Ты не сказала о сыне (СИ) - Бузакина Юлия

Я вспыхиваю.

— Похоже, да. Если все будет нормально, то завтра в обеденный перерыв я стану Малининой, — подтверждаю новость.

Даша оживляется.

— Вау, я так рада!..

Мы вместе идем по холлу к сестринской. У меня такое ощущение, что я внезапно получила в подарок крылья, и теперь могу летать. На сердце светло и радостно от того, что завтра мы с Андреем отправимся в загс.

— Слушай, насчет платья, — спохватывается Калинина. — У моей знакомой в торговом центре есть салон женских платьев. Они не свадебные, а просто вечерние. Можно будет в обед заглянуть. Здесь недалеко. Хочешь я ей позвоню?

Я вдруг думаю, что это хорошая идея.

— Что ж, если не далеко, то, наверное, я согласна, — сжимаю ее руку. — Скажу Андрею.

Калинина сияет. Сжимает мою руку в ответ.

— Ура! Мы будем выбирать платье невесты!

Глава 39

Платье я замечаю сразу, как только мы с Дашей заходим в салон. Небесно-голубое, длиной в пол, с открытой спиной, оно заставляет меня замереть от восторга.

— Какая красота, — невольно срывается с губ.

— Уверена? — Даша проходит вглубь салона, перебирает на вешалках другие платья. — Может, вот это, белое?

Я скольжу взглядом по белому и качаю головой.

— Нет. Я хочу голубое.

— Сейчас позову подругу, может, она сделает нам скидку, — Даша устремляется вглубь салона. — Ника, мы пришли за платьем!

Я подхожу к платью. Осторожно касаюсь нежного атласа, смотрю на ценник. Цена заоблачная. Мамочки…

— Отдам за двадцать пять, — встает за моей спиной хозяйка салона. — Оно у нас одно, размер как раз ваш. Примерите?

Я мысленно сокрушаюсь. В телефоне мерцает пропущенный вызов от Малинина. Он тоже переживает за платье.

«Двадцать пять тысяч», — набираю сообщение. — «Наверное, не стоило поднимать этот вопрос. Это половина стоимости кроватки, которую мы хотим купить сыну».

Я вижу, что Андрей прочел сообщение. Вместо ответа приходит пополнение на мою банковскую карту. Ровно двадцать пять тысяч.

Я часто моргаю. Почему-то на глаза наворачиваются слёзы.

— Ну, так что, примерим? — с ожиданием смотрит на меня Ника.

— Давайте, — решаюсь на безумие.

Может, кто-то рассмеется мне в лицо. Но по моим меркам выбрасывать двадцать пять тысяч за платье, которое можно будет надевать только по праздникам — это неприемлемая расточительность. Я ведь не за миллионера замуж выхожу, а за врача.

И тем не менее, я отправляюсь в примерочную.

Переодеваюсь в нежно-голубой атлас. Платье сидит, как влитое. Верчусь перед зеркалом. И все меняется. Новое платье превращает меня из уставшей медсестры в королеву.

— Ну, что, Лен? Можно посмотреть? — нетерпеливо переминается с ноги на ногу с другой стороны Калинина.

Я открываю ширму.

— Ну, как?

— Вау… — она прикрывает рот ладонью. — Оно тебе так идет! Нет, серьёзно!

— Думаешь, купить его?

— Не надо думать! Надо брать. Поверь, я знаю толк в красивых платьях. Это твое платье. Оно тебя ждало.

— Что ж, значит, решено. Покупаем.

Я снова закрываюсь ширмой. Смотрю на себя в зеркало. Красота.

Бережно выношу платье из примерочной.

— Берем, — произношу уверенно.

Платье упаковывают в красивую коробку, а потом в пакет. Туда же кладут чек.

Мы с Дашей прощаемся с хозяйкой салона и выходим из торгового центра. Мне снова звонит Малинин.

— Ой, это Андрей, — я хватаюсь за телефон.

— Отлично, я куплю себе лимонад, пока ты будешь разговаривать, — Даша устремляется к торговому павильону.

Я зажимаю телефон плечом, открываю машину и кладу на заднее сиденье платье.

— Привет, — произношу возбужденно в трубку.

— Ты купила платье? — строго интересуется Малинин.

— Да. Только что вышла из магазина.

— А туфли?

— У меня есть белые туфли на каблуке. Они подойдут к платью.

— Хорошо. Я был в загсе. Сотрудники пошли нам навстречу. Завтра в шестнадцать часов нам устроят небольшую торжественную церемонию в малом зале.

— Торжественную? Ух, ты!

— Ты рада?

— Очень.

— Романова сказала, что на работе с 15 часов нас подстрахуют. Так что все получится.

— Охх, — от волнения у меня дрожат руки. — Маме надо позвонить!

— Позвони. У Андрюши есть что-то красивое надеть на церемонию?

— Смотря, что ты имеешь ввиду…

— Ясно. Заедем вечером в детский мир.

— Ладно.

Я вдруг улыбаюсь. Вся эта суета уже не кажется ненужной. Все же, торжественная церемония — это совсем другое дело! И платье будет очень кстати.

Я усаживаюсь за руль своей машины. Ловлю себя на мысли, что подсознательно хотела торжественную церемонию. Просто боялась признаться в этом самой себе.

Даша открывает переднюю дверцу и забирается на пассажирское сиденье рядом с водительским. Отпивает глоток лимонада.

— Пристегнись, мы едем обратно на работу, — командую я. На миг откидываюсь на сиденье и снова улыбаюсь. Как же хорошо!

… Вторник. Шестнадцать ноль-ноль.

В холле почти пустого городского загса начинают собираться люди. Я с замирающим сердцем прижимаю букет невесты к груди. Рядом мама и Артем. Брат в кресле, но он тоже сегодня в костюме. Не хватает Даши Калининой. Она очень хотела прийти на церемонию, но Романова оставила ее дежурить в отделении.

Андрюшка довольно рассматривает себя в зеркало, что встроено в одну из колонн. Малинин подобрал ему белоснежную рубашку и галстук, а волосы нашему мальчику уложили гелем. Они с Андреем теперь так похожи! Сразу понятно, что это отец и сын.

Я поправляю прическу, одергиваю платье. Нервничаю.

В холле показывается маленькая девочка в пышном розовом платье. Она бежит по холлу, цокая каблучками маленьких туфелек.

— Папа, кто это? — Андрюша изумленно рассматривает незнакомку.

— Я Маша! — громко кричит маленькая гостья. — Маша Кулагина!

И бежит, бежит вперед по холлу, успевая покружиться.

Наш маленький кавалер растерянно смотрит на нас, а потом срывается и бежит за ней следом.

— А я Андрей! Синичкин! — кричит также громко.

— Малинин, — поправляет его отец.

— А? — малыш непонимающе оборачивается. — почему малина? Я не малина! Синичкин я….

Мы с Андреем переглядываемся. В глазах замешательство.

— Ещё привыкнет, — успокаивает нас моя мама. — Просто ему нужно время, чтобы принять новую фамилию.

Вслед за девочкой в холле появляются Кулагин и Романова. Дима в светлом костюме, Тамара Денисовна в черном вечернем платье — она носит траур по отцу.

— Малинин, не верю, что это наши с тобой дети! — восхищенно произносит Романова. — Лена, ты красавица! Так держать.

— Спасибо, — улыбаюсь смущенно. Я не ожидала, что Романова решит прийти на нашу свадьбу. А она пришла.

Кулагин сдержанно пожимает Андрею руку.

— Мне звонил управляющий рестораном. Банкетный зал будет готов в пять часов вечера, — сообщает деловито.

— Ой, а мы фотографа забыли? — спохватывается моя мама.

— А мы сами устроим фотосессию, — подмигивает нам с Малининым Тамара Денисовна. — У меня отличная камера в телефоне.

Я с благодарностью киваю. Почему-то жутко волнуюсь.

Двери малого зала распахиваются, приглашая войти. Оттуда выглядывает сотрудница загса. Улыбается нам.

— Дорогие жених и невеста! Дорогие гости! Приглашаем на торжественную церемонию бракосочетания Андрея и Елены! — сообщает громко.

Мы с Андреем переглядываемся.

Беремся за руки и ныряем в двери. Гости ловят наших маленьких непосед за руки, идут следом.

Сотрудники Загса нам улыбаются. Играет красивый вальс.

Церемония бракосочетания начинается.

Я едва дышу. Верю и не верю, что все это происходит со мной. Малинин заглядывает мне в глаза. Уверенно подставляет мне свой локоть, и дальше мы идем уже под руку.

Торжественная музыка, красивая речь сотрудника, наши клятвы.

«Согласны ли вы, жених…»

«Согласны ли вы, невеста…»

Андрей берет с подушки обручальное кольцо и надевает мне на безымянный палец правой руки. Я делаю то же самое. Руки немного дрожат, но я справляюсь.