Невеста для принца (ЛП) - МакЭвой Дж. ДЖ.

— Это не твоё дело. Мне нужно идти…

— Я оплатила часть твоих пожертвований, — быстро вставила она.

Не знаю, пыталась ли она помочь или вывести меня из себя.

— Зачем? Надеешься, что я не побегу замуж?

— Серьёзно, Одетт! Что случилось с нашей договорённостью о том, что мы не будем ссориться?

— Я не пытаюсь ссориться. Я пытаюсь закончить этот разговор, чем прямо сейчас и займусь. Пока, — сказала я, прежде чем отключиться.

Часть меня — та, что всё ещё хотела верить в её добрые намерения, почувствовала себя виноватой. Но другая часть не могла избавиться от сомнений. Всё это произошло, и мне нужно было время. Мы поговорим об этом, но не сейчас.

Поправив платье и причёску, я попыталась улыбнуться. Вышло слишком натянуто, так что я просто сдалась и вышла. Гейл теперь стоял у окна, смотрел на город, и я не сразу поняла, что именно так сильно его увлекло. Всё моё внимание было приковано к его спине и шее.

«Соберись, Одетт», — сказала я про себя.

Я подошла к столу, чтобы оставить клатч, и направилась к нему, чтобы увидеть всё самой.

— Здесь снег идёт раньше, — сказал он, не отрывая взгляда. — В Эрсовии обычно снег появляется только к Рождеству или после.

— У нас тоже не так часто. Это первый снегопад в этом сезоне. Красиво, — ответила я, прислоняясь ближе к стеклу.

— Почему зима твоё любимое время года? — спросил он.

Я подняла глаза, встретив его взгляд. Теперь он был сосредоточен исключительно на мне, и всё его тело развернулось в мою сторону.

— Ты прочитал это из моего дела?

— Да, но там не было написано почему.

Я попыталась объяснить.

— Зима волшебная. И люди становятся добрее.

— Потому что они замерзают?

— Нет. Помнишь, ты говорил, что я всегда смотрю в конец истории, не наслаждаясь моментами до?

Он кивнул.

— Вот зима — это тоже конец. Конец года. И в это время люди меняются. Они оглядываются на всё, что пережили, и хотят закончить год на яркой ноте. Они надеются на что-то новое в будущем. Каждый загадывает желание на Рождество. У всех есть новогодние обещания, и они говорят себе: «Я смогу, я добьюсь этого, чего бы это ни стоило». Зима — это будто укол адреналина, и ты ощущаешь, что способен на всё.

— А потом, когда зима заканчивается, адреналин исчезает, и люди понимают, что ничуть не лучше, чем в прошлом году.

Я нахмурилась.

— Ты специально портишь моё объяснение? Оно же такое хорошее! Мог бы использовать его в поэзии.

— Слишком уж пафосно, — он улыбнулся, и я ткнула его локтем, заставив рассмеяться.

Я хотела проигнорировать, когда он протянул мне руку. Я посмотрела на него, не понимая, чего он добивается.

— Потанцуем?

— Потанцуем? — переспросила я. — Это с чего вдруг?

— Ты же сама сказала, что это первый снег. Мы должны отпраздновать и закончить вечер на высокой ноте, — пояснил он. — Или ты хочешь завершить его на моменте, где ты ушла «припудрить носик»?

— Ты мне начинаешь действовать на нервы, знаешь? — огрызнулась я.

— Не только тебе, уж поверь, — усмехнулся он и протянул руку ближе. — Ну же, что плохого в одном танце?

— Я могу наступить тебе на ногу. А ещё эти туфли меня уже убивают.

Он посмотрел вниз, на мои ноги.

— Тогда просто сними их.

Он сказал это так, будто это очевидно. И в этом было что-то смешное. Взяв его за руку и опираясь на него, я выскользнула из своих туфель, тут же потеряв четыре с половиной сантиметра роста. Освободившись от, эти кандалы для ног, я позволила ему увести меня от окна.

— Гейл, здесь нет музыки, — рассмеялась я.

— И музыку мне тоже нужно обеспечить? — вздохнул он с драматизмом. — Ну хорошо. Твое желание — закон.

Он остановился и щёлкнул пальцами.

Я удивленно наклонила голову, услышав классическую музыку, в исполнении фортепиано, которая начала играть в ресторане, и заметила, как приглушили свет. Он всё это спланировал, пока я была в ванной, или с самого начала? Я повернулась к нему, видя на его лице довольную усмешку.

— Впечатлена? — спросил он, кладя одну мою руку себе на плечо, а другую — на мою талию.

— Да, но мне любопытно, где ты научился так обольщать женщин, — сказала я, когда он повёл меня в танце.

— Обольщать?

— Да, обольщать. Мне кажется, ты заманиваешь меня в свои сети, принц Гейл, — сказала я, когда мы развернулись.

Он подхватил мою игру. — Не сопротивляйся, а просто поддайся.

— Чем больше ты стараешься, тем больше мне хочется бороться и отрицать, — прошептала я, приближаясь к нему.

Но при этом я подняла голову, сохраняя вызов.

— Я не позволю тебе покорить меня быстро.

— Худшее, что ты можешь сделать с мужчиной — это бросить ему вызов, мисс Винтор, — сказал он, притягивая меня ближе и шепча на ухо. — Это только заставляет нас стараться ещё сильнее.

— Ну старайся, сколько хочешь, — ответила я, выскользнув из его объятий. Но когда повернулась к нему, его рука на моей талии снова притянула меня ближе, почти не оставляя расстояния между нами.

— С удовольствием, — ответил он тихо. — Я буду приглашать тебя на свидание каждую ночь, если понадобится.

— Я не буду приходить. У меня есть жизнь. Я не могу гулять с тобой каждую ночь.

— Верно, — всё так же улыбаясь, согласился он. — Что ж, посмотрим, что ещё я могу придумать. Ах, может быть, буду писать тебе письма каждый день, пока ты не согласишься меня увидеть. И, конечно, цветы.

Я закатила глаза.

— Это уже…

— А ещё, возможно, попробую свои силы в поэзии, потом подарки... А если ничего не поможет, я приду к твоему окну с огромным радиоприемником над головой.

Я не смогла сдержаться и рассмеялась, представив его с огромным стерео из 80-х, стоящего у моего дома в надежде привлечь мое внимание.

— А если это тоже не сработает? — спросила я.

— Тогда ты действительно самая бессердечная женщина в мире.

— Я предупреждала…

— Но я всё равно не сдамся, потому что глобальное потепление будет на моей стороне, — он широко улыбнулся.

— Боже мой, ты такой... банальный, — проговорила я, смеясь и слегка поражая нас двоих.

Однако я замерла, когда он поднял руку и убрал прядь волос с моего лица.

И снова это тепло.

— Я не думал, что ты можешь быть ещё красивее, но, когда ты смеёшься, я просто теряюсь и восхищаюсь тобой, — прошептал он, поднимая мой подбородок.

Дыхание перехватило, когда я встретилась с его голубовато-зелёными глазами, которые были моей криптонитовой слабостью. Секунды тянулись, пока мы смотрели друг на друга. Его взгляд опустился к моим губам, и, когда он наклонился, я прижала палец к его губам, заставив его снова посмотреть мне в глаза.

— Цветы, письмо, ужин, танец... и, вероятно, прекрасный поцелуй — всё это показывает, что ты в этом мастер, Ваше Высочество. Настолько, что я почти готова тебя поцеловать. Почти. Но я не буду. Мы договорились о свидании, и не больше... так что... — я опустила палец, отпустила его руки и сделала шаг назад. — Спасибо за ужин. Спокойной ночи.

Обойдя его, я собрала свои вещи и направилась к выходу.

— Сегодня ты мне отказала, но завтра будет новый день, — сказал он позади меня.

— Завтра у меня выступление. Так что мы не увидимся.

— Тогда послезавтра.

Я пожала плечами с вершины лестницы. — Возможно. А может, и нет.

Больше ничего не говоря, я спустилась по винтовой лестнице, надеясь, что мой уход получится достаточно быстрым и эффектным.

Правда была в том, что я боялась, если я поцелую его, то уже не смогу остановиться.

Гейл

2 ноября

Сегодня, несмотря на мою полную честность, несмотря на все мои усилия, Одэтт мне отказала.

Не знаю даже, что сказать. Со мной такого ещё никогда не случалось. Было очевидно, что она испытывает ко мне влечение. Было ясно, что ей понравилось, как мы провели время вместе. Она даже обожает розы. У неё были цветы в волосах, и, Боже, как же великолепно она с ними выглядела. Всё шло идеально; даже небеса, казалось, были на моей стороне, ведь первый снег выпал именно сегодня.