Прости, если сможешь (СИ) - Гойгель Юлия

— Мне нужно разуться.

— Нет-нет, иди сюда, — запротестовала старушка. — Дай на тебя посмотреть. Ты сегодня прямо настоящая невеста.

— У неё ноги короче, чем каблуки, — усмехнулся Ярослав. — Пусть пока отдохнёт.

Присев, он расстегнул мне сапоги, придержав рукой ступню, чтобы я могла вынуть ногу из обуви. Так как ногу мне пришлось немного приподнять, он, вероятнее всего, успел заметить, что на мне не колготки, а чулки. Впрочем, вряд ли ему это интересно.

Не спрашивая дальше, он сам снял моё пальто.

— Стань сюда, на солнце, — попросила баба Маня, осторожно касаясь рукой моего палантина. — Настоящая невеста. В моё время такую красоту надевали только на свадьбу. Посмотри, Ярослав!

Заметила, что мужчина раздраженно закатил глаза вверх.

Сняла накидку, чтобы бабка смогла рассмотреть её ближе.

— На что посмотреть? — руки мужчины легли на мои обнажившееся плечи, поворачивая к себе. — Платье как платье, даже с претензией на вкус. Грудь не вываливается, как у подружек Лены, а ноги достаточно стройны для этой длины. Тётя Нина будет довольна.

— Я про шаль, — пояснила баба Маня, пока я пыталась обрести дар речи.

— Это платье требует украшения. Сойдёт даже элементарная золотая подвеска, — между тем продолжил высказывать собственное мнение старший внук. — Ты же невеста Андрея. Золотая цепочка не должна его разорить.

— Угодила, так угодила, — оставив в покое мою накидку, бабка открыла мой подарок и накинула себе не плечи. — Алиса, у меня тоже есть что тебе подарить.

В комнате находился самый настоящий камин в окружении уютной мягкой мебели. И много других невероятно красивых и тщательно подобранных мелочей.

— Это лишнее, — рука Ярослава легла на изящную коробочку, которую откуда-то достала старушка, а в его голосе послышались резкие нотки. — Алиса не моя невеста! И ещё не жена Андрея.

— Когда я хочу знать твоё мнение, Ярослав, тогда я его спрашиваю, — негромким, но непривычным твёрдым тоном ответила баба Маня. — Застегни. Моим пальцам так не согнуться.

— Иди сюда! — довольно бесцеремонно мужчина потянул меня в самую светлую часть комнаты, где находилось зеркало. — Наклони голову.

Это было очень старое золото, в тон моим волосам. На изящной цепочке сверкала небольшая подвеска с камушком зелёного цвета. Я не поверила своим глазам.

— Фианит, — прокомментировал Ярослав.

— Изумруд, как глаза Алисы, — перебила баба Маня. — Не снимай, внучка. Это не подарок, от которого можно отказаться. Это память, её нельзя не принять. Теперь давайте пить чай.

Когда скрипнули двери в сенях, старушка первой подошла к ним.

— Баб Маня, где там моя невеста?! Яр, идём, ждём только вас, — раздался громкий голос Андрея.

— Идут, идут, подожди на улице, вон сколько грязи принёс, — добродушно проворчала та.

Андрей послушно вышел. Ярослав набросил мне на плечи мой палантин, несколькими точными движениями создав интересную драпировку.

— Не снимай, чтобы цепочка не бросалась в глаза. Зачем лишние вопросы, — скорее приказал, а не посоветовал он. Вновь присел, надевая мне сапоги.

— Была, была невеста, — приговаривала себе под нос баба Маня, убирая чашки со стола.

Я не хотела покидать безопасный уют её дома, где почувствовала себя невероятно тепло. Но мужчина вновь открыл дверь, и мне пришлось выйти на улицу.

За праздничным столом матери жениха велись обычные разговоры. Большинство — о нашей предстоящей свадьбе с Андреем. Двоюродные сёстры моего жениха интересовались, какое платье я хочу, в каком ресторане планируем отмечать, какие тона мы предпочитаем в оформлении зала и когда же наконец мы назначим точную дату. Дату мы почему-то все ещё не выбрали.

— На лето уже все приличные места разобраны, — заметил кто-то из присутствующих.

— Значит, свадьба будет осенью, — улыбнулась я. — Когда всё вокруг усыпано золотом.

— Фальшивым золотом, — проворчал Ярослав за моей спиной.

— Ну что ты говоришь, сынок? — тётя Нина так обращалась ко всем племянникам. — А почему ты сегодня сам не с девушкой? Пора бы остепениться. На фуре может ездить кто-то другой.

— Может. Но мне это нравится, — ответил он, слегка раскачивая мой стул.

Зачем он вообще ко мне подошел? Чтобы лучше слышать Нину Андреевну, с которой я сидела рядом?

— Яр, прекрати, Алиса сейчас упадёт, — сделал ему замечание вернувшийся Андрей. Он не курил, но выходил с другими мужчинами за компанию.

— О, я не подумал, — брат жениха отстранился, и я громко вскрикнула. Пока мужчина игрался со стулом, а я вертела головой от появившегося в его присутствии дискомфорта, мои длинные волосы надёжно запутались в пряжке его ремня.

— Ну, молодец, Яр! — выдохнул Андрей.

— Сейчас принесу ножницы, — произнесла Нина Андреевна в наступившей напряженной тишине. На нас устремились взгляды всех присутствующих в комнате людей. Я поняла, что заливаюсь краской от кончиков ногтей на ногах до кончиков злосчастных волос.

— Тогда волосы не успеют отрасти до свадьбы, — невозмутимо заявил Ярослав. — Тётя, у вас будет весьма потрёпанная невестка.

— Уймись ты, наконец, — не выдержала и Нина Андреевна. — Андрей, посмотри, может можно распутать?

— Вот ещё, шарить у меня между ног, — возмутился Яр, а в комнате послышались хихиканья. — Ладно, спектакль окончен. Внеочередной перекур.

Все вышли, но мне от этого легче не стало. Чтобы натяжение запутавшихся прядей стало минимальным, Яр убрал стул и мне пришлось сесть на пол, удерживаясь руками за его бёдра. И не думать, к какому именно месту я прижимаюсь лицом. Только не думать не получалось.

У нас с Андреем ещё не было сексуальных отношений. Может, потому что он не пытался залезть мне в трусы, мы и сблизились. Воспитанная в строгости мамой, которую беременной бросил мой отец, я, как никто, понимала, что всем мужчинам нужно лишь одно.

Андрей так сильно выделился из ряда потерявших мое доверие представителей сильной половины человечества, что я решила любить его только за одно это. Не зря наша соседка по квартире, ровесница бабы Мани, любила повторять мне и своей внучке, что сначала нужно выдать замуж голову, а лишь затем передок.

Пока Ярослав полностью разбирал мою причёску, я думала о том, чтобы я чувствовала, будь мы сейчас с ним наедине в спальне. И эта мысль заставила меня сильно дёрнуть головой, чтобы как можно дальше отстраниться от его тела.

— Что ты делаешь? Я почти распутал, — почему-то зло рявкнул он. Словно это по моей, а не по его вине произошла подобная неловкая ситуация.

— Отрежь! — вспыхнула я.

— Что?!

— Волосы отрежь, сейчас же! — потребовала я.

— Закрой рот, — грубо ответил он.

На этот раз изумилась я.

— Что?! Да как ты…

— Ты не чувствуешь, что постоянно задеваешь губами?

Я чувствовала. Наши глаза встретились. Он наслаждался созданной им же ситуацией. Я была почти уверена, что он намеренно так сделал. Только непонятно зачем. Просто захотелось меня унизить?

— А тебе ведь нравится, да, Алиса? — он положил руку на мою голову, крепче прижимая к собственным бёдрам.

У него явно было свое собственное устойчивое мнение обо всех женщинах. Я не стала его переубеждать. Только я не была одной из них. Одной из тех, кто развлекал его в долгих поездках.

Нащупала рукой оставленные Ниной Андреевной ножницы и резанула наискось по собственным волосам. Значительная часть моей шевелюры упала к его ногам.

На миг мужчина растерялся. Пользуясь этим, влепила ему пощёчину со всей силы, на которую была способна, и пошла из комнаты.

Ярослав догнал меня в коридоре, грубо прижал к стене. Отпечаток моей руки заметно алел даже на его смуглой коже, а глаза полыхали яростью. Видимо, никто и никогда не поднимал на него руку. Я тоже не имела права этого делать. Но захлестнувшие эмоции взяли верх. Теперь деваться было некуда. Я закрыла глаза в ожидании удара. Почему-то была уверена, что он может ударить женщину. Но его не последовало. Несколько вернувшихся с перекура мужчин вовремя оттащили своего родственника от меня.