Вера. Надежда. Любовь - Буренина Кира

- Мария Васильевна, что это такое? - громко спросил он, указывая пальцем на Катю

- Олег Алексеевич, Вы привлекаете внимание. Прошу Вас, отойдем.

Она отвела Олега к столу воспитателей, усадила рядом. Мимоходом он заметил про себя, что воспитатели и директор ели тот же самый обед, что и дети.

- Послушайте меня, Олег Алексеевич! Мы намеренно не наряжаем Катю. Все купленные на Ваши деньги платья целы, можете проверить. Но здесь - детский дом, здесь живут сироты. Выделять кого-либо не не имеем права, они и так обделены. Вы не представляете, как чутко дети чувствуют, что между ними делают различия.

- Но Катя...

- Разрешите мне договорить. Я - сама детдомовка. Я все прекрасно помню до сих пор. Катю не принимали, над ней издевались, дергали за бант, платье, ей завидовали. Она боялась своих сверстников. Поэтому мы решили одеть ее так, как всех. И сразу все поменялось. Катя сблизилась с детьми, они принимают ее в свои игры. Не всегда деньги могут все, Олег Алексеевич.

- Я говорил с Вами об удочерении, понимаете, Катя почти что наша. Документы готовы! Поэтому я и хотел, чтобы она не чувствовала недостатка ни в чем.

- Когда Вы получите ребенка, тогда Вы сможете наряжать ее и делать все, что хотите. А пока я принимаю здесь решения. И еще... Ваши слишком частые визиты тоже вызывают болезненную реакцию у других детей - каждый из них до самого выпуска из детского дома мечтает обрести родителей. Не настраивайте других против Кати, этим Вы усложняете ей жизнь.

- Хорошо, - Олег прихлопнул ладонью по столу. - Я не буду пока приезжать, не буду выделять Катю. Деньги для детей будет привозить мой помощник. Я правильно Вас понял?

Лицо директора расплылось в улыбке.

- Да. Большое Вам спасибо. Поверьте, ребенку так будет лучше.

Олег встал, попрощался с Марией Васильевной. По дорогое в Москву он напряженно обдумывал слова директора детского дома и признался, что она права. "Не было ни одного ребенка, а теперь на попечении сразу два, счастливый ты папаша, Олег", задумчиво сказал он сам себе.

Через день Вера и Олег провожали Подгорных. Даже ночью в аэропорту Шереметьево было шумно и тесно. Вера до конца не могла поверить в то, что подруга уезжает, что увидятся они нескоро.

- Твой Слава, конечно, большой сюрпризник, но почему он не подготовил нас раньше? -возмущалась Вера

- Я сам не знал, что получу предложение так скоро, - оправдывался Слава

- Как я теперь буду без тебя? - недоумевала Вера

- Я и из Америки тебе позвоню, - успокаивающе повторяла Лена

- Лена, береги себя и Славика

- А ты помни, о чем мы с тобой говорили с последний раз, - подруги старались оттянуть минуту прощания. Мужчины деликатно отошли в сторону.

- Ленка, кто же мне поможет, если совсем будет плохо? - борясь с подступающими слезами, тихо спросила Вера

Лена тоже была готова расплакаться:

- У тебя есть Олег, он не даст тебе пропасть.

- Есть такие вещи, которые можно рассказать только подруге, и Олег здесь не при чем...

- Не разводи здесь сырость!

- И ты не хлюпай носом!

- Дамы, мы сейчас утонем, - Славик попытался остановить плачущих женщин.

- Давай, Верка, выбивайся в большие начальники. Приеду - чтоб была президентом фирмы! - Слава хлопнул Веру по плечу, а потом обнял

- Звоните мне хотя бы иногда, - попросила она.

Олег пожал руку Славе, поцеловал Лену в щеку, пожелал им удачи. Проводив Подгорных, он задумчиво вел машину по ночному городу и напряженно думал. Сегодня вечером Лена улучила минутку, чтобы предупредить его:

- Не хочу выглядеть банальной, но есть такие сорта фарфора, которые ни за что не склеить. Вера из этого сорта. Если ты обидешь или просто разочаруешь ее, то она будет уничтожена, пройдут годы, прежде чем она снова придет в себя. Береги ее! Ты для нее сейчас - главная жизненная опора. Будь терпелив, не торопи ее с решениями, не навязывай своей воли.

Олег пообщал, что сделает все возможное, чтобы Вера была счастлива, но уже тогда он сомневался в том, что выполнит свое обещание.

Все эти дни Анна прилежно высиживала положенное количество часов на семинаре. Лекторы четко и ясно описывали цели и планы вновь созданной компании, каковой являлась "Вельттехник". Особое внимание уделялось корпоративному имиджу. Логотип фирмы - земной шар, на котором ярко выписано название фирмы - обозначал торговые связи во всех уголках земного шара. Само название фирмы - "Техника для мира" содержала в себе это понятие. Суперреференты - лицо компании, личные помощники глав представительств фирмы, носители организационной культуры. Особое внимание уделялось делопроизводству. Анна легко обучалась новым премудростям. С компьютером она общалась свободно, быстро схватывала все новинки. Утомительны было многочасовое сидение и слишком велеречивые преподаватели. Кроме того, она мечтала о встрече с Хансом, который ждал ее обычно у выхода из здания фирмы. Ханс Вайдлер все больше увлекался Анной и богатыми возможностями, которые сулило ему это знакомство. Он каждый день ожидал от нее известия, что фон Дерзее в городе, и что она замолвит за него словечко.

В предпоследний день занятий Анна решительно поднялась на двенадцатый этаж. "Делегации и представительства" - так значилось в указателе. Лифт издал мелодичный звон, двери раскрылись, и она оказалась в серебристо-жемчужной приемной. За стойкой сидела дама в очках. Она вопросительно посмотрела на Анну.

-Прошу извинить, - слегка неуверенно начала Смирнова,

- но я ищу господина фон Дерзее. Он - начальник москвоского представительства фирмы, а я его помощник, Смирнова. Женщина кивнула головой, нажала кнопку переговорного устройства, и через несколько минут в приемную вошла хрупкая блондинка в темно-бордовом строгом костюме.

-Я -Бригитта,секретарь господина фон Дерзее,- представилась она, - А Вы, полагаю, Анна?- и пригласила Анну следовать за собой.

С колотящимся сердцем Анна шла по длинному блестящему коридору, любуясь легкой скользящей походкой Бригитты и тому, как ладно сидит на ней костюм. Фигурка секретарши была точеной и пропорциональной, как у куколки.

Офис фон Дерзее был также выдержан в серебристых тонах. Приемная Бригитты была меньше, чем у Анны в Москве, но она казалось более обжитой и несмотря на сугубо официальную обстановку, уютной. Бригитта улыбнулась Анне и ее бело-розовое, словно фарфоровое, личико сразу стало моложе. "Не больше двадцати", определила возраст секретарши Анна. Бригитта кивнула маленькой головкой с аккуратной стрижкой, маленькими, словно вылепленными ушками и приветливо спросила Анну:

-Хотите кофе?

- Очень! - Анна с продолжала оглядываться с любопыством.

Бригитта налила кофе в белые чашки, поставила вазочку с печеньем.

- Нам давно надо было познакомиться. Я сама работаю здесь недавно, еще никого не знаю, пока не освоилась Слышала, что на семинар должна была приехать Вера. Что с ней случилось? Она заболела?

Анна поперхнулась кофе и закашлилась.

-Да, заболела, - прохрипела она.

Бригитта улыбнулась.

- Ничего, в другой раз познакомимся. Как Вам под руководством господина фон Дерзее?

Анна внимательно вгляделась в улыбающееся лицо секретаря. "Интересно, она притворяется наивной и простодушной или это ее натура?"

Они пили кофе, болтали. Бригитта рассказывала Анне о фирме, о порядках не фирме, Смирнова слушала с оживленным видом. Но деревянная дверь, на которой золотилась табличка "Вальтер фон Дерзее" притягивала ее к себе, как магнит.

- А где же господин фон Дерзее? - наконец Анна приступила к основной части своего визита

- Он еще не вернулся..

- С ним можно как-нибудь связаться?

- Нет, он не взял свой мобильный телефон. Связь у нас односторонняя. Кроме того, если возникнут проблемы, он решит их сам в субботу.