Измена. Подари мне мечту (СИ) - Тэя Татьяна

Смотрит он на меня с интересом и даже каким-то теплом, хотя последний раз расстались мы на не совсем приятной ноте. И больше никаких с добрым утром и приятных снов я от него не получала.

Матвей начинает оглядываться, затем наклоняется, смотрит под стол.

– Ты что-то потерял? – коротко спрашиваю.

– Смотрю, куда это твой Ярослав закатился.

У меня вырывается нервный смешок.

– Я без него.

– Серьёзно?

– Угу.

– Забирает тебя после праздника?

– Нет.

– К нему поедешь потом?

– Тоже нет.

– Интересно.

Матвей делает шаг ко мне.

– Не понимаю, чего интересного ты нашёл в этом. А вот как ты тут оказался… вот это интересно.

– А я крёстный Сани. А ты чья подруга? Ну точно не Глеба. Тогда бы я знал. Неужели Милы? Или с кем-то ещё приехала? Нет, раз тебя допустили до кухни, значит ты в ближнем круге, – размышляет Матвей. – Кхм… как тесен мир, да, Руза?

– Да уж. Тесен. Теснее некуда.

Кончиками пальцев он упирается в поверхность стола.

– А что с Ярославом-то? Расклеилось? Как… неожиданно.

Не знаю почему, но ему весело. А я злюсь немного.

– Это тебя не касается, – говорю строго.

Матвей кивает, затем лезет в карман за сотовым. Что-то ищет в нём, потом разворачивает экраном ко мне.

– Посмотри вот.

– Что это? – прищурившись, наклоняюсь.

– Да ты в руки возьми, почитай.

Утыкаюсь во врачебное заключение, пытаюсь понять, что там написано и зачем мне это читать.

– Тут указано, что беременности не было, – озвучивает Матвей. – Она всё придумала.

Без понятия, кто это – она. Видимо, та барышня с тестом. Имён он не называл.

– Не в ней дело, – со вздохом повторяю, – а в твоём отношении к ситуации.

– Ну так я последовал твоему совету, хотел проявить серьёзность, отвёл её к врачу, чтоб оплатить ведение беременности и прочее-прочее, даже если бы ребёнок был не от меня, я б всё равно это сделал. Но его и не было. Дешёвый развод.

– Матвей.

– Руза. – Смотрит примиряюще. – Вот видишь, я исправляюсь. Твоими чаяниями. Отношусь к ситуации серьёзно, – подчёркивает строго. – А ты замуж собралась, пока я над собой работал.

– Да не собралась я. Это Ярик выдумал.

– Парень с фантазией.

– Можно итак сказать.

Матвей забирает у меня свой телефон, но внезапно берёт за запястье и тянет на себя. Приходится перегнуться через стол. Странно, почему не вырываюсь, почему поддаюсь.

Не могу сказать, что его слова растопили лёд в моей душе окончательно и бесповоротно. Видимо, это шок от внезапной встречи ещё не прошёл.

– Так ведь невольно в судьбу поверишь.

– Ты это всё подстроил? – с подозрением уточняю. – Как с Кипром? Хоп, и мы на одном семейном празднике… Внезапно так.

– Нет, ну я не настолько всемогущ. Откуда мне было знать, что ты подруга Милы. Говорю же, судьба! Одними дорогами ходим.

Последнее он уже шепчет напротив моих губ, но в этот момент кто-то заходит в дом, и мы отлетаем на добрых пару метров друг от друга. Словно подростки, которых застукали за чем-то неприличным.

– Ладно, пойду крестницу поймаю, – подмигиваю Матвей.

– Д-давай, – шепчу пересохшими губами.

Проходя мимо, Матвей указательным пальцем проводит вдоль моего позвоночника. Я покрываюсь мурашками, и ничего поделать не могу с этой приятной дрожью.

Мало того, Матвей продолжает весь праздник ненароком касаться меня, оказывается рядом, шутит много, вовлекает в беседу, а в какой-то момент и вовсе зажимает в углу дома, срывая, если можно так выразиться, поцелуй.

Не знаю, почему уступаю ему. Может, из-за неформальной обстановки. Увидела немного другого Матвея в кругу его друзей и растаяла.

Моя решимость отвергать его и возможное счастье тает.

Видимо, в какой-то момент я ловлю его слова с открытым ртом, потому что это вызывает подозрения у Милы.

– Вы что, знакомы? – спрашивает, когда остаёмся наедине.

– Ну… сталкивались, – с неопределённой жестикуляцией подтверждаю.

– Я бы сказала, будь с ним аккуратнее, но ты, раз сталкивалась, наверное, и сама это знаешь. Я Матвея очень люблю, но он одиночка. Хотя… всем свойственно меняться.

– Да ладно? Кто-то говорит: люди не меняются. Ты говоришь: всем свойственно. Где правда?

Мила стаскивает кусочек сыра со шпажки зубами.

– Где-то посередине, – усмехается. – Ладно, не слушай меня. Это гормоны во мне разговаривают. Если хочешь Матвея, бери. Мне кажется, из всех возможных женщин только ты и способна его взять, – усмешки перетекают в продолжительное хихиканье, к которому я в итоге присоединяюсь.

Матвей подкатывает ко мне в конце вечера. Уже кладёт ладонь на талию без смущения.

– Уедем вместе?

– Я на машине.

– У меня трос есть.

– Зачем нам трос?

– Два варианта: либо тяну твою тачку следом, чтоб ты не убежала. Либо завожу глубоко в лес, привязываю тебя тросом к своей и… даём волю фантазии.

– Неожиданный поворот.

– Ну так… поедем?

Он смотрит на меня с ободряющей улыбкой.

– В целом мне не повредит дополнительный навигатор. Дачный посёлок такой большой, плюс до шоссе просёлочная, могу и заплутать, – размышляю вслух.

– Отлично. Ты готова?

Матвей притягивает меня ближе. Наши бёдра соприкасаются, это рождает фейерверк искр внизу живота. Немного задыхаюсь от желаний и чувств, которые пробуждаются во мне бурным потоком.

– А…я? Да-да. Готова.

В итоге мы уезжаем вместе. Матвей впереди, я двигаюсь сзади, но стоит нам выбраться на шоссе, хочу его обогнать и оторваться, только он не пропускает.

Мой сотовый звонит.

– Ну куда ты пытаешься пролезть?

– Вперёд.

– Нет, давай правее, там площадка для пикника есть. Хочу поговорить. В доме это было неудобно.

– Неудобно? Почему?

– Родня Милы и Глеба, друзья, дети в конце концов.

– А о чём ты хочешь поговорить?

– Тормози и узнаешь. Это важно.

Сворачиваю на обозначенную Матвеем площадку, глушу мотор и выхожу из машины. Он за это время успевает остановиться рядом, выйти и добраться до моей двери.

На слабых ногах буквально вываливаюсь из тачки. В животе уже образовался водоворот, в который меня засасывает. Это предвкушение. Оно долбит по всем нервным окончаниям, отключая доводы рассудка. Поэтому, когда Матвей прижимает меня к борту автомобиля, я обвиваю его шею руками и с упоением отвечаю на поцелуй.

Всё ясно с его важными разговорами. Всего лишь повод. А я и рада поддаться.

Господи… как его не хватало!

Горячий язык орудует в моём рту, он проходит по зубам, трогает губы, толчками пробираясь глубже. Губы искусаны, гудят. Поцелуи то дикие, то нежные. Тело горит. И ладони накрывающие мою грудь тоже обжигают.

Боже… боже… что мы творим?! Это же шоссе! И по нему, мать мою, едут машины!

Толкаю Матвея легонько. Он отстраняется, вопросительно приподнимает бровь.

– Ты обалдел.

– Да, – без лишних споров подтверждает он.

Потом указывает взглядом на свою машину, но я смеюсь и качаю головой.

– Даже не думай.

– Садись, Руза.

– Нет, мне не восемнадцать и даже не двадцать. Никогда не делала этого в машине. А сейчас не стоит и начинать.

– Боишься?

– Ценю комфорт.

Матвей каверзно улыбается, будто змей-искуситель.

– Тогда ко мне?

– Далеко. Перехочу, – произношу с вызовом.

Но Матвея ничем не смутишь.

– Садись ко мне на пассажирское, расстёгивай джинсы и уверяю, не перехочешь.

От его обещаний по телу проходит очередная горячая волна. С трудом сглатываю, прежде чем ответить.

– Не сяду я к тебе. Машину свою чёрти где на шоссе не оставлю.

Матвей вздыхает разочарованно, но не сдаётся:

– Звучит пошло, но… в мотель?

Из меня вырывается серия смешков. И я решаюсь.

– Звучит пошло, но… да!

Второй раз он не переспрашивает.

Так что мы прыгаем по машинам, и минут через десять тормозим у ближайшего мотеля. В этот раз я, по понятным соображениям, сбежать не пытаюсь. Во мне всё зудит от предвкушения и в голове туман.