Минуты превратились в часы, или часы стали минутами. Мы молчали, глядя в лицо друг другу.
— Спи, Аля, мне пора, — произнёс мужчина. Не удержавшись, я протянула руку. Он покачал головой, но затем всё же наклонился, чтобы коснуться губами моей ладони. Только прикосновения его губ я так и не почувствовала. Окружающие меня приборы запищали все разом, затем раздался громкий треск, и меня поглотила темнота.
Когда пришла в себя, рядом сидел испуганный Ярослав. Я удивленно посмотрела на него:
— Что случилось? Мне стало хуже?
— Нет. Тебе утром провели полное обследование. Ничего не обнаружили. Но ночью произошёл сбой в работе оборудования, хотя меня уверили, что раньше никогда такого не было.
— А что именно сбилось?
— Приборы зафиксировали, что твоё сердце остановилось на несколько секунд, — признался муж. — Аля, как же я испугался! Я ни часа не проживу без тебя. Аля, как же сильно я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, Яр.
Когда муж наклонился, чтобы поцеловать меня, заглянул врач.
— Ярослав Маркович, вы уже час здесь находитесь. Это всё же реанимация… Завтра утром переведем вашу жену в обычную палату, вот тогда…
— Переведите меня сегодня, — попросила я. — Какое-то ненадежное у вас оборудование…
— Да проходной двор у вас, а не реанимация, — неожиданно взвился Яр, вынимая из-под моей руки маленький металлический осколок. — Что это?
— Похоже на часть от браслета часов, — пробормотал врач. — У нас в отделении никто не носит часов. Это запрещено.
— Я тоже не ношу часов, — Яр угрожающе потряс своими мощными кулаками.
— Пойду, дам распоряжения, чтобы подготовили палату для вашей жены, — поспешно откланялся врач.
— Я останусь с женой на ночь, — рявкнул Яр вдогонку. Повертел в пальцах кусочек серебристого металла. — Пойду выброшу.
— Не нужно, — поспешно схватила мужа за руку. — Положи дома к моим украшениям.
— Аля… это… это всего лишь часть чьих-то часов.
— Яр, я знаю, куда это нужно отнести, — подождала, пока он посмотрит мне в глаза, чтобы добавить. — И ты знаешь.
— Не пугай меня так больше, Аля. Я безумно тебя люблю.
— И я люблю, Яр. Прости, что испугала.
— Моя, только моя, — став перед кроватью на колени, зарылся в мои ноги. — Люблю тебя.
