В стене сияет потрясающее витражное окно с изображением маяка.
В задней части дома находится просторная гостиная. Потолок плавно поднимается вверх сводом, отделан деревянными панелями и массивными балками. В центре его высота — примерно три с половиной метра. Некоторые участки потемнели от времени и, возможно, плесени.
Я ничего не понимаю в ремонте домов, но даже мне ясно — проект огромный и очень дорогой.
Деревянный пол поскрипывает под ногами, пока я подхожу к задней стене окон и смотрю на океан.
Меня охватывает тонкое, но всепоглощающее чувство покоя.
Вдалеке виднеется парусник, а дальше — только бесконечная синяя гладь Атлантического океана. Пальмы на заднем дворе обрамляют песчаный берег, словно произведение искусства.
Я мгновенно понимаю, почему мама выбрала именно этот старый дом.
Я отодвигаю стеклянную дверь и сразу слышу ритмичный шум волн, разбивающихся о камни и песок.
Я даже не замечаю, что плачу, пока солёный бриз не охлаждает мокрые дорожки на щеках.
Словно я чувствую её здесь.
Словно её дух всё ещё живёт в этом доме.
Я обнимаю себя руками и выдыхаю.
— Это была её мечта, — шепчу я.
Она всегда мечтала жить у моря, просыпаться от запаха свежесваренного кофе и солёной воды.
Рядом возникает чьё-то присутствие, и я улавливаю аромат сандала и бурбона.
Он выдыхает.
— Это место продадут за целое состояние.
«Грёбаный».
«Придурок».
Глава 4
Саммер
— Представьте себе высокомерного, бессердечного, эгоцентричного психа. Он ненавидит радость. Ненавидит смех. Ненавидит веселье. Ненавидит сахар. Что это вообще за человек, который ненавидит сахар?
Саванна и Аксель уже полчаса слушают мои жалобы на сводного брата-демона.
Мистер Акана без конца рассказывал о потенциале дома, строительных планах и о мечте моей мамы и Рассела сделать нам сюрприз, полностью отремонтировав недвижимость к следующему лету. Всё это время Дейтон мысленно подсчитывал цифры. Он попросил показать ему финансовый план и организовать встречу со строителем. Наверняка прямо сейчас мечтает о том, как деньги от продажи поступают на его счета прямым переводом, и присматривает себе новый «Ролекс».
— Я уверена, он попытается держать меня в стороне от всего происходящего, но адвокат очень ясно дал ему понять, что всё будет поделено пятьдесят на пятьдесят. Мы должны либо оба согласиться на продажу, либо через год нас заставят это сделать.
Саванна вонзает пластиковую ложечку в свой десерт и подносит ко рту красную ледяную стружку.
— То есть технически ты могла бы наслаждаться этим местом несколько месяцев после завершения ремонта, прежде чем он смог бы заставить тебя продать его?
Я киваю и откусываю ещё ложку своего бананового десерта. На дне — кокосовое мороженое. Волны разбиваются о берег в парке Санрайз-Бич, где мы провели весь день.
— Я имею в виду, о каких деньгах вообще идёт речь, детка? Ты уверена, что продавать сейчас — не самый правильный вариант? Ты ведь живёшь в Калифорнии, а не здесь.
Загорелый лоб Акселя нахмурен.
Почему-то мне пока не хочется обсуждать цифры ни с одним из них. У меня никогда не было много денег, даже когда я жила дома с Расселом и мамой. Мы всегда жили вполне комфортно, но мама никогда не транжирила. Новость о том, что они купили дом на берегу океана в Коконат-Бич, шокировала меня. Я даже не подозревала, что у них есть такие деньги. Они много путешествовали, но мама никогда не носила дизайнерские сумки и не ездила на роскошных автомобилях.
— Пока я не знаю конкретных сумм. Сначала нужно поговорить со строителем и посмотреть финансовые расчёты.
Аксель кивает.
Саванна всё ещё о чём-то напряжённо думает, но не озвучивает свои мысли.
Я выдыхаю и вытягиваю руки над головой, пытаясь снять напряжение с плеч.
— Да какая разница. В любом случае сейчас я застряла здесь и должна разобраться со всем. Знаю, что завтра вам обоим уже нужно возвращаться домой, так что давайте хотя бы сегодня вечером проведём время как следует!

Бар под открытым небом в тики-стиле2, куда я раньше пробиралась тайком, выходит прямо на пирс. Теперь мне больше не нужен поддельный паспорт, чтобы попасть в «Коктейли и хаос», но я всё так же обожаю коктейль «Секс на пляже» от бармена Кэла — он чертовски крепкий.
Вдалеке среди облаков назревает гроза.
Мы втроём занимаем столик у перил, откуда видно солнце, уже готовое скрыться за горизонтом.
К нашему столу подходит темноволосая официантка.
— Здравствуйте. Что будете заказывать?
Когда я поднимаю на неё взгляд, мы обе расплываемся в улыбках.
— Марина!
— Саммер! Боже, какая ты красавица! — она крепко обнимает меня. — Я слышала про твою маму. Мне так жаль.
Я киваю и отстраняюсь, потому что, если отвечу словами, то снова расплачусь.
Часть меня хочет сейчас лежать дома в постели, утопая в горе и поедая ведра мороженого.
Другая часть отчаянно нуждается в людях рядом, лишь бы не оставаться одной и не думать о зияющей дыре, оставшейся в моей жизни.
— Это мой парень Аксель и моя лучшая подруга Саванна.
Мои спутники здороваются с Мариной и пожимают руки.
— Очень приятно познакомиться. Давайте сначала приму ваш заказ и заказ того нового столика вон там, а потом уже наверстаем всё, что произошло с тех пор, как мы виделись в последний раз.
Я киваю и заказываю «Секс на пляже». Саванна берёт то же самое, а Аксель — «Маргариту».
Я поворачиваюсь к воде, всё ещё борясь со слезами, которые так и норовят пролиться.
«Мне нужно отвлечься».
Словно отвечая на мою молитву, у входа в бар поднимается шум.
Я поворачиваюсь посмотреть, что происходит, и мой желудок тут же проваливается куда-то вниз, когда в поле зрения появляется лицо Дейтона.
Впервые за всё время он одет неофициально — светло-голубая майка и белые плавательные шорты. Мышцы на его руках выглядят почти ненастоящими.
«Может, он сидит на стероидах».
— Вот чёрт, — бормочет Саванна, не сводя глаз с новоприбывшего.
Я сжимаю зубы.
Марина возвращается с нашими напитками и расставляет их перед каждым из нас.
— Боже мой, я даже не подумала, что Дейтон тоже будет в городе.
Она смотрит на него с открытым ртом, а её щёки розовеют.
— Вы двое всё ещё терпеть друг друга не можете?
Глаза Саванны расширяются.
— Ты шутишь. Это и есть твой злобный сводный брат?
Теперь мне действительно хочется уйти отсюда.
Старое, до боли знакомое чувство из школьных времён возвращается — все мои подруги снова хотят переспать с Дейтоном.
Он устраивается за барной стойкой и пожимает руку Кэлу. Какой-то мужчина, сидящий рядом, пододвигается к нему, хлопает его по плечу и жестом показывает Кэлу налить им по одной.
— Ты, наверное, здесь недавно. Дейтон Коупленд — настоящая легенда этого острова. Я не видела его лет десять. Как он вообще умудрился стать ещё горячее?
Я закатываю глаза и осушаю половину коктейля залпом.
— Считай эти десять лет благословением. Поверь мне, Сав, он не стоит всех проблем. Он порождение тёмного мира, слуга зла.
Она буквально растекается по столу, не в силах оторвать от него взгляд.
Я щёлкаю пальцами у неё перед носом.
Она вздрагивает и выпрямляется, её щёки покрываются румянцем.
— Прости. Я просто... ну... очень его ненавижу. Очень-очень.
Она проводит пальцами по своим медно-рыжим волосам, явно стараясь убедиться, что выглядит безупречно, если вдруг он посмотрит в нашу сторону.
Я качаю головой.
— Ты мне больше не лучшая подруга.
— Прости! Ты могла бы меня предупредить. Блядь, я всего лишь человек. Ты только посмотри на эти бицепсы.
