Развод. Измена на свадьбе (СИ) - Дале Ари

Оба мужчины застывают. Артем сначала внимательно смотрит на меня, потом переводит взгляд на Руслана.

— Маша… — не сомневаюсь, муж, хочет меня остановить меня, поговорить или что-то еще, но я просто не могу. Не могу!

— Мне нужно время, — заглядываю ему в глаза, моментально замечаю там сопротивление. — Пожалуйста, — произношу тише.

Не знаю, что буду делать, если Руслан будет сопротивляться. Но, видимо, он услышал меня… на этот раз действительно услышал, потому что, в итоге, коротко кивает.

Шумно выдыхая, выворачиваю запястье из хватки мужа. Он нехотя расцепляет пальцы, после чего переводит взгляд на друга.

— Отвезешь? — в одном слове звучит, словно, все напряжение, которое копится в Руслане.

Тяжело сглатываю. Задерживаю дыхание. На Артема даже взглянуть боюсь. Не хочу вмешиваться в немой разговор мужчин. Боюсь, что друг мужа все-таки откажет.

— Да, — отвечает Артем.

Медленно выдыхаю, и пока никто не передумал, на негнущихся ногах иду к серебристой машине, стоящей чуть поодаль от нашей. Слышу за спиной две пары шагов, но не останавливаюсь, пока не достигаю цели. Пиликанье сигнализации раздает в тот самый момент, когда я подхожу к пассажирской дверце. Дрожащими пальцами открываю ее, забираюсь в салон и уже хочу закрыться в нем, как Руслан оказывается совсем близко.

Он садится на корточки рядом со мной, заглядывает в глаза, долго, пристально смотрит, после чего предупреждающе произносит:

— Мы не закончили, — резко выпрямлением, после чего сам захлопывают мою дверцу.

Друзья перебрасываются парой фраз и очень жалею, что не слышу их. Артем кивает, похлопывает Руслана по плечу, после чего сразу же направляется к водительской дверце. Без слов забирается в салон, заводит двигатель.

Кажется, я не дышу, пока мы трогаемся с места. Тут же пристегиваюсь и не выдерживаю — бросаю взгляд на Руслана. Он, засунув руки в карманы брюк, смотрит вслед удаляющейся машине. Не прерываю зрительного контакта до тех пор, пока муж совсем не скрывается из вида.

Оседаю в кресле, тру грудь, в которой зарождается непонятная грусть.

— Не хочу вмешиваться не в свое дело…

— И не надо, — прерываю Артема.

— Я и не буду. Просто скажу — ты очень глупая девочка, если думаешь, что Руслан бегал еще за кем-то так, как за тобой, — мужчина на мгновение замолкает. — Куда тебя отвезти?

На автомате произношу адрес нашей квартиры с дедушкой, и только после этого понимаю, что, скорее всего, Руслан будет искать меня дома. Но… мне нужно немного побыть одной. Нужно подумать. Нужно понять решение.

Сама не замечаю, как по дороге засыпаю, и открываю глаза только, когда машина останавливается к многоэтажке, в которой я провела детство. Тру лицо, прощаюсь с Артемом, не забыв его поблагодарить, после чего выхожу на улицу. Жара немного спала, чему я очень радуюсь, потому что платье осталось в машине Руслана.

Спотыкаюсь. Черт, как и моя сумочка с ключами от квартиры. Что же делать? Решение приходит мгновенно, когда вспоминаю, что у бабушки-соседки мы, на всякий случай, оставляли запасные.

Продолжаю путь, но не успеваю дойти до подъезда, как меня окликает какая-то женщина. Разворачиваюсь. Желудок ухает вниз.

— Кто вы? — узнаю незнакомку в легком темно-синем платье в пол.

Именно ее я совсем недавно случайно встретила на улице.

Именно из-за нее очень долго не могла прийти в себя.

Женщина останавливается напротив меня, заправляет темные волосы за ухо, глубоко вздыхает.

— Ты, наверное, не знаешь, но я твоя мама, — криво улыбается.

Глава 49

— Что? — не могу поверить в услышанное. — Кто?

Сердце начинает чаще биться в груди, холодок бежит по позвоночнику.

Не может быть.

— Я знаю, что ты, должно быть, удивлена и, скорее всего, не хочешь меня видеть, но не смогла не прийти…, — лепечет женщина, но я ее прерываю, подняв руку.

— Простите, но у меня нет матери, — произношу четко, громко, хотя у самой в груди разгорается настоящее пламя.

Страдание отражается на лице у женщины, но мне все равно. Я сказала правду — моя мать умерла для меня в тот день, когда бросила все и сбежала. Возможно, у меня были причины… Скорее всего, были, учитывая, что сказала свекровь в кабинете Руслана, но я просто не могу просто так это принять. Любая мать должна защищать своего ребенка. Она не бросит его на двадцать лет, укатив в закат. А потом не заявится, как ни в чем не бывало, огорошив ребенка.

Мой малыш еще не родился на свет, но я точно знаю, что никогда и ни за что его не оставлю!

— Послушай, — женщина делает ко мне шаг, я отступаю. — Я понимаю, что ты вряд ли захочешь меня знать. Но может, мы сможем с тобой хотя бы поговорить с тобой? — проходится языком по пересохшим губам.

Поговорить? Поговорить?! А где она была, когда я болела? Где была, когда я плакала по ночам из-за того, что девочек в садики забирали их мамы, а меня только папа? Где была, когда у меня пошли критические дни, и мне пришлось узнавать у одноклассниц, что это такое? Где была, когда папа умер? Где была, когда и дедушка “ушел”?

Если бы у меня был хоть кто-то, я бы вряд ли вышла столь опрометчиво замуж. Вряд ли бы попала в западню с контрактом. Вряд ли бы забеременела, а теперь не знала, как обо всем мужу.

Ничего бы не случилось!

— Простите, но у меня нет матери! — повторяю твердо, вздергиваю подбородок, разворачиваюсь и иду к подъезду.

Не успеваю сделать и пары шагов, как слышу стук каблуков за спиной. Ускоряюсь, быстро поднимаюсь по лестнице, набираю номер квартиры соседке.

Трель домофона звучит громко, но не перебивает шум в ушах. Сбоку от меня появляется тень, но смотрю прямо перед собой. Стискиваю челюсти. Задерживаю дыхание.

Сквозь пелену до меня доносится шумный вдох, после чего я чувствую пальцы на своем запястье. Пытаюсь выдернуть руку, но женщина держит сильно.

— Если передумаешь, — вкладывает в ладонь какую-то бумажку, зажимает мои пальцы. Мгновение смотрит на меня, после чего уходит.

Выдыхаю.

— Кто там? — звучит искаженный стариной голос из домофона.

— Тень Нин, это Маша, — произношу на автомате, после чего раздается писк, символизирующий об открытии двери.

Не помня себя захожу в подъезд, поднимаюсь на пятый этаж, забираю ключи от квартиры. Из-за дрожащих пальцев, кое-как открываю дверь. Прохожу в прихожую. Спертый воздух сразу бьет в нос, но я не останавливаюсь. По коридору бреду в свою комнату, после чего просто падаю на кровать. Закрываю глаза.

Не хочу ни о чем думать. Просто не хочу. Но навязчивые мысли все равно забираются в голову. Вспоминаю лицо женщины. Ее правильные черты лица. Прямой нос. Чуть припухлые губы. Карие глаза. Теперь понимаю, почему обратила на нее внимание, когда еще не знала, кто она. Я полная ее копия, только младше. Стоило увидеть женщину, между нами моментально образовалась связь. Я ощущаю ее и сейчас. Кажется, будто каждая клеточка моего тела сжимается, тянет, зовет куда-то. Напряжение не отпускает.

Вот зачем эта женщина появилась в моей жизни? Я же прекрасно жила без нее. Нужно было ей именно сейчас выйти из тени, когда моя жизнь и без того трещит по швам. А может, ее совесть замучила? Жалеет, что оставила маленькую дочь на отца и даже связаться ни разу не пыталась?

Боль пронзает каждую клеточку тела, когда я осознаю, что судя по всему, женщина прекрасно знала, где мы жизни. Слезы подкатывают к глазам, стоит мне понять — мать просто не хотела иметь со мной ничего общего.

Я думала, что ее отсутствие в моей жизни никак на меня не сказывается. Считала, что справилась с застарелой травмой. Но, кажется, просто заглушила страдания, которые вспыхивают с новой силой, стоило появиться их причине.

В детстве я так хотела, чтобы у меня была мама. Хотела хоть раз почувствовать нежные объятья. Хотела с кем-то сидеть на кухне и разговаривать о мальчиках. Хотела, хотя бы разочек почувствовать материнскую любовь. Но человек, который должен был стать для меня самым родным, бросил меня. Мама бросила меня!