— Но ты ведь хочешь их увидеть!
— Боюсь, что когда они приедут из Глазго, то уже не застанут меня в живых.
— Нет…
— Тем не менее позвони им, чтобы сказать о моей смерти… Я хочу, чтобы они знали… Чтобы они пришли на мои похороны и… Постояли на моей могиле…
— Доминик, я умоляю тебя, стоя на коленях, не говори о смерти, — издает тихий всхлип Алисия, крепче взяв Доминика за руки. — Ты причиняешь мне боль…
— Знаю…
— Я верю, что ты поправишься, и молюсь об этом каждый день.
Алисия нежно гладит Доминика по щеке.
— И я не перестану верить, несмотря на то, что врачи до сих не выяснили, что с тобой, — добавляет Алисия и мило целует Доминика в висок.
— Это бессмысленно… — качает головой Доминик.
— Все хорошо, дорогой, я с тобой. Я ни за что не брошу тебя, какая тяжелая болезнь у тебя ни была. Я всегда буду рядом, обещаю…
— Не знаю, как бы я пережил все это, если бы рядом не было тебя, — более низким голосом говорит Доминик и тихонько стонет из-за слабости. — Все эти годы, что я знаю тебя, были самым лучшими в моей жизни. Я счастлив, что судьба свела нас вместе.
— Доминик…
— И я искренне благодарен тебе за то, что ты всегда была рядом со мной и заботилась обо мне со всей любовью и нежностью. Ты всегда была моим светом в конце тоннеля. Причиной, почему я был так счастлив…
— Я и буду продолжать заботиться о тебе. А когда ты поправишься и покинешь больницу, мы с тобой будем жить счастливо и начнем работать над потомством, что продолжит наш род. Я рожу тебе малыша, которого мы будем растить вместе.
— Как жаль, что я так и не стал папой за все тридцать семь лет своей жизни… — Доминик кашляет еще громче и сильнее, чем прежде, немного пристав с кровати. — Хотя я очень люблю детей… И ужасно скучаю по своим племянникам, которые живут далеко от меня… И не знают, что их дядя вот-вот умрет…
— Они обязательно встретятся со своими двоюродными братиками и сестренками, которые у нас с тобой родятся, — чуть дрожащим голосом говорит Алисия, нежно гладит Доминику лицо и целует его в лоб. — Только верь в свое выздоровление… Ради тех, кого ты сильно любишь…
— Все, Алисия, это конец… — качает головой Доминик, тяжело дыша и чувствуя, как у него внутри как будто все горит от боли, что становится просто невыносимой. — Мне даже говорить сейчас тяжело… Хотя… Я очень стараюсь… Найти… В себе силы… Сделать… Это…
— Может быть, тебе стоит немного поспать или попробовать что-нибудь поесть? — предлагает Алисия. — Ты же совсем ничего не ешь! И спишь очень плохо!
— Нет…
— Вот увидишь – как только ты поешь и поспишь, то тебе станет лучше.
— Я не могу есть… Вся эта еда все равно выходит наружу… А от одного слова «еда» меня начинает сильно тошнить… Очень сильно…
— Любимый…
Алисия побольше наклоняется к Доминику, чтобы приблизить к нему свое лицо, которое он в этот момент отворачивает на бок, уставшим взглядом посмотрев на небольшое окно в его больничной палате.
— Ну пожалуйста, не сдавайся… — с жалостью во взгляде умоляет Алисия, гладя Доминика по голове. — Я тебя умоляю… Ты же у меня сильный мужчина… И никогда не сдаешься…
— У меня нет сил… — тихо произносит Доминик.
— Сделай это ради меня… Подумай о том, какую сильную боль ты причиняешь мне, говоря эти ужасные слова.
— Прости меня, Алисия… — с тяжелым дыханием извиняется Доминик, едва найдя в себе силы дотянуться рукой до лица Алисии и нежно погладить ей щеку.
— Тебе не за что извиняться передо мной.
— Мне очень жаль, что я покидаю тебя и не успел дать тебе все, что когда-то обещал… Я хотел сделать очень многое… Но так и не смог…
— Доминик, прошу тебя…
Алисия нежно целует Доминика в висок, слегка трется об него своей щекой со слезами на глазах и потом оставляет робкий поцелуй на его бледного-синего оттенка губах.
— Не бросай меня… — отчаянно умоляет Алисия.
— Никогда не забывай, что я безумно люблю тебя… — тихо говорит Доминик. — И всегда буду любить…
— Доминик…
— Ты… — Доминик снова очень сильно кашляет с чувством, что его глотка буквально горит. — Ты – любовь всей моей жизни. Которая сделала для меня столько всего, за что я… Так и не успел тебя отблагодарить…
— Держись, любовь моя, держись изо всех сил, — умоляет Алисия. — Я тебя очень прошу…
— Я…
— Ты справишься, я это знаю… Просто держись… Думай обо всех, кого ты любишь.
— Ал…
Только Доминик хочет что-то сказать, как вдруг на него нападает еще более сильный кашель, и он начинает давиться им и буквально драть себе глотку. А спустя какое-то время мужчина даже начинает отхаркивает небольшим количеством крови с какими-то сгустками и едва сдерживает свой порыв закричать от боли, что пронзает все его ослабевшее тело и заставляет чувствовать себя так, будто что-то сильно обжигает его органы.
Видя, как ее мужу становится еще хуже, Алисия резко встает с кровати и ненадолго теряется, будучи в состоянии лишь смотреть на то, что он откашливается кровью и давится об собственного кашля.
— Доминик… — с ужасом в широко распахнутых глазах произносит Алисия. — Доминик, что с тобой? Доминик!
Однако Доминик уже не может ответить Алисии, потому что не может справиться с приступом кашля, становясь все бледнее и бледнее, а небольшие пятна на руках, что появились у него уже очень давно, становятся довольно заметны.
— Доминик, прошу не молчи! — отчаянно умоляет Алисия. — Скажи мне что-нибудь! Дорогой! Дорогой!
К счастью, шокированная Алисия довольно быстро берет себя в руки и понимает, что должна немедленно позвать кого-то на помощь.
— Подожди, милый… — дрожащим голосом произносит Алисия. — Сейчас я позову врача… Сейчас… Сейчас… Держись!
Алисия пулей подбегает к двери, открывает ее и начинает громко кричать, окидывая взглядом весь коридор:
— Скорее, кто-нибудь, идите сюда! Моему мужу плохо! Доктор Седрик! Кто-нибудь! Прошу вас! Мой муж умирает!
Оставив дверь открытой, Алисия подходит к задыхающемуся от мучительного кашля с кровью Доминику и с мокрыми от слез глазами гладит его по спине, ужасаясь от того, как много веса он потерял в последние несколько недель, что стали для него настоящей пыткой.
— Держись, любимый, держись! — отчаянно умоляет Алисия, со слезами на глазах наблюдая за Домиником. — Все будет хорошо.
А уже через несколько секунд в палату забегают двое врачей: мужчина и женщина, которые находились недалеко от нее и слышали, как Алисия звала на помощь.
— Помогите, прошу вас! — взмаливается Алисия. — Мой муж давится кашлем и отхаркивает кровью! Ему очень плохо! Прошу вас, сделайте что-нибудь!
Врачи немедленно реагирует и пулей подбегают к Доминику, немного приподняв изголовье кровати, которое регулируется вручную, укладывают его на подушку и одергивают вниз его больничную рубаху, которую он носит. Пока мужчина проверяет показатели на аппаратах, которые ему совсем не нравятся, женщина набирает какой-то номер на телефоне, что находится в палате. А после ее звонка через некоторое время в палату заходит еще один человек, который помогает врачам надеть на лицо задыхающегося Доминика кислородную маску и делает ему какой-то укол прямо в руку.
Алисия, прикрыв рот руками и качая головой, с ужасом в мокрых и красных от слез глазах наблюдает за тем, как врачи суетятся и пытаются помочь Доминику, чье состояние все равно становится хуже и хуже с каждым разом. После столь уверенных слов ее горячо любимого мужа о том, что он умирает и уже сегодня покинет этот мир, женщине становится страшно, что это и правда может стать реальностью. Она совсем не хочет терять этого человека, которого любит всем сердцем! К которому с каждым днем привязывается только больше. Который стал смыслом ее жизни… Алисия знает, что не сможет пережить еще один удар судьбы.
