Скажи мне по секрету - Рон Мерседес

— С Джулианом? Что это значит? — подумала я. К чему это? — Джулиан мой друг, — ответила я, не веря своим словам. Он что, ещё и на Джулиана начнёт ревновать?

— Поверь мне хотя бы раз в своей жизни, — настоятельно сказал он, рассерженный. — Будь осторожна с ним, не верь всему, что он тебе говорит.

Я потрясла головой и шагнула назад.

— Я опаздываю на занятия, — сказала я, заканчивая этот бред. — Увидимся.

Тьяго больше ничего не сказал.

Но его взгляд преследовал меня в течение всего дня.

19

ТЕЙЛОР

Я увидел, как она вошла, и заметил, что все вокруг устроились на своих местах и отвели взгляд от профессора к ней. Её глаза прошлись по классу, пока не нашли мои, которые ждали её в конце, где я оставил для неё место рядом со мной.

— Прошу, мисс Хэмилтон, — сказал профессор, и она пошла по проходу, пока не подошла ко мне.

Я всё ещё не мог поверить в то, что произошло между нами несколько часов назад. Не мог поверить, что она наконец стала моей, что я наконец почувствовал ее так, как давно мечтал. Смог поцеловать её, прикоснуться к ней, быть внутри нее, наслаждаться её телом и ее нежностью, страстью, скрытой за этим красивым лицом... Видеть, как она достигает оргазма, было одним из лучших событий в моей семнадцатилетней жизни. Осознание того, что это произошло благодаря мне, наполняло меня таким чувством полноты, что я только и делал, что считал часы до того момента, когда смогу снова это повторить.

Я потерял девственность в четырнадцать. Можно сказать, что это было рано, но так получилось это был период в моей жизни, когда все шло наперекосяк, когда ничто вокруг не складывалось.

Моя мать почти не вставала с кровати — депрессия всё сильнее овладевала ею, а ухажёры, которых она заводила, только усугубляли её состояние. Мой брат начинал влезать в серьёзные неприятности в школе, и, несмотря на то, что пытался заботиться обо мне и о маме, он был как бомба с часовым механизмом. Помню, как он возвращался домой с мрачным лицом, вечно злой на всех, с таким тяжёлым настроением, которое передавалось нам всем, даже если он сам этого не замечал.

Секс тогда стал для меня способом уйти от реальности. Девочки начали обращать на меня внимание, когда я начал взрослеть, особенно после того, как вырос почти до метра девяноста. В четырнадцать лет, когда на тебя обращают внимание семнадцатилетние девушки... очень трудно сказать «нет».

— Скажи мне, что этого ублюдка выгнали, — тихо сказал я ей, как только она оказалась рядом.

Ками посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на дверь, и я не поверил своим глазам — Уокер вошёл в класс так, будто ничего не произошло, будто это его не касалось.

Я почти вскочил, но Ками крепко сжала мою руку, удерживая.

— Оставь всё как есть, Тейлор, пожалуйста, — сказала она, видя, что я собирался встать и врезать по лицу этому самодовольному ублюдку.

В классе повисло гнетущее молчание — даже учитель замолчал, когда тот вошёл. Я был уверен, что все в школе уже знали, что произошло, включая преподавателей. Не удивился бы, если бы к утру уже весь город обсуждал, как кто-то выложил в Instagram видео с голой Ками без её согласия.

— Ты должен сидеть в тюрьме, — сказал тогда Джулиан, сидевший позади меня.

— Мистер Мёрфи! — строго отозвался учитель.

— Позор, что в эту школу пускают потенциальных насильников, — добавила девушка, имени которой я не знал.

Я заметил, как Ками взглянула на неё — в её глазах промелькнула тихая благодарность, которая тронула меня до глубины души.

Она не заслужила всего этого. Никогда не заслуживала такого обращения.

— Какие ещё "потенциальных"? — вдруг сказала другая девушка. — Он её накачал и снял на видео! Вы серьёзно думаете, что на этом всё закончилось?

Я почувствовал, как Ками, стоявшая рядом, начала дрожать.

— Хватит! — крикнул учитель, глядя на Ками, так же как только что это сделал и я.

Тут встал Дани и оглядел всех нас:

— Это был не я! — громко и отчётливо произнёс он. Казалось, он вот-вот потеряет сознание.

Чёрт, как же мне хотелось врезать ему так, чтобы он больше не встал. Мне было наплевать на последствия — этот ублюдок заслуживал всё худшее, что с ним могло случиться.

— Ты это сделал! Перестань врать! — закричала Ками, вскочив с места и выбежав из класса, не обращая внимания на окрики учителя.

Я последовал за ней, не задумываясь ни на секунду. Я шёл за ней, потому что, если бы остался — убил бы его. И, чёрт, это бы доставило мне огромное удовольствие… но я не хотел попасть в тюрьму из-за этого подонка.

— Ками, подожди! — крикнул я, догоняя её у входа в женский туалет.

— Я больше не могу это терпеть! — закричала она, заливаясь слезами и облокотившись на раковины.

— Дорогая... — прошептал я, обняв её крепко. — Пожалуйста... успокойся...

— Я не могу... — всхлипывая, прошептала она, крупные слёзы катились по её щекам. — Мне страшно подумать, что могло произойти... Я пытаюсь верить, что всё ограничилось только тем видео, но... а если нет? Все меня видели... Видели...

— Успокойся, — прошептал я, прижимая её к себе. — Сейчас всё изменилось, люди больше не смеются над такими вещами. Ты видела, как все отреагировали, когда увидели Дани? Его жизнь закончена… по крайней мере в этой школе.

Ками немного отстранилась, вытерла слёзы. Я провёл большими пальцами по её щекам, стирая остатки слёз. Сердце разрывалось, глядя на неё в таком состоянии.

— Я тебя люблю, — сказал я, глядя ей в глаза.

Она улыбнулась.

— Я тоже тебя люблю… — прошептала, глубоко вдохнув, чтобы успокоиться. — И то, что произошло вчера между нами...

— Было невероятно, — закончил я за неё.

— Да, — сказала она, встав на носочки и поцеловав меня в уголок губ. — Прости, что ушла, не попрощавшись… но мама бы меня убила, если бы не нашла утром в комнате...

— Всё в порядке, ничего страшного, — сказал я, убирая прядь волос за её ухо.

— Ками, ты в порядке? — раздался мягкий голос, и в дверях появилась голова с кудрявыми волосами.

Это была Элли.

Ками снова вытерла слёзы и попыталась улыбнуться.

— Всё хорошо, Элли, — ответила она, повернувшись к ней.

Элли медленно подошла к нам.

— Мне так жаль, что всё это происходит… — сказала она, бросив взгляд на меня. — Ты была прав насчёт Дани… — добавила, глядя в пол.

Она действительно с ним переспала, это правда.

— Ничего страшного, — сказала ей Ками, и как раз в этот момент, когда Элли хотела ещё что-то сказать, по громкой связи школы начал говорить директор.

Его голос звучал чётко и громко.

— Дорогие ученики: информирую вас, что начиная с завтрашнего дня и без исключений, все ученики должны будут сдавать свои мобильные телефоны при входе в школу. Никому не будет разрешено пользоваться телефоном на территории учебного заведения, если только не предоставлен официальный документ, подтверждающий, что телефон необходим по исключительной причине, и даже в этом случае учебный комитет должен будет оценить обоснованность такой причины.

Я широко распахнул глаза от удивления, как и Элли.

Ками, похоже, не была удивлена.

— Он издевается, да? — спросил я вслух.

— Нет, — покачала головой Ками. — Он уже говорил об этом мне и Дани в своём кабинете. Это мера борьбы с кибер-буллингом, который сейчас происходит...

— Это какая-то чушь! — воскликнула Элли, опираясь о раковину. — Как только мы выйдем из класса, у всех будут телефоны, и всё дерьмо будет продолжаться. Он что, этого не понимает?

— Хотя бы я могу быть спокойна, что никто не смотрит на меня голую, пока я иду по коридору среди студентов, — сказала тогда Ками. — И что никто не шлёт угроз моему младшему брату.

— У твоего брата есть телефон?

— Только на случай экстренных ситуаций, — закатила глаза Ками. — Бред моей матери. Отец был категорически против.

— И что теперь нам делать без телефонов? — спросил я, не веря в происходящее.