватится за возможность провести с вами время.

Флорри улыбнулась старику, стараясь вложить в улыбку как можно больше энтузиазма, чтобы скрыть собственные сомнения. При мысли о том, что мистер Харт может разочароваться во внуке, у нее защемило сердце.

Он усмехнулся, и его слезящиеся глаза заблестели.

– Что ж, похоже, ты так же, как и я, взволнована перспективой его приезда в Миклвик-Бей.

– Что? Вот еще! Просто я знаю, как много значит его приезд для вас. Вы могли бы взять отпуск на несколько дней, чтобы вместе наверстать упущенное. И вам отдых тоже пошел бы на пользу.

Флорри надеялась, что ее слов будет достаточно, чтобы он перестал думать о глупостях. С тех пор как мистер Харт заново познакомился с Эдвардом, он регулярно высказывался о том, что, по его мнению, Флорри и его внук стали бы «прекрасной парой».

– Да, ты права. Если подумать, несколько дней прогулок с юным Эдвардом были бы просто чудесными. А ты могла бы показать ему город, не так ли? Возьмешь его под свою опеку? Пригласишь посидеть с этой твоей веселой компанией?

Флорри едва не поперхнулась чаем. Да он, должно быть, шутит! Чувствуя, что мистер Харт наблюдает за ней, она взяла себя в руки.

– Мм… ну… Я полагаю, что да… Да.

Она неловко заерзала на стуле.

– Великолепно! Ему пойдет на пользу свежий морской воздух. Он слишком много времени проводит в помещении, рисуя или чем он там теперь занимается. – Мистер Харт выпрямился. – Пара недель здесь, в Северном Йоркшире, подействовала бы на него, как порция тонизирующего снадобья.

«И для вас это тоже стало бы тонизирующим снадобьем», – подумала Флорри, с нежностью глядя, как на щеки старика возвращается румянец.