Золото Блубёрда (ЛП) - Перри Девни

Он коротко кивнул мне, и на его лице отразилось беспокойство, прежде чем он нырнул в хижину.

— Расскажи мне еще раз о Джерри, — попросил я.

Она убрала голову с моей груди, чтобы говорить, но не отодвинулась.

— Он передал мне записку. Ту, про чечетку. И сказал, что папа не утонул бы. Что это не был несчастный случай.

— Ты уверена, что он сказал, что его зовут Джерри. — Я уже спрашивал ее об этом, но хотел услышать ответ еще раз.

— Да.

Тогда он, должно быть, солгал.

— И он пришел к тебе с другого берега озера?

— С острова. По крайней мере, именно туда он направился после того, как отдал мне ту записку. Я не заметила, откуда он пришел до этого. Он просто как бы… появился. И я знаю, как это звучит, и что все это похоже на какую-то большую, сфабрикованную историю, которую я выдумываю…

Я прижал палец к ее губам.

— Илса, я спрашиваю не потому, что не верю тебе. Я просто хочу убедиться, что правильно запомнил детали.

В этих прекрасных карих глазах появилось облегчение.

— Спасибо.

— Но сделай мне одолжение? Не ходи больше через озеро.

Остатки румянца на ее щеках побледнели.

— Почему? Это небезопасно?

— Учитывая, как холодно этой зимой, то, наверное, нет. Но всегда есть вероятность, что будут слабые места, и я не хочу, чтобы ты ходила туда, тем более одна.

От мысли, что она может провалиться под лед, получить переохлаждение или утонуть, у меня кровь застыла в жилах.

Должно быть, и у нее тоже, потому что она дрожала с головы до ног.

— Ты сказала, что нашла там дом? — Насколько я знал, на той стороне озера не было зданий. Но, похоже, я ошибался.

— Да. Он маленький, больше похож на хижину. Размером почти с папин сарай. На снегу были следы, и я постучала, но никто не ответил. И… — Она снова вздрогнула и замолчала.

— И что?

— У меня было ощущение, что за мной наблюдают. Как будто кто-то увидел, что я иду, и ушел.

Кем бы ни был этот Джерри, он не хотел, чтобы его нашли. Но от меня ему будет трудно спрятаться.

Скорее всего, сегодня он уже давно ушел. Илса наверняка его спугнула. Но завтра я вернусь с Ларри и Чаком. Если нам повезет, следы Илсы не занесет снегом, и по ним будет легко идти. Но даже если нам придется обыскать каждый квадратный метр земли вокруг этого озера, я найду эту хижину и выясню, кому она принадлежит.

— Хорошо. Давай убираться отсюда. Поехали домой. Я помогу тебе согреться. — Но, когда я сделал шаг в сторону дома, она не сдвинулась с места.

— Я останусь здесь. Мне нужно вернуться и забрать свои вещи, но мне пора возвращаться в хижину.

— Нет. —

Нет, черт возьми.

— Каси…

— Ты сказала Трою, что уезжаешь из Далтона. Это потрясло меня. — Я взял ее лицо в ладони. — Последней женщиной, которая была мне дорога, была Гвен. И она ушла.

В ее глазах появилось понимание. И чувство вины.

— Когда ты сказала Трою, что уезжаешь, это напомнило мне о куче дерьма, с которым я никогда не сталкивался. Мне жаль. С тех пор как Гвен уехала из города, я не хотел никого другого. Я избегал всего, что напоминало отношения. Пока не появилась ты. С любой другой женщиной мне было бы все равно, если бы она ушла. Но с тобой? Я не хочу, чтобы ты уезжала. И это тоже не дает мне покоя.

Ее взгляд смягчился.

— Я не знаю, что делаю. Я не знаю, где мое место. Я просто знаю, что это, — она указала на хижину, — тяжело. В Далтоне — тяжело. На работе — тяжело. Моя дружба с Троем всегда была непростой. Но когда я с тобой, мне становится легко. Так легко, что меня это пугает.

Я прижался лбом к ее лбу.

— Я согласен с тобой, Илса. Я не знаю, как делать это по-другому.

— Я тоже.

Я прижался губами к ее губам, прогоняя поцелуями холод с ее губ. Прогоняя поцелуями напряжение и стресс последних нескольких дней. Мой язык скользнул внутрь, переплетаясь с ее языком, но прежде чем я смог проникнуть глубже, из дома донесся громкий

хлопок

.

Мы с Илсой оторвались друг от друга, когда Спенсер вышел на улицу, держа в каждой руке по обломку мебели. Он бросил все это в кузов грузовика Айка, вытер руки о джинсы и вернулся в дом.

— Пойдем. — Я протянул ей руку. — Пойдем со мной домой.

— Просто еще одна ночь, — сказала она, переплетая свои пальцы с моими.

Я получу больше чем одна ночь. Но мы побеспокоимся об этом завтра.

Треск раздался снова, когда Спенсер протащил матрас через входную дверь. Он затащил его в грузовик с суровым и сердитым выражением лица.

— Она не может здесь оставаться, папа.

Я предупреждал его, что это нехорошо. Теперь, когда он увидел это сам, неудивительно, что он был в ярости. Надеюсь, он остынет до того, как пойдет в школу в понедельник. Даже если он этого не сделает, мы поговорим, потому что меньше всего мне было нужно, чтобы он поссорился с Полом.

Спенсер окинул двор таким взглядом, какого я у него никогда раньше не видел. Это был скорее взгляд мужчины, чем мальчика.

— Ты здесь не останешься.

Илса кивнула.

— Ладно.

— Ладно. — Спенсер пнул комок снега, а затем протопал в дом.

— Я люблю этого ребенка. — Она тихо рассмеялась. — Я лучше помогу ему, пока он не выбросил то, что я хотела бы сохранить.

Она шла напролом, не подозревая о том, что только что вырвала еще один кусочек моего сердца. Еще неделя, может быть, две, и оно полностью будет принадлежать ей.

Она не могла оставить Далтон. Я этого не допущу. Что бы ни осложняло ее жизнь, я сверну горы, чтобы облегчить ее. Начиная с этого момента.

Я засунул руки в карманы куртки и направился к хижине, но на полпути через двор по моей шее пробежали мурашки.

Притормозив, я развернулся кругом.

Ничего, кроме деревьев и снега.

Но готов поспорить на свой значок, что кто-то был там и наблюдал.

Кто бы это ни был, его дни были сочтены.

Я покончу с этим дерьмом в Каттерс-Лэйк.

Глава 26

Илса

Пол в гостевой комнате был завален моей одеждой. Мой чемодан и спортивная сумка лежали пустыми и раскрытыми на кровати.

Все мои вещи были в этой комнате, и где-то в моем гардеробе был свитер зеленого цвета. Я уехала из Аризоны в свитере зеленого цвета.

— Так где же мой чертов зеленый свитер?

Я наклонилась, чтобы поднять черное платье-сорочку, убедившись, что под ним ничего не спрятано. Но все, что я увидела, — это ковер и одежда, которая не была зеленого цвета.

Скомкав платье, я бросила его на кровать и плюхнулась на пол, усевшись посреди беспорядка.

Школьными цветами Далтона были ярко-зеленый и белый. И сегодня вечером, когда я болел за «Рысей» в баскетбольном матче против «Каламити Ковбойз», мне захотелось надеть ярко-зеленое. Я хотела выделиться из толпы.

Поскольку я не могла найти свой свитер, мне придется довольствоваться белой блузкой. Но блузка была слишком нарядной для баскетбола. Блузка кричала «городская учительница». Кричала «чужая». Одежда делала заявление, и все, чего я хотела сегодня вечером, — это чтобы это заявление прозвучало как можно тише.

— Уф. — Я потерла виски, жалея, что не могу отключить свой мозг и перестать думать об этом наряде. Вот только я весь день нервничала из-за этой игры.

Входная дверь в дом открылась, затем закрылась. Я посмотрела на часы. Пора было уходить. Но я в последний раз просмотрела свою одежду, толкая и разбрасывая ее в поисках зеленого свитера.

— Илса, — крикнула Каси.

— Две минуты, — крикнула я в ответ, бросая на кровать красную шелковую ночную рубашку.

Боже, у меня было много красного. И кремового. И коричневого. И голубого. На данный момент я бы согласилась на любой оттенок зеленого, но, очевидно, в этой комнате не было ни капли зеленого.

Каси появился в дверях, удивленно подняв брови.

— Хочу ли я знать, что здесь произошло?

— Я не могу найти свой зеленый свитер.

— Просто оставь тот, что на тебе.

— Он синий. — Я потянула за мягкую темно-синюю ткань.