Пять минут до грома (СИ) - Горная Мария

Вот и в этот раз, парень ничего не чувствовал, до момента пока в его прицеле не показались знакомые до боли черты лица, скрытые черным платком покрывающим голову.

В голове, за секунду, промелькнуло множество мыслей, что это не она. Что похожа, но точно не она. Но только единственное, что говорило об обратно, это её голубые глаза, которые были одни на двоих.

Казалось, что Паша смотрит на нее целую вечность и так не может поверить, что она так рядом. Три года пронеслись за секунду.

— Гром. Шесть. Выполняй приказ. Прием.

— Это моя сестра. — в этот момент ему было наплевать на всё, он готов был ослушаться приказ. Его мозг не воспринимал то, что она не пришла с ребенком смотреть мультфильм, а наоборот. Она, в черном хиджабе с автоматом Калашникова на плечах.

— Гром. Шесть. Огонь на поражение. Приём — на повышенных тонах послышался доносящийся голос по ту сторону рации.

— Я не могу, твою мать. Это моя сестра. — громче, чем его собеседник, ответил он.

— Паша. Это Колпаков. Прием.

— Валерий Семенович. — опешив ответил он. Они нарушали все уставы, которые могли только быть и трибунал ему точно светил в тот момет. — я не могу. Это Даша.

— Я знаю. — сказал командир. — послушай, сынок, ты единственный кто может сейчас с этим покончить. Ты единственный держишь ее на прицеле. Опусти прицел ниже.

Сделав, как сказали, он был в недоумении, что не заметил пояс напичканный взрывчаткой.

— Если ты сейчас этого не сделаешь, в воздух взлетит кинотеатр, так как они все с поясами смертниками. Ты должен сделать это. Я уверен, что твоя сестра поняла бы тебя.

В этом парень уже сомневался. Родная сестра, единственный человек который его всегда поддерживал, по другую сторону баррикад.

***

— Паша, ну Паша, подожди. — вслед за рим слышался тонкий запыхавшийся голос десятилетней сестры.

— Давай быстрее малявка. — подначивал Паша.

— Ты меня старше всего на три минуты! — возмущалась она, продолжая все так же подниматься за мной в гору.

— Не отставай, малявка.

— Долго нам ещё?

— Пришли.

— Ого! Какое большое дерево!

Пытаясь ловить воздух губами, он. оба улыбались и смотрели на величественный дуб, который стоял в одиночестве на вершине холма.

Мальчик это место нашел неделю назад, когда очередной раз поссорившись с отцом, убежал из дома. Он долго бродил по округе, пока не увидел первый раз настолько удивительное дерево. Он точно знал, что хочет показать его сестре. И вот, спустя какое-то время, она ощущает то же что и брат, когда первый раз сюда забрел.

— Хочу на него забраться. — всё ещё в полном удивление сказала сестра.

— Так идем!

Подбежав вплотную к дереву, ребята ощутили себя маленькими муравьями в сравнении с размерами дуба.

Вскарабкавшись на самый верх, помогая друг другу, они сели на толстую ветку, свесили ноги и как заколдованные стали наблюдать за медленно опустившемся Солнцем за горизонт. В этот момент, все небо было залито розовыми с персиковым отливом оттенками, что просто восхищало и изумляло...

— Паш. — прервав молчание сказала Даша.

— Что? — повернувшись к ней спросил я.

— Пообещай, что мы всегда будем самыми близкими друг у друга.

— Это глупо, Даш. — засмеялся мальчик.

— Нет, не глупо. Пообещай! — настаивала она.

— Мы так и так самые близкие.

— Нет, ты должен обещать. — сказала девочка протянув мизинец, для скрепления договора. Он всегда так делали, в детстве, особенно когда обещали друг друга не бить, после очередной детской драки.

Удивившись ее напору, Паша понял, что спорить бесполезно.

— Обещаю. — улыбнувшись сказал он, протянув навстречу свой мизинец — мелочь пузатая.

— Ты старше всего на три минуты! — захохотала сестра.

Вдох... Выдох... Выстрел

Глава 10

Я сидела напротив Паши и слушала каждое его слово эхом отдававшее в моих ушах. В комнате стояла кромешная темнота, поэтому мне порой казалось, что звук отскакивая от стен просто глушит меня. Я пыталась переварить каждое его и слово и понять, как мне реагировать. Как вообще поступают в ситуации, когда вам рассказывают, что вы убили собственную сестру?

В голове столько вопросов, начиная от того, почему Даша ушла из дома, если они с Пашей были настолько близки и заканчивая тем что её сподвигло на участие в теракте. Я отлично понимала, что мои вопросы будут лишними. Я не хочу его беспокоить ими и казаться настойчивой. Что-то мне подсказывало, что придет время и Паша сам мне все расскажет. А все что я могу сделать на данный момент, просто быть рядом.

А еще, я все никак не могла понять, что же я чувствую. Может любой другой человек при такой информации ощущал отвращение, негодование, злость в конце концов. Но я лишь чувствовала печаль и скорбь, которая так и вырывалась с тела Паши. Мне казалось, что ещё немного и у него из глаз польются слезы. Может так и было, но я не смогла понять, так как он сидел спиной к окну, его опущенный взгляд полностью поглотила темнота и даже капля света не касалась его лица.

Единственное, что мне в этот момент хотелось сделать, это обнять его и забрать все его воспоминания, которые так сильно терзают его душу.

— Ты не виноват. — сказала я, нащупав его руку в темноте и осторожно, накрыла своей ладонью его костяшки.

Удивительно, но его руки всегда холодные. Они были такими даже в тот день, когда он вытянул меня с моста.

— Ты видимо единственная — ухмыльнулся парень. — Потому что все, считают иначе. Даже я.

— Все это кто? — поспешно спросила я.

— Родители, бывшая невеста.

Бывшая невеста... Я поступаю как эгоистка, что парень мне здесь душу свою открывает, а все что меня смутило, это наличие бывшей невесты. но меня этот момент очень задел. Дурочка. На что я надеюсь? Должна ли я вообще надеяться? Он мне просто помогает в трудную жизненную ситуация. А после, когда я выберусь с этого болота, как бы мне не хотелось, скорее всего наши пути разойдутся.

— Это так неправильно. Ты же сделал все как надо. Ты спас людей! — постаралась я прогнать мысли и продолжить разговор, делая вид, что информация про невесту меня никак не смутила.

— Когда речь идет о том, что один ребенок убивает второго, всем наплевать о правильно или нет. Я мог ослушаться приказ. Лучше бы я сидел, но она была бы жива. — повышая голос сказал парень, хватаясь руками за голову.

— Тише, тише.

Накрыв своими руками его руки, я ближе к нему придвинулась.

— Ты сделал всё правильно. Я никогда не смогу представить что ты чувствовал в тот момент.

Паша стал колебаться, стоит ли мне что-то рассказывать дальше, ведь он и так много рассказал для того, чтобы я уже смогла сделать определенные выводы для себя.

— Каждую ночь, я вижу её взгляд. — продолжил Паша, все так же с опущенной головой. Его голос был тихий, но с дрожью. — После выстрела, меня не трогали, не просили больше работать. Видимо командир заступился. Но как только операция завершилась, я бросился туда, где лежала она. Мне было наплевать, что вокруг на меня таращатся все товарищи и не могут понять, что я творю, но я не смог её там оставить. Я опустился перед ней на колени, в последний раз взглянул в её пустые глаза, взял на руки и вынес на улицу. Как сегодня помню, начался нереальный снегопад, как-будто небо плакало ледяными слезами, положил её на снег и еще около часа сидел рядом с ней. Её забрали последней.

Паша поднял взгляд и первый раз я смогла рассмотреть его глаза. Он был разбит, печален, не осталось и следа от того сильного парня с юмором, которого я первый раз встретила.

— А знаешь что самое обидное? — сказал Паша пристально глядя в мои глаза. За секунду я почувствовала, как его эмоция изменилась, он стал напряженным, злым. — отец не пустил меня на похороны. Он и мама были под защитой Константинова. Их защищали от меня. Видимо, я действительно опасен — после этих слов парень ухмыльнулся и дернул плечами.