(не) Суррогатная мама (СИ) - Тур Злата

— Подгорский, это несмешно. Ты появляешься рядом с моим сыном и несешь какую-то чушь!

— Во-первых, с нашим сыном. Во-вторых, я работаю водителем. Я отказался от кресла генерального директора компании, чтобы иметь возможность быть с тобой и сыном. Другим способом тебя не выкурить из раковины, в которую ты залезла. Хочу, наконец, вложить в твою упрямую голову — я хочу воспитывать своего сына и быть с тобой. Какая из этих фраз тебе непонятна?

Макс все так же непринужденно опирался об автомобиль, обнимая и чуть не раздевая меня своим жгучим взглядом.

— Ты прикалываешься?

— Малинка, у тебя лексикон, как у подростка.

— Спасибо, хоть такой, как у подростка остался. Я вообще удивляюсь, как дар речи не потеряла с твоими выходками! И ты мне не ответил, — напомнила я, что жду объяснений.

— Я готовлю документы к разводу. Жена в курсе. Что касается работы… Я принял непопулярное, как говорят в политике, решение. И теперь вынужден перейти в категорию наемных работников. Написал заявление об уходе с должности топ-менеджера. И знаешь, так легко сразу стало. Правда, придется начинать все сначала. Вот я решил вспомнить молодость. Моя трудовая деятельность началась с побегушек. Работал курьером. Сейчас на порядок выше. Водитель богатой дамы. Все просто.

Ну ни фигасе просто!

Глава 23

— Максим, ты целый день возишься с машиной. Иди хоть кофе выпей с бутербродом, — из распахнутого окна кухни раздался заигрывающий голосок Машеньки.

Кстати или некстати, не знаю. Мне ее забота точно ни к чему. А вот Малинка вздрогнула от неожиданности и недовольно покосилась на «коллегу». Похоже, моя красавица успела обзавестись недоброжелателями.

Едва я переступил порог дома и обаял Старицкую, тут же попал под крыло заботливой помощницы. Черные глазки-маслинки и остренький носик придавали ей сходство с маленькой крыской, которая умеет пролезть в любое место и все про всех разузнать.

— Вот здесь у нас ест персонал. В принципе, народу не так много. Повариха, садовник приходящий, водитель, теперь это ты. И краля новенькая.

— А почему краля? В наемные работники крали не идут, — я с интересом посмотрел на Машеньку. Почему- то вызывала сочувствие ее неудовлетворенность своим положением. Смешная. Иди получай образование, зарабатывай авторитет. Сама ж выбрала работу «подай-принеси»… Это вон у Малинки не сложилось из-за меня… Опять совесть кольнула острыми иголками.

— Умную из себя строит, — поджав тонкие губки, пояснила Машенька.

— Так, может, она не строит, а на самом деле умная? — недобро прищурившись, предлагаю ей изменить свое мнение.

— А чего ты ее защищаешь?

Ну, вот и все. Машенька показала свой уровень. Маленькая завистливая дрянь. И еще глазки строит, как все три сестрицы Золушки вместе взятые. Или их две было?

— Я не люблю, когда о людях говорят необъективно. А так, как показалось. Машенька. Факты решают все.

Наверно, Малинке успела свое «фи» высказать… Но у моей девочки на таких «Машенек» иммунитет выработался на работе. А еще и Алик со своей постно-кислой физиономией…

Но теперь все будет хорошо. Получив задание от хозяйки помыть машины, я решил сначала найти Мишку. Думаю, покопошиться возле автомобилей ему будет в кайф.

Эх, не купил я у Артема вместе с его «болезнью бабушки» и помытые автомобили! На кабриолете мадам давно не ездила, придется попотеть. Ну ничего! Для молодецкой стати полезно физическим трудом заняться. А заодно и Малинку убедить, что я не зажравшийся буржуин.

Мишку нашел в беседке. Мой сын читал почти толстую книжку. Офигеть. Сколько ж я упустил… Так хотелось схватить на руки, закружить его, прижать к себе! Но нельзя так сразу.

— Привет, Мишка! Что читаешь? — попытался говорить спокойно, а сердце чуть не выпрыгнуло через горло. — Давай пять!

Я поднял ладонь, и сын радостно шлепнул о нее своей маленькой горячей ладошкой.

— Дядя Макс! Ты как здесь? — его изумленно распахнутые глазенки выражали самую настоящую радость. — А я «Незнайку на Луне» читаю. Здесь буквы большие и картинок много.

— А я здесь работать буду. Пошли со мной машины мыть!

— Настоящие?

Я чуть не расхохотался, представив парк игрушечных машин и я над ними главный «помойщик».

— Конечно, настоящие!

— Вау! — радостно взвизгнул Мишка. А потом затормозил свои эмоции, очевидно, вспомнив мамины наставления. — А можно?

Твою ж мать! Как же мне хотелось сказать: «Сына, тебе все можно будет! И не представляешь, сколько!» Но язык приходилось буквально прикусывать.

По дороге я выдал ему половинчатую версию, почему я здесь и напомнил, что я разрешил называть себя просто Макс. Без дядей.

Что и говорить, Мишка с таким воодушевлением тер бок автомобиля, будто тот был волшебной лампой. А когда я усадил его на водительское кресло — сын просто запищал от восторга.

К счастью, Малинка появилась тогда, когда мы уже установили полный контакт. Иначе точно оттащила бы его от меня.

Она, правда, так смешно злится. В глазах сначала обида мелькает, как у ребенка, которого обманули, а потом бровки непроизвольно насупливаются…

Как услышала, что Машенька меня, как своего Медведя зовет кофе пить, аж вздрогнула. Моя девочка ревнует! Кто б мог подумать, что работа водителем даст мне такой драйв!

Малинка посмотрела на меня исподлобья, давая понять, что разговор должен быть без чужих ушей.

— Благодарю, Машенька. Не стоит беспокоиться обо мне. Я найду, чем себя накормить, — я даже не стал дразнить Малинку заигрыванием с крыской — хозяюшкой.

— Максим, еще раз. Как ты здесь оказался и чего ты хочешь? — пытаясь совладать с волнением, потребовала она, непроизвольно сжав свободную руку в кулачок.

— Радость моя, у тебя что, память рыбки — гуппи только пять секунд? — Не удержался я. — Сказал же: я здесь работаю. Надеюсь, этого достаточно, чтоб ты поняла — я хочу быть с тобой. Хочу воспитывать своего сына.

— И долго ты собираешься здесь работать? — опять подозрительно хмурит бровь.

— Пока ты не согласишься уехать со мной.

— Я вообще — то работаю. И не могу подвести человека, который меня просто спас. Кто б еще дал работу мамаше с ребенком?!

— То, что ты порядочный и ответственный человек, знаю. Но мы найдем способ отблагодарить ее, — терпеливо объясняю я.

Видно, что она все еще сомневается, вернее, боится поверить. Губы кусает, смотрит недоверчиво.

Так бы схватил сейчас в охапку и зацеловал. Но слишком много глаз. Да и Мишка, может не послушаться и выглянуть. Не поймет. Ведь пока у него другой папа… И это жутко бесит…

Правда, кроме драйва, я получал натуральный стресс от невозможности проводить время с Малинкой. Она все еще не верит мне, опасается. Только заикнулся, чтоб взять Мишку на рынок, куда я вез нашу повариху, так она вся чуть не позеленела.

Хорошо, я до того сыну не предложил поехать со мной! Хотя и обижаться нечего, сам виноват. Зато все время, что я не на выезде, Мишка от меня не отходит. Я ему уже рассказал и о коробке передач, и о карбюраторе, и поворотниках — дворниках.

И это надо сказать спасибо деду второму, который меня и начал натаскивать в премудростях мужского менталитета. Он говорил, что раз завел машину, так разберись в ней, соображай, что и почему происходит. Вот и пригодились наставления. И как же кайфово передавать свои познания сыну! Или хотя бы быть авторитетом в его глазах.

А Малинка все время занята. Только вечером мне удавалось подкараулить ее возле комнаты, когда Старицкая ее отпускала. В первый день я просто поймал ее и едва сдержался, что б не зацеловать.

— Разрешишь Мишке спокойной ночи пожелать?

— Он спит давно. В двадцать один ноль-ноль отбой. Он по часам понимает, ложится сам. — Загораживая собой дверь, Малинка дала понять, что все у них и без меня организовано правильно.

— Тогда тебе хорошего сна и поцелуй на ночь.

Конечно, я не рассчитывал на быстрое падение крепости, но любую крепость можно взять или штурмом, или осадой.