Вернувшись в кухню, достала из холодильника бутылку вина – подарок от коллег в прошлом году на день рождения. Сегодня самое время. Налила полный бокал, сделала большой глоток. Терпкое, с горчинкой – как моя жизнь.
Телефон снова ожил. Дина: «Лика, ты как? Доехала? Всё нормально? Может, мне приехать?»
«Всё хорошо. Не надо приезжать. Пью вино и размышляю о бренности бытия».
«Философия – это хорошо. Но не напивайся. И помни – я рядом».
Я отложила телефон, прошла в гостиную, включила телевизор. Какое-то ток-шоу про семейные ценности – надо же, какая ирония. Переключила канал – мелодрама про измену. Серьёзно, вселенная? Выключила телевизор, откинулась на диван.
Тишина снова накрыла меня, как лавина. В этой тишине я слышала каждый звук: тиканье часов, гудение холодильника, отдалённый шум машин за окном. И свои мысли – громкие, навязчивые, жестокие.
Пять лет. Этой девочке пять лет. Значит, он изменил мне шесть лет назад. Или это была не измена, а начало его второй жизни? Может, он любит её, ту женщину? Может, я всегда была запасным вариантом, а она – настоящей любовью?
Допив бокал, налила ещё. Голова приятно кружилась, мысли становились мягче, как будто кто-то укутал их ватой. Хорошо. Так даже лучше.
Я наливала бокал за бокалом, не заметив, как опустела бутылка, последнее, что помнила, слёзы, нескончаемым потоком из моих глаз. И я провалилась в спасительное беспамятство и темноту.
ГЛАВА 4.
Проснулась я от того, что затекла шея – заснула на диване в неудобной позе. За окном уже рассвело, на часах половина девятого. Во рту сухость, голова гудит. Рядом пустая бутылка и разлитое вино на журнальном столике.
– Отлично, Лика, – пробормотала я себе под нос. – Теперь ты не только обманутая жена, но и пьянь несчастная.
Протёрла стол, отнесла бутылку на кухню. В холодильнике нашлась минералка – выпила залпом, прямо из горла. Проверила телефон – три пропущенных от Дины, одно сообщение от Антона: «Спокойной ночи, малыш. Люблю».
Завернувшись в халат, набрала номер начальницы.
– Светлана Викторовна? Это Лика. Я.… я приболела. Возьму неделю за свой счёт, если можно.
– Лика? – в трубке послышалось удивление. – Что-то серьёзное?
– Надеюсь, что нет, – соврала я, прижимая ладонь к пульсирующему виску. – Просто нужно время отлежаться, восстановиться.
– Конечно, дорогая. Поправляйся. Твои дела я передам Марине.
Положив трубку, я заварила крепкий кофе и села за кухонный стол. Итак, у меня есть неделя. Неделя, чтобы решить, что делать со своей разрушенной жизнью.
Первый порыв был простым: дождаться Антона вечером и устроить скандал века. Швырять тарелки, кричать, рыдать, требовать объяснений. Классика жанра. Но что это даст? Он начнёт оправдываться, врать, изворачиваться, а может под моим напором, просто соберёт вещи и уйдёт. Нет, так просто он не отделается. Или ещё хуже – признается и попросит прощения. А я? Смогу ли я простить?
Нет. Определённо нет.
Второй вариант – собрать вещи и уйти. Просто исчезнуть из его жизни, оставив записку: «Передай привет дочке». Эффектно, но… куда мне идти? К родителям в Подмосковье? Представляю лицо мамы: «Мы же говорили, что он тебе не пара!» К Дине? Она своими идеями: «Как размазать врага», доведёт меня до белого каления.
Третий вариант всплыл неожиданно, заставив меня усмехнуться. А что, если ничего не говорить? Сделать вид, что ничего не знаю, и начать собственную игру? Пусть думает, что его тайная жизнь, всё ещё тайна для меня, пока я буду собирать информацию о его любовнице и думать, как ему отомстить. А потом…
Телефон завибрировал. Дина.
– Лика, ты как? Живая?
– Более-менее, – откликнулась я, делая глоток обжигающего кофе.
– Слушай, я тут подумала… Помнишь, я говорила про Пашу? Так вот, он может…
– Дина, – перебила я. – Давай его контакты. Я готова.
– Серьёзно? – в её голосе послышалось воодушевление. – Отлично! Скидываю номер. Только, Лика, ты точно не собираешься делать ничего противозаконного?
– Я просто хочу информацию, – уклонилась я от прямого ответа. – Знание – сила, помнишь?
Получив контакт Паши, я набрала номер. Голос у него оказался молодой, немного нервный.
– Да, алло?
– Павел? Это Лика, подруга Дины Марковой. Она сказала, вы можете помочь с.… деликатным вопросом.
– А, да, Дина звонила. Что конкретно вам нужно?
Я глубоко вздохнула.
– Мне нужно найти человека. Женщину. Я знаю только, как она выглядит и что у неё есть дочь примерно пяти лет. И ещё… – я запнулась, – она связана с моим мужем.
– Понятно, – в голосе Паши не было осуждения, только деловитость. – Фотографии есть?
– Нет. Но я могу описать. И я знаю, где они были в субботу днём.
– Хорошо. Давайте встретимся, обсудим детали. Моя ставка – десять тысяч за поиск плюс пять за подробную информацию, если найду.
– Договорились. Когда можем встретиться?
– Через два часа в кофейне на Чистых прудах подойдёт?
– Да. До встречи.
Повесив трубку, я почувствовала странное воодушевление. План начинал обретать форму. Я не буду истеричной женой, устраивающей сцены. Я буду умной, расчётливой, методичной. Как на работе, когда готовлю документы к сделке.
Оделась строго: чёрные брюки, белая рубашка, минимум макияжа. В зеркале отразилась собранная деловая женщина, а не вчерашняя пьяная развалина.
По пути на встречу прокручивала в голове варианты дальнейших действий. Допустим, Паша найдёт эту женщину. Что дальше? Следить за ней? Подойти и поговорить? А может, анонимно сообщить ей, что у её «любимого» есть жена?
Нет, слишком примитивно. Мне нужно что-то более… изощрённое. Что-то, что заставит Антона почувствовать хотя бы часть той боли, которую испытываю я.
В кофейне Паша оказался худощавым парнем лет двадцати пяти в очках и мятой футболке с надписью «I see dead pixels». Он нервно теребил ноутбук, пока я рассказывала о субботней встрече в «Шоколаднице».
– Метрополис, третий этаж, «Шоколадница», суббота, около часа дня, – повторил он, что-то быстро печатая. – Женщина около тридцати, брюнетка, карие глаза. Девочка пяти лет, похожа на вашего мужа. Так?
– Да. Вы сможете что-то найти по таким данным?
Паша усмехнулся:
– Вы удивитесь, сколько цифровых следов оставляют люди. Камеры наблюдения, чеки, социальные сети с геотегами… Дайте мне пару дней.
– Хорошо. «Вот аванс», —я протянула ему конверт с пятью тысячами. – Остальное – когда найдёте.
– Справедливо. Ещё вопрос: фото вашего мужа есть? Для сравнения с ребёнком алгоритмы распознавания лиц сейчас творят чудеса.
Я достала телефон, выбрала снимок, где Антон улыбался в камеру.
– Вышлю вам.
– Отлично. Как только что-то найду – сообщу.
Выйдя из кофейни, я почувствовала странное облегчение. Маховик запущен. Теперь остаётся ждать и готовиться к вечерней встрече с мужем.
Дома я методично обошла квартиру, осматривая её новым взглядом. Где он мог прятать следы второй жизни? Проверила карманы его пиджаков – ничего, кроме визиток и чеков из обычных кафе. Ноутбук заблокирован паролём, который я не знала. Странно, раньше я не придавала этому значения.
Телефон. Вот что мне нужно проверить. Но как? Он всегда носит его с собой, даже в душ берёт. Подозрительно? Теперь – да. Раньше я думала, это просто привычка делового человека.
К пяти вечера я уже извелась от ожидания. Приняла душ, накрасилась, надела домашнее платье – не слишком нарядное, но и не затрапезное. Нужно выглядеть как обычно. Как любящая жена, ждущая мужа из командировки.
В половине седьмого услышала звук поворачивающегося ключа в замке. Сердце ухнуло вниз, ладони вспотели. Спокойно, Лика. Главное соблюдать спокойствие, иначе весь твой план полетит в тартарары.
– Малыш, я дома! – голос Антона звучал радостно, беззаботно.
Я вышла в прихожую, заставила себя улыбнуться:
– Привет, дорогой. Как долетел?
