После развода. Мне нужна жена получше (СИ) - Кривенко Анна

Они захихикали, переглядываясь, и принялись обсуждать дальше, не замечая, что за дверью кто-то замер…

Я шла по коридору с папкой в руках, полная решимости. После больничного накопились рабочие вопросы — нужно было согласовать новый план выкладки товара и обсудить с Викторией закупку дополнительных стеллажей для моего отдела. Я знала, что она меня недолюбливает, но по закону и по договору имела полное право высказать свое мнение.

Дверь в её кабинет была приоткрыта.

Я уже собиралась постучать, как вдруг услышала голос Владиславы:

— … я вчера видела — он с какой-то молоденькой девчонкой обнимался.

Замерла.

Потом зазвучал голос Виктории — громкий, довольный, с металлическими нотками:

— Ох, не могу… Знаешь, Влада, а у меня для тебя новость ещё лучше. Я наконец-то отомстила этой мымре. Со вчерашнего дня я встречаюсь с её бывшим.

У меня глаза на лоб полезли.

Она встречается с Валеркой?

Боже, какая дура! Я чуть не рассмеялась в голос, но сдержалась.

Нашла, чем хвалиться! Валера — теперь её проблема, а не моя.

Но следующие слова заставили меня замереть в ошеломлении.

— Он мне всю её подноготную выложил. И какая она неряха, и какая уродина, и как она не заботилась о себе. Он, представляешь, постоянно ей всякие средства ухода привозил, витамины покупал, таблетки для омоложения. А она отказывалась принимать…

Я прижалась спиной к стене, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— И знаешь, что он сделал? Он начал тайно скармливать ей эти таблетки. Добавлять в чай, пока она не видит. И что ты думаешь? Её даже таблетки не берут! У неё физиономия стала ещё стремительнее расплываться!

Эта новость ударила будто обухом по голове. Бывший тайно пичкал меня непонятными лекарствами? Блин, не потому ли у меня потом появились отёки???

Боже мой…

Вспомнила своё опухшее лицо в зеркале, которое не узнавала. Вспомнила, как врачи разводили руками — «вы абсолютно здоровы». Как мучилась, не понимая, что со мной происходит. Как ненавидела себя за то, что не могу похудеть, что лицо плывёт, что чувствую себя старухой.

А он просто травил меня.

Травил тайком, добавляя в чай какие-то таблетки, на которые у меня, очевидно, была аллергическая реакция.

Боже, на него же в суд подавать надо! Это же уголовное преступление! Умышленное причинение вреда здоровью!

Но где доказательства?

Сейчас уже ничего не докажешь, увы…

Я закусила губу, чувствуя, что сейчас взорвусь от негодования.

— Ну и поделом ей, — донеслось из кабинета. — Сама виновата, что такая уродина!

Я выпрямилась.

Бог им судья!

Сжала папку в руках.

Развернулась и пошла прочь…

Глава 50 Уничтоженный триумф…

Глава 50 Уничтоженный триумф…

В один из дней я задержалась в бутике после работы — разбирала новые поступления, раскладывала товар, приводила отдел в порядок после больничного. Виталик должен был заехать за мной к шести, мы договорились поужинать в ресторане «Уют», который я полюбила за его тихую, почти домашнюю атмосферу.

Уже собиралась уходить, когда в подсобке зазвонил телефон. Взяла трубку, услышала знакомый голос подруги, с которой иногда созванивались. Она спросила, свободна ли я вечером и могла бы посмотреть на ее канале прямую трансляцию.

— Извини, — ответила поспешно. — Я сегодня вечером в «Уют». Нет, не одна. Да, у меня встреча…

Я не знала, что в этот момент за углом, у дверей подсобки, замерла Виктория. Она услышала всё.

Час спустя Виктория уже сидела в машине и набирала номер Валерия.

— Дорогой, пойдём сегодня в ресторан «Уют», — пропела она в трубку, стараясь, чтобы голос звучал небрежно и вместе с тем настойчиво. — Да, после шести вечера. Ты же обещал уделить время!

— Вика, я не могу, у меня встреча, — донёсся недовольный голос.

— Ну пожалуйста! — она капризно надула губы, хотя он этого не видел. — Ты ведь обещал! Всего один вечер. Я так хочу провести его с тобой!

Валера вздохнул, помялся, но в конце концов сдался. Виктория была настойчива, а он не любил долгих споров. Тем более, когда женщина так явно хочет его внимания.

— Ладно, — буркнул он. — В шесть тридцать. Но задерживаться не будем, я просто перенесу встречу на более позднее время…

Виктория отключилась и довольно улыбнулась. Сегодня она покажет этой мымре, кто есть кто.

В ресторан они вошли ровно в семь. Виктория была разряжена сверх всякой меры — на ней было платье с пайетками, которое сверкало и переливалось при каждом движении, будто новогодняя ёлка. Каблуки были такими высокими, что при каждом шаге она слегка покачивалась. Волосы были уложены в сложную конструкцию, макияж — яркий, почти театральный.

Валера, следовавший за ней, скептически осмотрел фасад ресторана — неброский, уютный, без вывесок, которые кричат о роскоши. Потом перевёл взгляд на Викторию и поморщился.

— Ты чего вырядилась так, будто мы в Голливуд на ужин приехали? — спросил он недовольно.

Виктория ничуть не смутилась. Она вздёрнула подбородок и с достоинством ответила:

— Это отличный ресторан, дорогой. А твоя девушка должна выглядеть на все сто. Всякий судит мужчину по красоте женщины рядом с ним!

Валера хмыкнул, но в его глазах мелькнуло довольство. Лесть всегда действовала на него безотказно.

— Ладно, идём, — кивнул он и первым толкнул дверь.

Виктория вошла следом, сразу же начав высматривать зал хищным взглядом. И увидела Наташу за столиком у окна — одну, в простом тёмно-синем платье, без броских украшений и с гладко уложенными волосами. На лице женщины расплылось самодовольство.

— Дорогой, пойдём между этими рядами, — громко сказала она и потянула Валеру за рукав в обход, хотя им было гораздо ближе пройти с другой стороны.

Валера чертыхнулся, но пошёл за ней, не понимая, к чему сейчас этот непонятный манёвр. Он не замечал Наташу, уткнувшись взглядом в пол и думая о своём. И только когда они вплотную подошли к её столику и остановились, он поднял голову.

Увидел её. Замер. На лице промелькнуло удивление, смешавшееся с полной растерянностью.

А Виктория уже включила свой коронный номер. Она окинула Наташу презрительным взглядом, подмечая простоту её наряда, отсутствие яркого макияжа — всё, что должно было, по её мнению, подчеркнуть «серость» соперницы.

— О, Натали! — воскликнула она с притворным удивлением. — Какая неожиданная встреча! Ты здесь одна? А где твой… ну, тот парень? Бросил, да? — Она покачала головой, изображая сочувствие. — Бедняжка. Ничего, ты привыкнешь. Одиночество — оно такое… очищающее.

Она говорила, а сама буквально светилась от удовольствия. Валера дёрнулся, пытаясь её увести (неужели в кои-то веки в нем заговорила совесть?), но она не обращала внимания.

— А мы вот с Валерочкой решили провести вечер вдвоём, — продолжила она, прижимаясь к нему. — Он у меня такой заботливый, такой щедрый. Золото, а не мужчина! Какой же дурой была та которая развелась с ним!

— Вика, пойдём уже, — сказал он тихо, но жёстко, дёрнув её за локоть.

— Подожди, дорогой! — отмахнулась она. — Я ещё не закончила. Знаешь, он мне столько всего рассказал о тебе…

Наташа молчала. Смотрела на этот фарс молча и совершенно спокойно. Виктория не знала, что через минуту всё изменится…

— … и как ты не следила за собой, и как отказывалась от витаминов, и какая у тебя вечно была опухшая физиономия, — тараторила Виктория. — Ничего удивительного, что он тебя бросил. Кому такая нужна?

Она сделала паузу, явно ожидая реакции — слёз, истерики, гнева.

Но Наташа не дрогнула.

Но и ответить не успела.

Рядом раздался мягкий, бархатный голос:

— Прости, что задержался, любимая…

Я подняла глаза — и напряжение тут же отпустило.

Виталик стоял рядом. В идеально сидящем тёмном костюме, с лёгкой, чуть виноватой улыбкой на губах. Он смотрел только на меня, не замечая ни остолбеневшего Валеры, ни ошеломленной Виктории. А потом наклонился, взял моё лицо в ладони и поцеловал. Нежно, но уверенно — так, как целуют любимую женщину, когда весь мир перестаёт существовать.