— Я бы где угодно узнала маленькую Клару. Ох, милая, мне так жаль, что ты пережила такую утрату. Мы с твоей мамой бесконечно говорили о тебе. Она так тобой гордилась!
Она крепко обнимает меня, всхлипывая мне в плечо и окутывая густым облаком духов с ароматом лаванды.
Дейтон всё ещё стоит рядом.
Его лицо каменное, лишённое эмоций.
Я ни разу не видела, чтобы он пролил хоть одну слезу после смерти своего отца.
Я обнимаю женщину крепче.
— Я была её новой соседкой. Она была так рада устроить вам обоим сюрприз с домом.
Она поворачивается к Дейтону.
— А ты, должно быть, Рассел-младший.
— Да, это Рассел-младший, — быстро добавляю я, прежде чем он успевает её поправить.
Он бросает на меня ледяной взгляд, но протягивает женщине руку.
— Да, мэм. Вы сказали — новая соседка?
Я пропустила эту часть, потому что слишком сосредоточилась на «Расселе-младшем».
Поворачиваюсь к женщине.
Она кивает и промакивает глаза салфеткой.
— Да, соседка слева от их дома на Санрайз-Бич. Это должен был быть прекрасный сюрприз.
Мы с Дейтоном смотрим на неё, а затем переглядываемся.
По выражению его лица ясно, что о переезде он тоже ничего не знал.
Она обнимает нас обоих своими короткими руками, вынуждая меня практически прижаться к руке Дейтона. Я чувствую запах его одеколона и тепло его тела.
Он напрягается.
— Я рада, что вы двое будете моими соседями, и обещаю помогать вам во всём, что понадобится в это тяжёлое время! Ваши мама и папа не хотели бы, чтобы вы грустили вечно. Они хотели бы, чтобы вы жили дальше. Послезавтра с самого утра я принесу вам запеканку и десерт, слышите? Все «Пчёлки» пришлют вам что-нибудь — Гленда, Бёрди и Присцилла. Мы заботимся об этом острове.
Наконец она отпускает нас, и мы оба выдыхаем.
— Спасибо, миссис...
— Дженьюари Джексон! Просто зовите меня Дженьюари. Как месяц.
Она похлопывает меня по руке, затем Дейтона и идёт дальше.
Только тогда я замечаю, что начала выстраиваться очередь.
Я смотрю на Дейтона, наполовину ожидая, что он оставит меня и перейдёт к гробам, как собирался сделать, когда мы всё планировали.
Но он не уходит.
Весь вечер он остаётся рядом со мной.
Глава 3
Саммер
К счастью, офис исполнителя завещания находится в Коконат-Бич, так что нам не приходится никуда лететь.
Коконат-Бич — остров у южной части Флориды. Популярное место среди состоятельных людей, которые держат здесь свои вторые или третьи дома и приезжают в них три-четыре раза в год. Перелёт из Нью-Йорка занимает чуть больше четырёх часов, плюс ещё двадцатиминутный перелёт на гидросамолёте.
Блестящий безликий интерьер так и кричит о Дейтоне — он бы чувствовал себя здесь как дома. Я уже начинаю жалеть о своих кожаных сандалиях и двух маленьких косичках у лица, когда вижу у стойки администратора женщину в юбке-карандаше.
— Сюда, мисс Салливан. Мистер Уолш уже готов вас принять.
Она подводит меня к двери кабинета, коротко стучит и открывает ту.
Разумеется, Дейтон пришёл заранее. Наверное, ещё и помогал им открывать офис. Сегодня он одет чуть менее официально — коричневые брюки и бежевая льняная рубашка на пуговицах с закатанными до локтей рукавами. Волосы по-прежнему зачёсаны назад, как у старомодного Супермена.
«Может, они не такие уж короткие».
Я не до конца понимаю, как мы относимся друг к другу. После поминок, где он ни разу не отошёл от меня, я не знала, чего ожидать на похоронах. Но там он вёл себя точно так же. Однако даже когда я рыдала навзрыд, пока гробы опускали в землю, он не предложил мне ни плеча, ни носового платка. И я до сих пор не видела, чтобы он пролил хотя бы одну слезу.
Исполнитель завещания улыбается мне и поднимается из-за массивного письменного стола из красного дерева. Протягивает руку. Я пожимаю и сажусь на место, которое он мне показывает.
— Очень приятно познакомиться, хотя, конечно, обстоятельства не самые лучшие. Однако, думаю, вам с вашим братом будет приятно услышать то, что я должен сообщить относительно имущества ваших родителей.
— Сводным братом.
— Сводной сестрой.
Произносим мы одновременно.
Мистер Уолш переводит взгляд с меня на Дейтона, хмурится и кивает.
— Да, конечно, — он садится, перелистывает бумаги на столе. — Ваши родители, Рассел и Клара, обновили завещание в течение последнего года. Они указали вас обоих наследниками всего имущества в равных долях — пятьдесят на пятьдесят. Личные вещи должны быть переданы каждому из их кровных детей.
Он прочищает горло, переплетает пальцы и опирается локтями о стол, поочерёдно глядя сначала на меня, затем на Дейтона.
— Следующая часть немного сложнее и довольно необычна. Вам необходимо совместно принять решение относительно дома, который является самым ценным активом. Ваши родители продали дом, которым владели много лет, совсем недавно и приобрели пляжное бунгало прямо у воды на Санрайз-Бич. Хотя слово «бунгало» звучит скромно. На самом деле это довольно большой дом на очень дорогом участке в том же районе. У вас есть один год, чтобы решить — ликвидировать всё имущество либо сохранить дом как объект аренды и делить прибыль пополам. Либо использовать его так, как сочтёте нужным, если сможете договориться. Например, один из вас может жить там и выплачивать другому определённую сумму аренды. Или вы можете договориться пользоваться домом по шесть месяцев в году и так далее. Ваши родители, похоже, предполагали, что вы можете не прийти к соглашению. Поэтому, если через год решение не будет принято, дом придётся продать, а прибыль от продажи разделить поровну.
— Мы его продадим, — говорит Дейтон.
Я резко поворачиваюсь к нему, ошеломлённая тем, что он только что объявил наше решение, даже не спросив моего мнения.
— Прошу прощения? Вот так просто? Ты хочешь продать их дом, даже не посмотрев на него и ничего не обсудив?
Он развалился в кресле, широко расставив ноги и откинувшись назад с расслабленным видом, будто мы обсуждаем любимые вкусы мороженого, а не всё имущество наших родителей после их трагической смерти.
Дейтон поворачивает голову ко мне.
— Да, я хочу выставить его на продажу. Нет, здесь нечего обсуждать.
После чего снова смотрит на мистера Уолша.
«Какого чёрта?»
«Ему вообще на всё наплевать. У него хоть душа есть?»
Я перестаю сверлить Дейтона взглядом и обращаюсь к мистеру Уолшу. Желудок неприятно сжимается.
— Дом находится в довольно плохом состоянии, но они уже отремонтировали студию в задней части участка и собирались жить там, пока шёл ремонт основного дома. Как объект аренды он может приносить очень серьёзный доход. Миллиардеры из Нью-Йорка постоянно приезжают сюда отдыхать и готовы платить огромные деньги за аренду такого места, возможно, даже на длительный срок. Стоимость земли будет только расти с каждым годом.
Я снова поворачиваюсь к Дейтону.
— Ты знал?
Он игнорирует мой вопрос.
— Не понимаю, что это меняет. Мы всё равно избавимся от него.
Мистер Уолш переводит взгляд с меня на Дейтона. Откинувшись в кожаном кресле, проводит рукой по густым седым волосам.
— Я помогу вам с любым решением, которое вы примете. Но я бы не советовал выставлять дом на продажу в его нынешнем состоянии. Коупленды приобрели его через процедуру короткой продажи. Они больше года ждали получения всех разрешений, заранее выделили средства на ремонт и наняли команду во главе с известным застройщиком и очень востребованным архитектором. Если вы продадите дом сейчас, то откажетесь от потенциальной прибыли в несколько миллионов долларов. По крайней мере, поговорите с риелтором, прежде чем принимать решение. В любом случае вам придётся договориться, поскольку в свидетельстве о собственности будут указаны оба ваших имени.
Упоминание возможных миллионов заставляет Дейтона замолчать.
